Израиль должен подготовиться к возможности финансовой войны
Израиль готов к ракетам, беспилотникам, терроризму и кибератакам, но теперь он должен быть готов и к другому виду оружия: доллару
Марк Дубовицканадско-американский юрист, генеральный директор Фонда защиты демократии
На протяжении двух десятилетий Соединенные Штаты создавали мощную машину финансовой войны, призванную ослабить Иран. Парадоксально, но некоторые из ближайших союзников Вашингтона сейчас используют элементы этой машины против Израиля.
Модель, использованная против Ирана, оказалась разрушительной, потому что она действовала как постоянно затягивающаяся петля. Сначала создается правовая инфраструктура. Затем она интернационализируется. Санкции вводятся в отношении отдельных лиц, распространяются на компании и целые сектора и, в конечном счете, затрагивают саму финансовую систему.
Санкции запустили этот процесс, но реальный ущерб был нанесен банками и инвесторами, которые, опасаясь навлечь на себя гнев Вашингтона, вышли далеко за рамки того, что на самом деле требовало американское законодательство. Иран стал опасным в экономическом отношении государством.
Израиль готов к ракетам, беспилотникам, терроризму и кибератакам, но теперь он должен быть готов и к другому виду оружия: доллару. Всем, кто считает такой сценарий высосанным из пальца, следует подумать еще раз.
Прецедент уже существует
В феврале 2024 года президент США Джо Байден подписал указ 14115, объявляющий чрезвычайное положение в стране в связи с ситуацией в Иудее и Самарии и санкционирующий санкции против израильских поселенцев и связанных с ними организаций. Каким бы ни было отношение к лицам, внесенным в санкционный список, был создан прецедент: используя чрезвычайные полномочия, Соединенные Штаты ввели режим санкций в отношении граждан близкого демократического союзника.
Президент Дональд Трамп отменил указ сразу же после возвращения в Белый дом, но сам прецедент уже не исправить. Указ был составлен и реализован, и союзники США уже присоединились к этой инициативе.
В течение 72 часов после объявления о санкциях израильские финансовые учреждения начали ограничивать доступ к счетам лиц, попавших в санкционный список. Министр финансов Бецалель Смотрич выразил протест, но Банк Израиля отказался идти на уступки, предупредив, что игнорирование американских санкций может поставить под угрозу доступ израильских банков к международной финансовой системе. Это стало яркой демонстрацией влияния Вашингтона даже внутри Израиля.
Общественное мнение имеет значение
Теперь представьте себе не горстку людей, а 200 целей, включая израильские компании и банки. Список целей уже формируется. В базе данных ООН перечислены 158 компаний из 11 стран, занимающихся деятельностью, связанной с израильскими поселениями, включая банковское дело, строительство, связь, энергетику, транспорт и технологии.
Джо Байден (Mark Schiefelbein, AP)
Политический щит Израиля также ослабевает. Видные политики США все чаще не стесняются занимать более жесткие позиции. После десятилетий, в течение которых Израиль пользовался большим преимуществом, опросы общественного мнения теперь показывают, что большее количество американцев симпатизируют палестинцам, а не израильтянам. И это не только демократический феномен: 57% республиканцев в возрасте до 50 лет негативно относятся к Израилю. Эти цифры должны обеспокоить Израиль и его друзей, потому что, в конечном счете, общественное мнение формирует политику.
Опасная спираль
Теперь перенесемся в январь 2029 года. Президент, враждебно настроенный к Израилю, входит в Белый дом. Соединенные Штаты прекращают блокировать меры против Израиля в ООН. Европейские санкции расширяются, и возвращается распоряжение администрации Байдена о санкциях, на этот раз расширенное и закрепленное в законодательстве, распространяющееся от агрессивно настроенных поселенцев до компаний, работающих в Иудее и Самарии.
