Иудаизм и демократия — враги или друзья?
Пришло время отказаться от старого соперничества и предложить интерпретацию иудаизма, совместимую с демократией
Последние избирательные циклы показывают, что большинство израильских евреев хотят жить в еврейском государстве. Они неоднократно голосовали за партии, поддерживающие традиционный иудаизм в той или иной форме. Однако демонстрации последних месяцев против предложенных реформ, подчиняющих судебную власть законодательной, показывают, что большинство израильских евреев также хотят жить в демократическом государстве. Они не будут ставить свои жизни на кон ради диктатора.
Проблема в том, что течения иудаизма, которые большинство израильтян признают легитимными и за которые они голосовали — традиционализм мизрахи, мессианский сионизм и ультраортодоксия — в лучшем случае амбивалентно относятся к демократии, в худшем — отрицательно.
Крайние формы иудаизма считаются аутентичными.
Как мы дошли до того, что большинство израильтян считают наиболее экстремальные, часто авторитарные, расистские и ксенофобские формы иудаизма наиболее аутентичными, и что мы можем с этим сделать?
Сионизм является плодом двух европейских революций — Просвещения и Эмансипации. Просвещение — это интеллектуальное движение XVII века, которое поставило человеческий разум в центр веры и практики. Эмансипация — это политическое движение XVIII века, которое предложило гражданство всем жителям вновь созданных национальных государств, независимо от конфессиональной принадлежности.
Это бросило вызов двум столпам досовременной еврейской идентичности — религии и политике. В Средневековье евреи жили отдельными общинами, управляемыми раввинским законом, которые подчинялись местным правителям как коллектив, а не как отдельные люди.
«Разум эпохи Просвещения» бросил вызов еврейской религиозной вере и практике, а «политика эмансипации» позволила евреям покинуть свои небольшие общины, независимо от того, желали ли они идентифицировать себя как евреи, и стать гражданами больших государств, в которых они жили.
На эти революции было три основных ответа.
Первый ответ: либеральная еврейская религия, которая приняла условия эмансипации, чтобы евреи могли стать гражданами национальных государств. С этой целью реформистский, консервативный и, в некоторой степени, современный ортодоксальный иудаизм ответили на требования разума эпохи Просвещения корректировкой еврейской веры и практики, каждый по-своему.
Второй ответ: ультраортодоксия, которая отвергла условия обеих революций и стремилась изолировать евреев и иудаизм от современных влияний.
Третий ответ: сионизм, который отверг условия эмансипации, полагая, что европейские и другие западные общества никогда полностью не примут евреев. Светский сионизм также воспринял критику религии эпохи Просвещения, которую он стремился заменить новой национальной еврейской культурой, основанной на гуманизме.
ПОСЛЕ уничтожения европейского еврейства те, кто придерживался первого ответа, оказались в основном в Северной Америке; те, кто следовал второму и третьему, в основном оказались в новом государстве Израиль. В то время как либеральные североамериканские евреи интерпретировали еврейскую жизнь в соответствии с демократическими ценностями, которые они нашли в США и Канаде, ультраортодоксальные и сионистские евреи, как светские, так и религиозные, слишком часто вступали в сговор с целью делегитимизации своих собратьев из диаспоры, отказывая им в полном признании.
Именно так Израиль пришел к тому, чтобы отказать в полной религиозной свободе, фундаментальном демократическом праве, большинству членов крупнейшей еврейской общины за пределами Израиля, даже когда он искал их финансовой и политической поддержки.
К ультраортодоксам и сионистам в Израиле со временем присоединились евреи из Северной Африки и с Ближнего Востока, чья еврейская идентичность не испытала влияния Просвещения и Эмансипации, которые были европейскими явлениями, а позже — евреи из бывшего Советского Союза, которые жили в условиях тоталитаризма и мало что знали о еврейской религии.
