А.Б. Иегошуа, один из величайших ивритоязычных писателей, оставил после себя произведения, которые являются одновременно глубоко израильскими и универсальными по своему масштабу, переведены на десятки языков, опубликованы и изучены по всему миру. В его поколении только Амос Оз соперничал с ним по уровню признания как беллетрист.

Израильский Фолкнер

Газета «Нью-Йорк Таймс» назвала его «израильским Фолкнером». Уильям Фолкнер явно значительно повлиял на его творчество, особенно это заметно в романах «Любовник» (1977), «Поздний развод» (1982) и Господин Мани» (1989).

Как и Фолкнер, он был озабочен национальной идентичностью и тем, как она формирует жизнь его героев. Если Фолкнер углублялся в изучение длительного влияния рабства и того, как оно отразилось на Америке, то Иегошуа с первых же произведений сосредоточился на арабо-израильском конфликте.

Позднее Иегошуа обратил внимание на наследие сефардов и мизрахи, от которого он отказался в юности, но которое оказалось крайне важным для израильского общества. И хотя в его произведениях присутствует сильное влияние политики, его мастерство писателя всегда брало верх над сиюминутной повесткой дня. Его герои оказываются там, куда их ведет судьба, а не там, куда хотел бы их направить идеолог.

О чем бы ни шла речь, Иегошуа всегда смотрел прямо на окружающую действительность и делал ее настолько яркой, что читатели по всему миру могли отождествлять себя с созданными им персонажами.

Истории сами по себе

Он сделал себе имя и занял место в «новой волне» израильской литературы, зародившейся в 60-70-х годах, благодаря серии необычных рассказов.

Один из них, «Перед лицом леса», опубликованный в 1968 году, оказывает особенно сильное влияние и по сей день. Это очень символичная история о депрессивном израильском аспиранте, который устраивается на работу лесником, следящим за пожарами в лесах, выросших на руинах арабской деревни. Ему прислуживает араб, который когда-то жил в этой деревне и которому отрезали язык во время Войны за независимость, и который в конце концов сжигает лес. Этот рассказ, который сегодня изучается в израильских школах, вероятно, оказал более значительное политическое влияние, чем любая из статей Иегошуа в газетах.

Еще один его известный рассказ — «Три дня и мальчик», в котором рассказывается о студенте, нянчащемся с сыном покинувшей его большой любви. Он вызвал похвалу критиков за прекрасный язык. Не удивительно, что по этому рассказу в 1967 году снял фильм самым сложный израильский режиссер той эпохи Ури Зоар, который умер две недели назад. Фильм «Три дня и мальчик» получил гран-при Каннского кинофестиваля. Многие другие произведения Иегошуа также были адаптированы как для экрана, так и для сцены.

В блестящей серии романов, начиная с «Любовника», Иегошуа исследовал темы, которые станут доминирующими в его творчестве, среди которых любовь-ненависть, отношения отталкивания и притяжения между Израилем и диаспорой.

В «Любовнике» израильтянин, живущий во Франции, возвращается на родину, чтобы разобраться с наследством своей умирающей бабушки. Действие происходит во время Войны Судного дня. В итоге герой уклоняется от армии, скрываясь у харедим и перекрашивая голубую машину своей бабушки в черный цвет — явная отсылка к усилению влияния религиозного сектора.

Роман «Любовник», в котором, как и в большинстве его произведений, повествование ведется от лица нескольких разных персонажей (как и во многих романах Фолкнера), представляет собой эпический портрет Израиля начала 1970-х годов, нарисованный от лица множества персонажей с разными точками зрения, среди которых молодой араб-механик в автомастерской и взбалмошная дочь владельца мастерской, которые в итоге оказываются в одной постели.

Но, возможно, более спорной оказалась сцена, в которой дочь спрашивает свою мать, которая также была ее классной руководительницей, почему создание еврейского государства является естественным и неизбежным ответом на Холокост. Эта базовая концепция сионизма не имела смысла для девочки-подростка в Хайфе в 1973 году.

За «Любовником» последовал «Поздний развод», еще одна история израильтянина, вернувшегося из-за границы и втянутого в жизнь своей непутевой семьи и родины, отсылающая к «Звуку и ярости». В романе «Открытое сердце» Иегошуа рассматривает вопросы израильской идентичности на фоне не европейской диаспоры, а израильской тяги к Азии, в частности к Индии.

Исследование своих корней

Когда Иегошуа было уже далеко за 40, он начал исследовать вопросы, связанные с его происхождением. Его мать родилась в Марокко, а семья отца на протяжении многих поколений жила в Иерусалиме. Этот мотив заметен в романах «Пять сезонов» (о вдовце-сефарде, перестраивающем свою жизнь после смерти жены-ашкеназки), «Господин Мани» (о различных членах старинной сефардской семьи), «Путешествие на край тысячелетия» (о марокканском еврее, торговце, живущем в 999 году, который исследует разрыв между Востоком и Западом, евреями и мусульманами, и даже, в особом кивке в сторону Фолкнера, рабством и свободой).

В романе «Смерть и возвращение Юлии Рогаевой» рассказывается история израильского менеджера по кадрам, который отправляется в провинциальный город на территории бывшего Советского Союза, чтобы похоронить сотрудницу, погибшую в результате теракта. Здесь показан Израиль начала 21-го века с его террористическими атаками и зависимостью от иностранных рабочих.

Иегошуа продолжал писать прозу до самой смерти. В начале этого года он опубликовал роман «Третий храм», сложную историю о религиозных ашкеназах и сефардах, действие которой происходит в Париже и Тель-Авиве. Хотя в интервью он заявлял, что готов распрощаться с жизнью и писательской деятельностью, он не мог отказаться от своего увлечения родиной и занимался ее исследованием и описанием до самого своего смертного часа.

The Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда