Израильские дипломаты на линии фронта глобального террора
Атаки на дипломатические миссии — явление глобальное. Израиль в этом контексте не одинок
В центре Вашингтона 21 мая было совершено громкое преступление: двое сотрудников израильского посольства, мужчина и женщина, были застрелены террористом при выходе с мероприятия в Еврейском музее. Подозреваемый в двойном убийстве задержан, однако сам инцидент вновь поставил на повестку дня один из самых тревожных и систематически повторяющихся сюжетов в международной дипломатии — насилие в отношении израильских дипломатов.
С момента создания Государства Израиль его представители за рубежом не раз становились мишенями террористических атак. По данным израильских СМИ, только за последние 35 лет зафиксировано более двух десятков нападений на израильских диппредставителей. В целом, с момента провозглашения независимости, более 20 сотрудников внешнеполитической службы Израиля погибли в результате терактов при исполнении служебных обязанностей.
Первым тревожным сигналом стали скоординированные атаки 8 сентября 1969 года на израильские посольства в Гааге и Бонне, а также на офис авиакомпании «Эль-Аль» в Брюсселе. Хотя человеческих жертв удалось избежать, это стало началом новой эпохи — эпохи, когда дипломатическая неприкосновенность оказалась под угрозой. В мае 1970 года в Асунсьоне трое арабских террористов атаковали израильское посольство, убив сотрудницу Эдну Пеэр. Год спустя в Стамбуле был похищен и убит посол Эфраим Эльром — инцидент, ставший примером радикализации леворадикальных движений в Европе и на Ближнем Востоке.
Атаки на израильские дипломатические объекты происходили по всему миру: от Лондона и Парижа до Буэнос-Айреса и Ташкента. В 1982 году в Париже был застрелен Яаков Бар-Симантов, а несколькими днями позже посол Израиля в Лондоне Шломо Аргов получил тяжелейшее ранение. Этот инцидент стал предлогом для начала Первой ливанской войны. Наиболее трагичным стал теракт в Буэнос-Айресе 17 марта 1992 года: террорист-смертник протаранил здание посольства Израиля, в результате чего погибли 28 человек, свыше 300 получили ранения. Ответственность за атаку, по данным спецслужб, несет поддерживаемая Ираном группировка «Хезболла».
Главными мотивами нападений являются геополитическая ненависть к Израилю, поддержка палестинцев, шиитско-суннитские конфликты, а также идеологическое неприятие западного мира, с которым Израиль отождествляется. За атаками стояли как палестинские радикалы, такие как «Черный сентябрь» и группа Абу Нидаля, так и левые террористические организации, а также шиитские экстремистские группировки. Примечательно, что теракты происходили не только в странах, находящихся в зоне политической нестабильности. Израильские дипломатические миссии подвергались нападениям в столицах западного мира: Вашингтоне, Лондоне, Париже, Берлине.
Наряду с классическими террористическими атаками, участились и символические акты давления. Так, в сентябре 2011 года в Каире демонстранты ворвались в здание израильского посольства, сорвали флаг, устроили погром, требуя разрыва дипломатических отношений. Этот инцидент стал примером использования массовых протестов для подрыва дипломатических отношений и нанесения имиджевого удара.
Атаки на дипломатические миссии — явление глобальное. Израиль в этом контексте не одинок. В январе 2023 года посольство Азербайджана в Иране подверглось вооруженному нападению: один человек погиб, двое были ранены. Этот трагический эпизод продемонстрировал, что дипломатические учреждения остаются уязвимыми даже в странах, с которыми поддерживаются официально дружественные отношения.
Систематические нападения на израильских дипломатов — это не случайные акты насилия, а элементы гибридной войны, направленной на ослабление международного авторитета Израиля, подрыв доверия к его дипломатическим институтам и запугивание союзников. Учитывая многолетнюю статистику и глобальный масштаб угроз, становится очевидным: дипломаты, особенно израильские, все чаще оказываются на передовой идеологического и геополитического противостояния. А значит, защита их жизни, ужесточение мер безопасности, усиление международной координации и наказание за подобные преступления — становятся не просто вопросом безопасности, а необходимым элементом международной стабильности.
Как ХАМАС изменил Ближний Восток
На наших глазах формируется новый центр силы, объединяющий технологический потенциал Израиля и богатейшие ресурсы арабских монархий
История знает парадоксы, когда небольшая группировка или даже отдельные террористы способны радикально изменить судьбу целого региона. Так произошло с радикальным исламистским движением ХАМАС, которое до недавнего времени мало кто воспринимал всерьёз. Никто не мог предсказать, что неспровоцированное нападение боевиков ХАМАСа на Израиль 7 октября 2023 года приведёт к краху шиитской империи, десятилетиями выстраиваемой Ираном.
Как прокси-структура режима аятолл, ХАМАС своими нерасчётливыми действиями запустил цепную реакцию, результатом которой стало стремительное ослабление влияния Ирана и его союзников. Вихрь, вызванный этими событиями, смёл с политической карты Ближнего Востока ливанскую «Хезболлу», подорвал режим сирийского диктатора Башара Асада, ослабил позиции шиитских группировок в Ираке и поставил под угрозу само существование йеменского движения «Ансар Аллах». Даже Катар, активно поддерживавший ХАМАС и вложивший сотни миллионов долларов в Газу, начал дистанцироваться от движения.
Особенно это стало заметно после судьбоносного визита на Ближний Восток президента США Дональда Трампа. Благодаря дипломатическим усилиям Вашингтона всё более активно продвигается инициатива спецпосланника Стива Уиткоффа по расширению числа участников «Соглашений Авраама». Примечательно, что в новой конструкции отсутствуют и Турция, и Иран — создаётся впечатление, что этих региональных игроков сознательно отстраняют от определения будущего региона.
На наших глазах формируется новый центр силы, объединяющий технологический потенциал Израиля и богатейшие ресурсы арабских монархий. К этому блоку планируется привлечь и Азербайджан, и, что неожиданно, даже Армению. Цель — создать стратегическое кольцо вокруг Ирана. Что касается Турции, то она, судя по всему, сохраняет прежние позиции, однако её влияние ослабевает. Риторика президента Эрдогана заметно смягчилась, что может быть связано с внутренней усталостью и ограниченными ресурсами для активной внешней политики.
В контексте недавнего визита Трампа в регион активно обсуждается вопрос, почему американский лидер не посетил Израиль и каковы его отношения с премьер-министром Биньямином Нетаньяху. Однако слухи о недовольстве Трампа действиями израильского правительства беспочвенны. Американский лидер подчеркнул, что Израиль — суверенное государство и вправе самостоятельно определять политику национальной безопасности.
Между тем, США и Израиль достигли соглашения о доставке гуманитарной помощи жителям Газы через специальные зоны, при участии американских компаний — ещё одно свидетельство стратегического партнёрства. На слушаниях в Сенате госсекретарь Марко Рубио сообщил, что США обратились к ряду государств с предложением временного переселения палестинцев из сектора Газа. Речь идёт о добровольном выезде тех, кто сам выразит желание временно покинуть регион.
5 мая Нетаньяху, вскоре после отъезда Трампа, объявил о начале операции «Колесницы Гидеона». Параллельно представители американской администрации инициировали переговоры с Ливией и Сирией о возможности временного приёма до миллиона жителей Газы. Всё это укладывается в контур переустройства Ближнего Востока — без войн, терроризма и радикалов.
Ещё 5 февраля на пресс-конференции с Нетаньяху Трамп заявил: «США возьмут под контроль сектор Газа, и мы его преобразим… Мы освоим эту землю». Позже он уточнил: «Мы намерены владеть Газой». А 11 февраля на встрече с королём Иордании Абдаллой II добавил: «Мы ничего не будем покупать. Мы это [Газу] просто возьмём и оставим себе». Эти заявления, очевидно, были согласованы с рядом стран, готовых инвестировать в развитие Газы.
Первый шаг — отстранение ХАМАСа от распределения гуманитарной помощи. С 24 мая этим займётся «Гуманитарный фонд Газы», базирующийся в США, как сообщил министр обороны Израиля Исраэль Кац. Это означает, что ХАМАС лишается ключевого инструмента влияния в виде зависимости населения от распределяемой гуманитарной помощи.
В ходе боевых действий ЦАХАЛ нейтрализовал ключевых лидеров ХАМАСа, включая Исмаила Ханию, Мухаммеда Дейфа и Яхью Синвара. Единственный оставшийся рычаг давления — заложники, которых группировка удерживает в нечеловеческих условиях уже почти два года.
Остаётся непонятным, на что рассчитывает ХАМАС, упрямо отказывающийся от разоружения и продолжающий удерживать власть. Сегодня очевидно, что ни один здравомыслящий лидер в регионе не поддержит организацию, которая обрекла свой народ на страдания и разрушения.
На этом фоне в Газе растёт волна протестов. Несмотря на угрозы, жители выходят на улицы, выступая против диктата ХАМАСа. Однако руководство движения, похоже, всё ещё надеется на хуситов с их устаревшими дронами или на интервенцию иранской армии, не способной даже обеспечить оборону собственной территории.
Параллельно с обострением напряжённости произошла трагедия в США: у Еврейского музея в Вашингтоне были застрелены два сотрудника израильского посольства, Ярон Лишински и его невеста Сара Милгрим. Стрелявший, 30-летний Элиас Родригес, оказался активистом пропалестинского движения и членом маоистской группировки Chicago Chapter. При задержании он выкрикивал: «Свободу Палестине!».
Президент Израиля Ицхак Герцог призвал не политизировать трагедию, подчеркнув, что убийство было мотивировано антисемитизмом и ненавистью. Убийство осудили лидеры стран Евросоюза и Великобритании. Первой мусульманской страной, выразившей соболезнования Израилю, стал Азербайджан.
Таким образом, в нашем беспокойном и раздробленном мире любое событие может иметь масштабные, непредсказуемые последствия, способные поставить человечество на грань глобальной катастрофы.