Ни один из этих крупных избирательных блоков не имеет исторического опыта общения с демократическими ценностями или сильной приверженности им. Подавляющее большинство тех, кто протестует против судебных реформ, представляют светские, культурные и гуманистические слои израильского общества.
Они протестуют во имя демократических ценностей, даже если они не поддерживают фундаментальный демократический принцип религиозного плюрализма для евреев. Однако они не протестуют во имя еврейских ценностей, потому что они все более невнятно объясняют, чем их еврейский секуляризм отличается от их демократического либерализма.
Израильские еврейские секуляристы склонны уступать иудаизм ортодоксам. Однако, поскольку мессианский сионизм и ультраортодоксия взяли верх над израильской еврейской религией, сотрудничая с крайними ультранационалистами, которые пропагандируют расизм и ксенофобию, левоцентристские еврейские секуляристы говорят себе: «Если это и есть подлинный иудаизм, то я не хочу к нему принадлежать».
С другой стороны, те, кто поддерживает судебные реформы, представляют те слои израильского общества, которые либо вообще выступают против Просвещения вместе с демократическими ценностями, которые оно породило, либо те, чьи интерпретации иудаизма никогда полностью не учитывали идеи Просвещения.
Отвержение с обеих сторон
В отличие от них, реформистские, консервативные и, в некоторой степени, современные ортодоксальные евреи в Северной Америке, а также небольшой контингент в Израиле, на протяжении почти двух столетий строго придерживались иудаизма с демократическими ценностями. Однако, в силу их предполагаемой неаутентичности, разговор о демократии и иудаизме в Израиле имеет тенденцию исключать их.
К сожалению, это неприятие не является улицей с односторонним движением. Североамериканские реформистские, консервативные и, в меньшей степени, современные ортодоксальные евреи исторически неоднозначно относятся к сионизму, понимаемому как политическое самоопределение еврейского народа на родине предков. Они предпочитают верить, что Соединенные Штаты и Канада примут евреев так, как это в конечном итоге не сделала просвещенная и эмансипированная Европа.
Эти общины очень часто так же пренебрежительно относятся к израильским еврейским секуляристам, как последние к реформистскому и консервативному иудаизму, и не поощряют свою молодежь принимать вызовы, связанные с построением еврейского общества на земле Израиля. Вместо этого они склонны преподавать идеализированную версию Израиля, которая слишком часто оставляет молодых людей разочарованными, когда они сталкиваются с суровыми сложностями еврейского государства.
Соедините это с отсутствием знакомства с палестинским нарративом или с академическими аргументами о сионизме как форме поселенческого колониализма, и мы сможем понять, почему многие из этих молодых людей чувствуют отчуждение от самой идеи Израиля как еврейского и демократического государства.
Хотя североамериканские либеральные еврейские деноминации могут быть более внятными, чем израильские секуляристы, в том, как еврейские источники выражают демократические ценности, они, похоже, менее эффективны в передаче этих интерпретаций иудаизма от поколения к поколению. Это может быть связано, по крайней мере, частично, с их сомнениями относительно той самой политической структуры, которая способна взращивать и поддерживать эти интерпретации через финансируемые государством образовательные и культурные учреждения — государство Израиль.
Короче говоря, те интерпретации иудаизма, которые вписываются в современность и стремятся развивать демократические ценности как выражение, а не антитезу еврейской жизни, нуждаются друг в друге сейчас больше, чем когда-либо. К ним относится широкий идеологический мейнстрим еврейской жизни, в отличие от крайностей — светского израильского культурного гуманизма, реформистского и консервативного иудаизма, либеральных крыльев современной ортодоксии и религиозного сионизма.
Сейчас, когда мы отмечаем 75-ю годовщину независимости Израиля, пришло время отказаться от старого соперничества, чтобы предложить интерпретацию иудаизма, совместимую с демократией, чтобы в следующий раз, когда израильские избиратели придут на выборы, они могли проголосовать за еврейское и демократическое государство, а не за ложный выбор одного или другого.