Уолл-стрит сделает всё остальное. Банки будут держаться подальше от всего, что, по их мнению, сопряжено с риском. Чрезмерное стремление финансовых учреждений к соблюдению нормативных требований иногда может быть более разрушительным, чем сами санкции. На заключительном этапе различия между двумя сторонами «зелёной линии» могут исчезнуть, а меры будут расширены и направлены против правительства Израиля и ключевых секторов экономики. Израиль особенно уязвим из-за своей зависимости от международного капитала. На долю высоких технологий приходится 58% израильского экспорта, а около 70% венчурных инвестиций поступают от иностранных инвесторов.
Этот сценарий не является неизбежным. У Израиля ещё есть время подготовиться, но действовать нужно уже сейчас. Иерусалим должен решительно преследовать по закону лиц, причастных к насильственным действиям, тем самым лишая своих противников одного из самых веских оснований для введения санкций. Необходимо провести стресс-тестирование израильских банков и крупных компаний на предмет их устойчивости к возможной волне санкций и выявить уязвимые места в экономике.
Кроме того, Израилю нужна постоянная межведомственная группа по вопросам экономической безопасности с участием частного сектора, которая будет проводить финансовые учения, отслеживать угрозы и разрабатывать меры противодействия.
Необходимы перемены
С дипломатической точки зрения Израиль должен проводить различие между законной критикой своей политики и финансовыми мерами, направленными на парализацию его экономики. Ему следует углубить свои отношения с руководством США и американскими финансовыми институтами, решения которых могут оказаться критически важными, если климат в Вашингтоне изменится.
Торги на Уолл-стрит (GettyImages)
В то же время Иерусалим должен диверсифицировать свои риски и расширять свои связи с другими рынками. Самое главное, Израиль и Соединенные Штаты должны углубить свою военную, технологическую, разведывательную и экономическую интеграцию до такой степени, чтобы нанесение финансового ущерба Израилю также повлекло за собой значительные издержки для Вашингтона.
Внутренняя политика Израиля повлияет на его способность вести эту борьбу. Как американец, я не вправе указывать израильтянам, как голосовать. Но как человек, работающий в Вашингтоне по защите Израиля, я считаю важным разъяснить последствия: если нынешняя коалиция останется у власти, не изменив своей политики и поведения, защитить Израиль от кампании финансовой войны станет намного сложнее. Друзья Израиля не могут бесконечно компенсировать принятые в Иерусалиме решения, которые подрывают международную поддержку страны. Израильтянам следует учитывать эту стратегическую реальность в своих публичных дебатах, к каким бы политическим выводам они в конечном итоге ни пришли.
План финансовой войны против Израиля уже существует, но его реализация еще не завершена. До следующих президентских выборов в США осталось около двух лет, и за это время Израиль может снизить свою уязвимость, укрепить альянсы и углубить экономическую интеграцию, что могло бы сдержать такую кампанию или остановить ее, если сдерживание не сработает.
Вопрос не только в том, кто будет держать перо в Вашингтоне в 2029 году, но и в том, что Израиль сделает до этого момента, чтобы это перо никогда не было направлено против него.
Israel Hayom, перевод Ларисы Узвалк
Служить должны все
Следующее правительство должно принять простой принцип: служат все
Шуки Фридмандиректор Центра изучения религии, нации и государства Израильского института демократии
После трех лет войны, когда многие израильтяне провели сотни дней в резерве, а ЦАХАЛ (прежде всего солдаты срочной службы) испытывает колоссальную нагрузку, общественная терпимость к практике поголовного освобождения от призыва практически сошла на нет. Подавляющее большинство израильтян выступают за то, чтобы мужчины из ультраортодоксальной среды (харедим) несли службу; опросы свидетельствуют о широкой поддержке их призыва даже среди сторонников нынешнего правительства.
Пытаясь сохранить союз с ультраортодоксальными партиями и одновременно успокоить собственный электорат, Нетаньяху предлагает новую формулу: «Мужчины-харедим, которые не занимаются изучением Торы, будут призваны в армию». На практике этот подход не только морально ущербен, но и в корне неверен. Только всеобщая воинская повинность способна реально обеспечить приток большого числа молодых людей из этой общины в ряды ЦАХАЛа. Любой политик, предлагающий иные варианты, фактически отказывается от идеи всеобщего призыва.
За все время своего пребывания у власти правительство Нетаньяху практически ничего не сделало для того, чтобы привлечь ультраортодоксов к службе. Напротив, под жестким давлением ультраортодоксальных партий оно направило огромные усилия и политический капитал на продвижение закона, фактически узаконивающего уклонение от призыва. Однако приближаются выборы, а в умении анализировать данные опросов Нетаньяху нет равных. Учитывая слабость партии «Ликуд» и растущее требование (в том числе внутри его собственного лагеря) о более справедливом распределении бремени службы, Нетаньяху и другие представители коалиции меняют курс: они отходят от идеи закона, поощряющего уклонение, и переходят к новой формуле: «Те, кто изучает Тору, освобождаются от службы; те, кто не изучает — подлежат призыву».
Для Нетаньяху и сторонников коалиции (многие из которых являются людьми традиционных или религиозных взглядов) эта формула кажется идеальной. Она позволяет им «усидеть на двух стульях»: защитить институт изучения Торы и одновременно увеличить число тех, кто несет службу. Проблема решена.
Но это не так. Данная формула — лишь удобная иллюзия, которая рассыпается при более внимательном рассмотрении.
Во-первых, не существует морального обоснования для освобождения от службы каждого, кто изучает Тору. Изучение Торы — важная ценность для еврейского государства, но оно не может автоматически служить заменой военной службе. Можно совмещать учебу и службу. Тысячи молодых религиозных людей именно так и поступают: некоторые проводят годы в ешиве, затем проходят полноценную военную службу, возвращаются к учебе и продолжают нести бремя службы в резерве.
Кроме того, эта формула нежизнеспособна на практике. Принцип «кто не учится — тот подлежит призыву» обязывает государство определять, кто именно по-настоящему изучает Тору, фактически превращая правительство в орган контроля над миром ешив. Как именно это должно происходить на практике? Будут ли инспекторы ходить по ешивам? Проверять посещаемость утром и после обеда? Принимать экзамены по Талмуду? Выявлять тех, кто неофициально подрабатывает после завершения дневных занятий? И если подобное нарушение грозит лишением финансирования и годами военной службы, какой стимул будет у ешивы сообщать о том, что кто-то из ее студентов на самом деле не учится?
Ответ очевиден. Вскоре выяснится, что «весь народ твой — праведники». Все будут изучать Тору. Даже самый отъявленный бездельник из ешивы внезапно превратится в полноценного учащегося. Появятся списки, сертификаты, журналы посещаемости и механизмы контроля. Государство будет проводить проверки, ешивы — отчитываться, политики — рапортовать об «обеспечении исполнения закона», а в итоге практически любой молодой человек, твердо решивший избежать службы, найдет способ попасть в категорию «изучающих Тору».
Любой, кто знаком с тем, как государство взаимодействует с системой образования ультраортодоксов (харедим), знает, как это работает. Годами государство безуспешно пытается добиться соблюдения даже элементарных требований к базовой учебной программе в финансируемых им учреждениях. Полагать, что вдруг возникнет безупречная система контроля, когда на кону стоит призыв в армию, — мягко говоря, наивно.
И именно поэтому этот лозунг опасен. Он предлагает израильтянам — особенно избирателям правого лагеря, которые выступают за расширение призыва, но при этом хотят сохранить политический «блок», — удобное решение. Можно заявлять: «Я поддерживаю призыв ультраортодоксов», — и одновременно с этим одобрять схему, которая на практике лишь закрепляет практику уклонения от службы.
Существует лишь одно реальное решение. Следующее правительство должно принять простой принцип: служат все. Условия военной службы можно и нужно адаптировать к потребностям ультраортодоксальной общины. Можно создать соответствующие рамки и разрешить очень небольшой квоте выдающихся знатоков Торы продолжить обучение. Но они должны оставаться исключением. Все остальные обязаны служить.
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда