Израиль в центре сирийского конфликта: новые вызовы и возможности
На сегодняшний день Сирия де-факто разделена на несколько квазигосударственных образований
Сеймур Мамедовазербайджанский журналист
Раздел Сирии, очертания которого начали формироваться еще в 2011 году, становится реальностью с непредсказуемыми последствиями. Среди главных выгодополучателей — президент Эрдоган, который видит в этом шаг к осуществлению своей давней мечты о восстановлении оттоманского проекта, и Израиль, который укрепил свою безопасность, заняв стратегически важную гору Хермон с видом на пригороды Дамаска.
Наибольшие потери понес Иран, утративший не только Сирию, но и долгосрочно выстраиваемую сеть шиитских террористических прокси. Раздел Сирии знаменует дальнейший крах принципа нерушимости границ, который начал давать трещину после распада СССР и Югославии. Этот процесс завершился расчленением Сербии силами НАТО, а теперь добрался и до Ближнего Востока.
О том, что события в Сирии были далеко не спонтанными, свидетельствуют определенные факты. Незадолго до начала активной фазы конфликта Москву посетил военный секретарь премьер-министра Израиля генерал-майор Роман Гофман. Вскоре после его визита израильская армия без помех заняла укрепления на Голанских высотах, ранее контролировавшиеся российскими наблюдателями. По неподтвержденным данным, в тот же период Анкару посетил глава разведки Израиля Давид Барнеа. Эти события указывают на скоординированность действий по разделу Сирии, который, однако, пока не завершен.
Каждый из участников конфликта пытается защитить свои интересы. Россия удержала за собой базы в Хмеймиме и Тартусе, Турция получила свободу действий против курдов при поддержке Свободной сирийской армии (СНА). Вопрос в том, позволит ли Вашингтон дальнейшее усиление протурецких прокси, или, напротив, начнет активно вооружать курдские формирования (YPG). Уже сейчас США строят военную базу в районе Кобани и перебрасывают туда технику, включая БМП Bradley, системы ПВО и бетонные конструкции для укрепления.
На сегодняшний день Сирия де-факто разделена на несколько квазигосударственных образований, чьи границы напоминают времена французского мандата первой половины XX века. Прогнозировать дальнейшее развитие событий сложно. Недавние авиаудары Израиля по оборонным лабораториям в Алеппо показывают, что ситуация остается напряженной. После ослабления позиций Ирана Израиль все больше обеспокоен растущим влиянием Турции и возможностью ее прямого вмешательства в сирийские дела.
Тем временем курдские формирования усиливают свои позиции в Манбидже и удерживают восточные районы города. Анкара, с трудом справляющаяся с растущим влиянием курдов и нарастающим хаосом в рядах СНА, сталкивается с угрозой потери контроля над группировкой ХТШ, которую все активнее пытаются перетянуть на свою сторону Саудовская Аравия и другие арабские страны.
Для Сирии, как арабской страны, Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт и Египет представляются более понятными и приемлемыми партнерами, чем Турция. Напряженность между Анкарой и арабским миром усугубляется исторической памятью об османском господстве, а недавние заявления Эрдогана о сирийских территориях вызвали шок как у новых сирийских властей, так и у арабских лидеров.
Ключевым фактором остается контроль над стратегическими транспортными путями, связывающими Восток и Запад, Север и Юг. Эти пути сегодня играют ведущую роль в транспортировке углеводородов в Европу, что делает регион объектом пристального внимания политиков и бизнес-элит.
Последние визиты министров иностранных дел Германии и Франции показывают растущий интерес Европы к будущему Сирии. При этом оно пока остается неопределенным: от создания федеративного устройства под эгидой США до полного распада с поглощением территорий соседними государствами.
Наиболее сложным остается курдский вопрос, который затрагивает не только Сирию, но и сопредельные страны. Вашингтон и другие центры силы пытаются использовать его в своих интересах, что лишь усугубляет региональную нестабильность.
Для Израиля текущая ситуация в Сирии создает как возможности, так и угрозы. Крах режима Асада открывает новые точки пересечения интересов с Турцией, но усиливающаяся враждебность Эрдогана вынуждает Израиль укреплять поддержку курдов и лоббировать сохранение американского военного присутствия в регионе. По мнению аналитиков, текущее усиление Турции вызывает у арабских стран опасения, сравнимые с теми, что раньше вызывал Иран.
Сирия стоит на пороге новой эры, и ключевая задача нового руководства заключается в сохранении единства страны, обеспечении ее суверенитета и стабильности. Однако добиться этого будет — в условиях конфессионального и этнического раскола, а также внешнего давления — нелегко. Противоречия между заинтересованными сторонами обещают, что борьба за Сирию вступает в новую, еще более сложную фазу.