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова
Вспоминая Сан-Ремо: когда мировые державы признали право евреев на Палестину
Все знают о Декларации Бальфура, но мало кто из современных израильтян помнит о Конференции в Сан-Ремо
25 апреля исполнилось 103 года со дня исторической конференции на итальянской Ривьере.
1.
Все знают о Декларации Бальфура, но мало кто из современных израильтян помнит о Конференции в Сан-Ремо, которая была еще более важной. В Сан-Ремо страны мира признали наши права на нашу землю — всю землю. Это признание было закреплено в международном праве и с тех пор не менялось. Нынешняя позиция, занятая странами мира в отношении наших прав, искажает истину и отрицает права, которые были даны нам на законных основаниях. Существует путаница между политическими и юридическими требованиями. Враждебная международная система, подпитываемая антисемитизмом, прикрывающимся оппозицией «только» к сионизму и Израилю, привела к отрицанию прав, которые были даны нам по закону. 25 апреля исполнилось 103 года со дня исторической конференции на итальянской Ривьере. Там была заложена политическая и правовая основа для рождения государства Израиль 28 лет спустя. Значительную часть того, что я пишу здесь, я узнал от доктора Жака Готье, который написал монументальную докторскую диссертацию на эту тему.
2.
Декларация Бальфура от 2 ноября 1917 года была решением, принятым британским военным кабинетом под руководством лорда Бальфура. В ней выражалась поддержка сионистских устремлений и признавалось, что после тысячелетий преследований и угнетения настало время решить еврейский вопрос. Британия еще не контролировала территории, о которых шла речь, поэтому декларация представляла собой идею, которую нужно было продвигать.
Стремления, признанные британцами, были ясны: национальный дом для еврейского народа на его земле. В десятилетия, предшествовавшие декларации, сионизм прямо говорил о еврейском государстве, и британцы признали это. На картах Османской империи эта земля не называлась «Палестиной», но в британской истории и кругах политического руководства Палестина была землей, упомянутой в Библии как земля евреев.
3.
К концу Первой мировой войны рухнули четыре империи: Австро-Венгерская, Российская, Германская и Османская. В начале 1919 года в Париже собрались победившие союзные державы: США и Великобритания, Франция, Италия и Япония. Они навязали побежденным странам условия капитуляции и сформулировали мирные договоры. Державы должны были получить территории Османской империи и обязались передать их другим.
На конференции в феврале 1920 года союзные державы провели слушания для арабской делегации во главе с эмиром Фейсалом ибн Хусейном и для сионистской делегации во главе с Хаимом Вейцманом. До этого Фейсал и Вейцман подписали соглашение о взаимной поддержке, которое включало признание Декларации Бальфура и еврейских устремлений в отношении Земли Израиля. Арабская делегация требовала большую часть Ближнего Востока и оставляла вопрос о Земле Израиля на решение держав и заинтересованных сторон (а именно, сионистской делегации!).
Сионистская миссия требовала признания исторического права еврейского народа на свою землю, «воссоздания» того, что когда-то было нашим до изгнания. Миссия не стремилась к немедленной независимости, а скорее к своего рода доверию (мандату) над Землей Израиля при международной поддержке, чтобы стимулировать еврейскую иммиграцию, которая в конечном итоге должна привести к появлению в Палестине еврейской популяции, достаточной для создания независимого государства. На представленной ими карте была изображена библейская территория Земли Израиля по обе стороны реки Иордан.
После ужасных жертв Первой мировой войны президент Соединенных Штатов Вудро Вильсон предложил программу, целью которой было предотвращение в будущем того, что только что пережил мир. Это привело к Пакту Лиги Наций, принятому в апреле 1919 года и включенному в Версальский договор в июне, который стал обязательным для исполнения. Статья 22 Пакта содержала новую идею, появившуюся впервые: международный мандат, направленный на помощь народам, достигшим политической независимости, но в то же время нуждающимся в помощи в развитии экономических и политических условий, которые позволили бы им управлять современным государством.
В мандатах, выданных Ливану, Сирии и Ираку, бенефициарами были арабские жители этих территорий. Не так обстояло дело в случае с Землей Израиля: здесь бенефициарами были евреи всего мира, которые в основном жили за пределами этой земли.
4.
Державы еще не занимались вопросом Ближнего Востока, поэтому они собрались год спустя, 19-25 апреля 1920 года, в замке Девачан в Сан-Ремо, чтобы решить, как ответить на требования арабов и евреев. На встрече присутствовали премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд-Джордж, премьер-министр Франции Александр Мильеран и премьер-министр Италии Франческо Нитти, а также посол Японии и американский представитель. Президент Вильсон отсутствовал из-за проблем со здоровьем и политических соображений.
25 апреля державы решили ответить на требования обеих сторон. В отношении арабов они признали племена и этнические группы на Ближнем Востоке народами и предоставили им обширные территории для удовлетворения их чаяний.
Что касается евреев, то державы превратили Декларацию Бальфура из идеи в политический план. Они включили ее в международное право и ратифицировали свою поддержку политических устремлений еврейского народа. Министр иностранных дел Великобритании, лорд Керзон, заявил, что Декларация Бальфура была одобрена союзниками и что Палестина в будущем станет «национальным домом для еврейской расы». Это важный момент: решение признало право евреев всего мира на эту землю, даже тех, кто еще не жил там. С тех пор это право не отменялось.
На вопрос о границах британский премьер-министр, который вел дебаты, ответил: «От Дана до Бершебы». Французский премьер-министр спросил, что он имеет в виду, и британский премьер-министр сослался на «Атлас исторической географии Святой земли» шотландского богослова Джорджа Адама Смита. Он представил карту объединенного Израильского царства времен Давида и Соломона. Именно на этот документ опирались державы-победительницы, когда определяли границы территории, переданной нам в резолюции Сан-Ремо.
5.
Произошедшее в Сан-Ремо в апреле 1920 года, в Ияре 5620 года, стало основополагающим историческим событием, не имеющим аналогов со времен разрушения Второго Храма в первом веке нашей эры, и дало еврейскому народу право на восстановление независимого государства на своей исторической родине. Хаим Вейцман отмечал: «Решение в Сан-Ремо, это признание наших прав в Палестине, которое было включено в договор с Турцией (Севрский договор) и стало частью международного права — это самое значительное политическое событие в нашем сионистском движении. И, возможно, не будет преувеличением сказать — во всей истории еврейского народа со времен диаспоры».
По итогам конференции в августе 1920 года был подписан Севрский договор, по которому Турция отказалась от прав собственности на территории Ближнего Востока в пользу союзных держав. Статья 95 закрепила текст Декларации Бальфура в международном праве. Это «Великая хартия вольностей» еврейского народа, которая родилась в Сан-Ремо. Статья 2 Мандата гласила: «Уполномоченное лицо несет ответственность за создание в стране таких политических, административных и экономических условий, которые обеспечат создание еврейского национального дома, как указано в преамбуле, и развитие институтов самоуправления...». О чем говорится в преамбуле? О том, что была признана историческая связь еврейского народа со своей землей и его право на воссоздание на ней своего национального дома.
С тех пор это решение Лиги Наций не отменялось. Статья 80 Устава Организации Объединенных Наций, созданной после Второй мировой войны, защищает все права, предоставленные Лигой Наций до подписания Устава ООН.
В своих беседах с политиками, в своих выступлениях в обеих палатах итальянского парламента и в СМИ я повторял, что поддержка дипломатического компромисса — это одно, но заявление о том, что Израиль нарушает международное право, строя поселения на своей исторической родине, является ложью, потому что обязательное международное право — которое Италия подписала как принимающая сторона исторической конференции в Сан-Ремо — с тех пор не изменилось.
Исраэль а-йом, перевод Ильи Амигуда