Как Берни Сандерс решил сектору Газа помочь
Политику Берни определяют абстрактные ценности, но не факты, не данные статистики и не экономические показатели
Я абсолютно уверен, что, при всех своих благих намерениях, кандидат в президенты США Берни Сандерс не понимает реальную ситуацию в Израиле и, в частности, в зоне палестино-израильского конфликта. Сенатор от Вермонта ведет свою кампанию на прогрессистско-идеалистической платформе.
Политику Берни определяют абстрактные ценности, но не факты, не данные статистики и не экономические показатели. И в этом есть свой резон: либералам-прогрессистам, которым не нравится то, что правительство отодвигает ценности на второй план, позиция Сандерса кажется привлекательной.
Принцип Progressive values first распространяется и на подход Сандерса к внешней политике, особенно когда речь идет об израильско-палестинском конфликте. Сандерс часто говорит о необходимости справедливого отношения как к израильтянам, так и к палестинцам. Он считает, что Соединенные Штаты не уделяли достаточного внимания потребностям палестинцев в прошлом и позволяли несправедливой, даже оскорбительной израильской политике наносить им ущерб.
В недавних дебатах на CNN Сандерс заявил: «Американская политика на Ближнем Востоке должна способствовать объединению израильтян и палестинцев под знаменем справедливости. Не должно быть такого, что мы на 100% на стороне Израиля и игнорируем нужды палестинского народа». Обратите внимание, что политик во главу угла ставит справедливость и опускает часто упоминаемые другими в этом контексте мир и безопасность. Для Сандерса и его сторонников первостепенное значение имеет справедливость, а мир и безопасность — вторичны. Хотя справедливость является важной ценностью, наивно полагать, что одна из сторон конфликта пожертвует своей безопасностью ради справедливости.
В своем выступлении на конференции еврейской леволиберальной организации J-street сенатор предложил часть средств, выделяемых на американскую военную помощь Израилю, передать населению сектора Газы — для смягчения происходящего там гуманитарного кризиса. «Я бы сказал, что часть из 3,8 миллиардов долларов должна пойти прямо сейчас на гуманитарную помощь населению Газы», — заявил он.
Возникает законный вопрос: действительно ли в Газе имеет место гуманитарный кризис? Я никогда не был в Газе и не могу утверждать наверняка. Я прочитал два разных рассказа, оба с достаточным количеством доказательств, подтверждающих противоположные утверждения. Сектор Газа занимает такую же площадь, как Бруклин, а по населению вдвое уступает ему. Бруклин определенно не переполнен. Конечно, нет сомнений в том, что в Газе есть люди, страдающие от недостатка пищи и лекарств.
Критики часто обвиняют Израиль в страданиях жителей Газы. Они указывают на закрытую сухопутную границу Газы с Израилем и морскую блокаду побережья Газы и утверждают, что израильтяне мешают населению Газы повысить свой уровень жизни. О законных опасениях Израиля в отношении сектора Газа как источника террора вспоминают редко. Критики также игнорируют тот факт, что Израиль покинул Газу почти 15 лет назад, и что сектором управляет террористическая группировка ХАМАС.
Предложение Сандерса перенаправить американскую помощь Израилю Газе представляет собой классический пример утопической наивности. Иностранная помощь, направляемая в сектор Газа, чаще всего попадает в руки ХАМАСа и используется для строительства ракетных туннелей террора и нападений на ни в чем не повинных израильтян.
Избиратели, планирующие голосовать за сенатора Сандерса, должны учитывать его незнание фактов и непонимание роли прагматизма во внешней политике. Америка видела, как ее президенты теряют уважение международного сообщества, но ни один президент не потеряет уважение мира быстрее, чем наивный президент, который предъявляет непрактичные требования союзникам США. Избиратели, будьте осторожны!
Перевод Якова Скворцова, оригинальный текст: Times of Israel
Магнаты не виноваты в израильской дороговизне
Жесткое регулирование рынка и расчленение монополий ни к чему не приведет. Цены в Израиле потому высоки, что высоки издержки
В статье «Нация монополии. Как несколько фирм контролируют цены в Израиле», перевод которой был опубликован на нашем портале 1-го марта, в очередной раз приводятся уже многократно высказанные, надоевшие аргументы в пользу тезиса о том, что торговые магнаты, крупные корпорации и монополии являются главной причиной высоких цен в Израиле.
Нарисованная в статья картина крайне неточна. Высокий уровень концентрации (при котором экономика контролируется ограниченным числом игроков) является лишь одним из многих факторов, ведущих к высоким ценам. Подобная концентрация вполне типична для большинства небольших стран и должна со временем уменьшаться. Более того, в то время как автор настаивает на усилении государственного вмешательства для разрушения монополий, положительный эффект на потребительский рынок должны произвести как раз обратные действия. Меньшее, а не большее участие государства необходимо для эффективной конкуренции на свободном рынке. Нет лучшего распределителя ресурсов и контролера цен, чем свободный рынок.
Давайте сделаем шаг назад и попытаемся выявить хотя бы некоторые факторы, которые способствуют росту цен в Израиле. В вышеупомянутой статье израильские цены сравниваются с американскими. Но США — это огромный рынок с более чем 300 миллионами потребителей. Израильский рынок, с его девятью миллионами, по сравнению с ним просто карлик. . Чем меньше объем рынка, тем выше удельные издержки производителей и маркетинговые затраты.
Израиль — это остров (не в географическом, а в экономическом отношении). У нас ограничены торговые и транспортные связи с соседними странами. Большинство товаров доставляется в страну морским путем. Перемещение сырья и готовой продукции в страну и из страны обременительно и дорого.
Важное значение имеют и другие факторы, делающие израильский рынок уникальным:
· Наш язык распространен только в одной стране, поэтому издержки увеличиваются за счет локализации товаров на местном рынке, создания для них оригинальной рекламы и т.п.
· Многие продовольственные товары должны иметь кошерную сертификацию, что также влияет на стоимость.
· Промышленные предприятия, порты и другие важные инфраструктурные объекты не работают по шабатам и еврейским праздникам.
· В Израиле высока стоимость рабочей силы, а рынок труда довольно жестко регулируется.
· В стране очень дорогая недвижимость.
· Высок уровень вовлеченности государства во все сегменты экономики.
Все эти факторы способствуют увеличению затрат, связанных с производством, импортом, маркетингом и ведением бизнеса в целом. Все они ведут к повышению потребительских цен.
Некоторые из этих факторов имеют объективный характер, и мы едва ли способны значительно повлиять на них с целью снижения цен. Мы не можем просто волевым решением изменить объем рынка (хотя, при сохранении текущих темпов прироста населения Израиля, оно достигнет 15 миллионов к 2050 году). Мы также не можем отказаться от иврита и перейти на английский или китайский, не можем сделать свою страну географически ближе к Европе или США. Кроме того, многие в нашей стране готовы платить более высокую цену за соблюдение правил шабата и кашрута.
Возьмем, к примеру, телевидение. Даже если сами затраты на производство контента будут невысоки, они делятся на весьма невысокое количество домохозяйств, нуждающихся в оригинальной или переводной телепродукции на иврите. Это приводит к повышению цен. Если мы хотим потреблять качественный контент на иврите в виде новостей, телепрограмм, фильмов и сериалов, нам придется платить за него дороже, чем платят жители большинства стран за свой национальный контент. Никакое вмешательство государства не поможет нам найти более дешевый способ производства этого же контента.
Что полезного может сделать для улучшения ситуации правительство? Уменьшить свою вовлеченность в экономику, сократить бюрократию — это сыграет в пользу понижения цен. Вспомним создание розничной сети «Рами Леви» в конце восьмидесятых, предложившей продукты по оптовым ценам. Возьмите успех параллельного (серого) импорта в последние годы или создание торговыми сетями продуктов под собственными брендами, благодаря чему потребители могут купить практически идентичный продукт в большинстве категорий по гораздо более низким ценам, чем продукция известных мировых брендов. На товары под собственным брендом сегодня приходится около четверти оборота сети «Шуферсаль». Сегодня технологии помогают новым мелким брендам преодолевать традиционные барьеры для попадания на потребительский рынок, позволяют им опережать более крупные и авторитетные марки.
Именно эти конкурентные силы свободного рынка приводят к снижению цен, но отнюдь не усиление государственного вмешательства, и, конечно, не господдержка глобальных розничных тяжеловесов, таких как Next или Amazon. То, что они освобождены от местных таможенных пошлин и НДС для заказов до 75 долларов (автор статьи хочет, чтобы так оно было и впредь), дает им огромное конкурентное (ценовое) преимущество в борьбе с местными ритейлерами.
И если такой производитель, как Osem (принадлежащий корпорации Nestle), может создать уникальный продукт, такой как Bisli или Bamba, которые ни один конкурент не может успешно скопировать, то пусть рынок и определит его справедливую цену. Пусть выбирает сам производитель, а не правительство.
Государство должно играть ключевую роль в обеспечении высококачественной и доступной инфраструктуры, такой как порты, дороги и телекоммуникационные сети — важнейшие винтики, которые позволяют современной экономике функционировать эффективно.
Однако даже здесь одержимость правительства низкими ценами отрицательно сказывается на качестве и инвестициях. Цены на мобильный интернет в Израиле могут быть одними из самых низких в мире, как и уровень инвестиций в мобильные сети, но сети 5G, развертываемые сейчас по всему миру, вряд ли будут построены в Израиле в ближайшее время из-за плохого финансового состояния операторов мобильной связи. Наша бесконечная погоня за низкими ценами обходится дорого.
Точно так же, если мы хотим, чтобы отдельные лица и корпорации рисковали своими собственными капиталовложениями, вкладывая средства в инфраструктуру (или в очень рискованный бизнес по разведке газа на шельфе), тогда правительство должно обеспечить им стабильную структуру инвестиций. Мы не можем радикально изменить правила, основанные на определенном результате, поскольку они уже сделали крупные капитальные вложения. Это несправедливая практика, которая сдерживает инвестиции, потоки капитала и конкуренцию, что в конечном итоге ведет к росту, а не снижению цен.
Перевод Ильи Амигуда, оригинальный текст: Times of Israel