Сможет ли Беннет решить израильскую дилемму?
У меня есть один принципиальный вопрос к Беннету
Това Герцльпервый посол Израиля в странах Балтии, посол в ЮАР и сотрудник по связям с конгрессом в посольстве в Вашингтоне
Опросы показывают, что партия, возглавляемая бывшим премьер-министром Нафтали Беннетом, изменит парламентский ландшафт Израиля и что он считается более подходящим кандидатом на пост премьер-министра, чем действующий глава кабинета.
Беннет, чьей первой должностью в политике был пост главы администрации Нетаньяху (2006-2008), впоследствии успешно участвовал в выборах, возглавлял несколько министерств и был премьер-министром в недолговечном «правительстве перемен» (2021-2022).
В послужном списке Беннета — успешная деятельность в сфере высоких технологий. Как и Нетаньяху, он служил в отряде спецназа и тоже свободно владеет английским языком. В отличие от Нетаньяху, его не судят за коррупцию, его семью не окружает драма, а мировые лидеры не комментируют его проблемные отношения с истиной. Пока все хорошо.
Мы могли бы не обращать внимания на сомнительные кадровые решения Беннета, который привлек в политику Идит Сильман и Амихая Шикли. Они развалили его правительство, перешли в «Ликуд» и стали министрами нового кабинета (ответственными, соответственно, за экологию и дела диаспоры).
Будем считать, что он усвоил урок и в будущем не будет назначать партнеров, которые, такое впечатление, были подобраны компьютерной программой.
У меня есть один принципиальный вопрос к Беннету: есть ли у него реалистичное решение дилеммы, с которой Израиль сталкивается уже 57 лет — три четверти своей истории? Другими словами, есть ли у него жизнеспособный план относительно будущего территорий, которые Израиль контролирует со времен Шестидневной войны 1967 года?
Множество наименований этих земель («удерживаемые», «освобожденные», «оккупированные», «Западный берег», «Иудея и Самария») отражает наше многоуровневое отношение к ним: историческое, политическое, религиозное, правовое и т. д. Это указывает на сложность ситуации.
Очевидно, что взмахом волшебной палочки эту проблему не решить. Но от будущего нацлидера можно ожидать реалистичного взгляда на вещи.
Оказывается, Беннетт, будучи религиозным ортодоксом и убежденным правым, не считает, что библейская Книга Йешуа бин Нуна является практическим руководством по управлению страной в XXI веке. В отличие от некоторых членов нынешней правящей коалиции Израиля, Мессия и искупление не являются частью его политической терминологии.
Похоже, он понимает, что в международном сообществе каждый игрок не может действовать в соответствии с частными убеждениями и что поэтому должны существовать согласованные правила. И он, безусловно, понимает, что палестинский вопрос нельзя игнорировать.
В своей «Инициативе стабильности Израиля» от 2012 года (я не нашла ее обновления) Беннет предлагает аннексировать зону C, в которой находится большинство израильских поселений на территориях.
Проживающим там палестинцам будет предложено израильское гражданство, чтобы избежать обвинений в апартеиде. К его чести, Беннет понимает серьезные последствия такого клейма на Израиле.
Увы, это понимание не распространяется на зоны A и B, для которых он предлагает автономию под израильским зонтиком безопасности.
Это означает, что миллионы тамошних арабов, лишенных гражданских прав, окажутся во власти правителей, в то время как он призывает Израиль расширять гражданские поселения (в международном праве они отличаются от присутствия сил безопасности) таким образом, чтобы предотвратить возможность отделения.
Другими словами, Израиль будет контролировать территории, местные жители смирятся с ситуацией, а международное сообщество согласится. Такой сценарий представляется маловероятным. Маленькая зависимая страна, как Израиль, не может навязать свою волю всему миру и не может выжить без него.
Выборы должны состояться в 2026 году, досрочных выборов не предвидится, а политическая ситуация в Израиле нестабильна. В настоящее время Беннет — красноречивый, динамичный, успешный — рассматривается как вероятный преемник нашего премьер-министра, поставившего рекорд длительности своей каденции.
Именно поэтому следующий вопрос адресован ему — но ответить на него приглашаются все правые, которые хотели бы возглавить Израиль: «Есть ли у вас план в отношении территорий, который был бы приемлем для всех, кроме израильских правых и их сторонников по всему миру? Если нет, то как вы планируете справиться с бойкотами и изоляцией, с которыми мы столкнемся?»
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова