Кац сбрасывает маску скромного труженика!
Министр транспорта рассказывает, с чем он пойдет на выборы
На прошлой неделе в пятничном приложении к "Исраэль ха-йом" было опубликовано большое интервью с министром транспорта Исраэлем Кацем. Оно направлено против лидеров других правых партий, которые засматриваются на кресло премьер-министра! Больше того, это программное выступление ликудника, не скрывающего собственного интереса к данному креслу. Публикация такого интервью в "газете Биби" не оставляет сомнений в том, кто сегодня пользуется относительной поддержкой лидера партии.
То, что интервью Исраэля Каца не стало предметом широкого обсуждения, легко понять. А кто его будет обсуждать? "Едиот ахронот" не реагирует на газету, поставившую его на грань разорения. В русскоязычных СМИ крайне редко обсуждают политиков, конкурирующих с Либерманом. Например "Вести" представляют министров от Еврейского дома Беннета и Шакед в карикатурном виде, и не владеющая ивритом часть "русской" публики уверена, что это "мракобесы", не приносящие никакой пользы стране.
Естественно, продолжающиеся допросы премьер-министра вызывают брожение в правых партиях. Кто ж откажется от шанса сменить Биньямина Нетаниягу в случае его вынужденной отставки!.. Но пока партнеры по коалиции проявляют корректность в отношении главы правительства. Тем более не дают повода для пересудов о борьбе за власть в Ликуде ведущие деятели этой партии.
Как подчеркивает Исраэль Кац, пока сам Нетаниягу не примет решения об уходе, он не будет претендовать на пост председателя Ликуда, но в случае отставки босса намерен баллотироваться. Министр транспорта рассказывает, с чем он пойдет на выборы.
Поскольку Израиль давно не противостоял сразу нескольким опасным врагам, наиболее важные высказывания Каца связаны с вопросами безопасности. Говоря об угрозе северной границе, он небрежно замечает, что сталкивался с сирийцами еще в период Войны на истощение, будучи молодым десантником. У меня лично нет ни тени сомнения в том, что это напоминание адресовано Либерману! Конечно, можно быть хорошим министром обороны, не имея армейского прошлого. Но далеко не в первый раз приходится констатировать инфантильность и недальновидность пропагандистов НДИ, которые, подражая своему шефу, любят играть в дразнилки. Это они в свое время издевались над министром обороны Амиром Перецом, которого папарацци поймали вглядывающимся в бинокль с закрытой крышкой. Такое бывало не только с Перецом - все может случиться от рассеянности или усталости. Но если для оценки министра обороны задаются критерии его военной выучки, то это бумерангом ударяет по Либерману, который в ЦАХАЛе не поднялся выше ефрейтора. А Перец, между прочим, был капитаном - как и Кац, чья грузноватая (в прошлом!) фигура напрасно вводила в заблуждение.
Сегодня израильское руководство явно возлагает чрезмерные надежды на помощь со стороны США. По мнению Каца, главное, что мог бы сделать Трамп - и нанести самый чувствительный удар Ирану и Асаду, - это признание суверенитета Израиля над Голанами! Заставить же Иран уйти из Сирии, по убеждению Каца, может только Израиль. Правда, он признает, что встреча в Трампа с Ким Чен Ыном в Сингапуре значительно ослабила позиции Ирана.
Анализируя обострение обстановки на границе с Газой, Кац уже прямо критикует Либермана. "Министр обороны грозит сокрушить ХАМАС, но не делает этого, - говорит он. - В то же время мы не собираемся окончательно отделиться от Газы. А третьего не дано!" Кац считает абсурдом то, что на заседаниях израильского правительства спорят, как улучшить гуманитарную ситуацию в Газе. Он полагает, что Израиль должен снять с себя ответственность за почти два миллиона жителей Газы, дать им выход к морю, и с этой целью предлагает с виду экстравагантную, но вполне разумную программу создания рядом с Газой искусственного острова.
Как объясняет Кац, через такой остров Газа могла бы получать воду и электричество. Обязательное условие осуществления этого плана - международный контроль над Газой, поскольку Египет не хочет этим заниматься, а Абу-Мазен перестал выплачивать ХАМАСу деньги, предназначенные на зарплаты его администрации, и резко уменьшил снабжение сектора топливом, электричеством, водой.
Надо сказать, что предложение Каца было бы логичным ответом нашим недругам в ООН: они обвиняют Израиль в расправах с мирным населением Газы - так пусть спасут его от издевательств сионистов и заодно поближе познакомятся с этими кроткими овечками…
Весьма дипломатичен Кац в высказываниях о судьбе Иудеи и Самарии. Он не требует аннексии территорий ПА - в отличие от более идеологизированного и категоричного Беннета, так как понимает, что сначала стоит дождаться "мирного плана" Трампа. Тем не менее, отталкиваясь от исторического заявления американского президента об израильской столице, Кац предлагает утвердить в кнессете Закон о Иерусалиме, который включил бы в его муниципальные границы Маале-Адумим, Гуш-Эцион, Гиват-Зеэв, Бейтар-Илит, Эфрат, где проживают 150 тысяч евреев.
К середине интервью Кац открытым текстом говорит о намерении неких "чужаков" вступить в борьбу за власть в Ликуде, если партия останется без "хозяина": "Ликуд - партия с корнями. За всю его историю в нем было всего четыре лидера. Мы - не Авода, которая ищет руководителей на стороне. У того, кто создает за границей прибыльный старт-ап и надеется совершить "экзит" в Ликуд, ничего не получится. Люди, которые уходили из Ликуда, не смогут вернуться и возглавить его. Следующим председателем партии будет только тот, кто всегда оставался с ней и работал для нее".
"Намек" на старт-ап, конечно, относится к Беннету. А когда Кац четко и подробно перечисляет свои достижения в должности министра транспорта, начинается "ненавязчивое" сравнение с деятельностью Либермана на этом посту.
Если Либерман наметил программу расширения сети железных дорог, то Кац быстро реализует ее и - главное - создает единую систему железнодорожного и автобусного транспорта, которая уже привела к удешевлению проезда.
Если Либерман приватизировал "Эль-Аль", но, в сущности, заменил государственную монополию частной, то Кац ввел политику "Открытого неба", открывшую рынок для иностранных компаний и стимулировавшую конкуренцию. Теперь отправляющиеся за границу израильтяне немало экономят, особенно на лоукостах.
Принципиальное - особенно в политическом отношении - достижение Каца: согласие Саудовской Аравии на полеты израильских пассажирских самолетов в ее воздушном пространстве. Министр надеется на аналогичное соглашение с Суданом. Его попытки создать систему железнодорожного и автобусного сообщения в Иудее и Самарии левые уже назвали "аннексией де-факто". Но это "мирный процесс де-факто"! Кац рассчитывает добиться прокладывания железнодорожной ветки в Иорданию, что в будущем может обеспечить сообщение с Саудовской Аравией и странами Персидского залива.
Либерман мог бы привести только один свой транспортный "козырь": изобретение "вертушки", которую в период разгула террора он предлагал установить на входах в автобусы, чтобы… затруднить проникновение туда террористов. Этот пропагандистский курьез быстро был забыт, так как "вертушка" затруднила бы также вход и выход пассажиров и резко снизила бы скорость движения общественного транспорта.
Кац в своем интервью вроде бы не задевал Кахлона. Но через несколько дней в том же "Исраэль ха-йом" появился большой материал о строительстве. Вопреки предвыборным и последующим обещаниям Кахлона о скором снижении стоимости жилья автор статьи утверждает, что за последний год количество новых квартир снизилось на 22%. По его словам, эта тенденция возникла в конце 2016 года (через год после выборов, когда уже можно было судить о деятельности министра финансов) из-за внедрявшейся программы Кахлона "Цена для новосела". Как говорится в статье, подрядчики не дождались снижения цен и констатируют возвращение к прежнему кризису на рынке жилья.
Если учесть результаты опросов, в которых Ликуд увеличивает отрыв от идущего на втором месте Еш атид, то можно с уверенностью сказать, что правящая партия начинает пропагандистскую атаку для воздействия на избирателей и морального давления на конкурентов по правому лагерю.
Нетаниягу пока отбивается от наскоков прокуратуры на его семейство. О его рейтинге никто из политиков не может мечтать. Но почему бы не выдвинуть "на всякий случай" Исраэля Каца в качестве "теневого лидера" Ликуда?
Кац - очень деловой и эффективный министр. При сопоставлении с конкурентами из других партий существенно то, что он занимается и проблемами транспорта, и делами разведки. Минусы Каца - отсутствие харизмы и отсутствие ораторского таланта.
Не все отзывы Каца о соперниках справедливы. Беннет создал предприятие хай-тека в Израиле, а его продажа укрепила репутацию израильской экономики. Либерман, конечно, говорит много лишнего, однако как министр обороны действует весьма жестко. Но если Кац вступает в предвыборную борьбу, то щепетильность надо отбросить…
Действительно ли Ликуду надо опасаться честолюбивых "варягов"?
Перед прошлыми выборами Либерман и Кахлон всерьез собирались сформировать общий блок с Лапидом. Но теперь Еш атид падает в опросах - с таким партнером также "похудевшие" НДИ и Кулану не получат парламентского большинства.
С другой стороны, Ликуд уже создавал общий список с НДИ и убедился, что от этого только проигрывает. Беннет пугает "прагматичный" Ликуд своим "экстремизмом", а завравшийся Кахлон свою бывшую партию только скомпрометировал бы. Нетаниягу понимает, что сомнительным политическим сделкам следует предпочесть единство Ликуда.
Независимо от того, обоснованы ли предположения о способности Либермана и Беннета вступить в борьбу за лидерство в Ликуде, этим политикам надо подумать о деятельности своих партий. Некоторые декларации Беннета израильтяне воспринимают как мифологию. Либерману неплохо бы что-то сделать в этой каденции для "русских", так как другого электората у него уже нет.
Источник: Мнения
Наследие Арлозорова
Его убийство не дало ему закончить переговоры. Но они продолжились и их результат был самым многообещающим
В этом месяце исполнилось 85 лет со дня убийства Арлозорова. Трагедия этого убийства оказалась двойной: во-первых, погиб один из виднейших лидеров ишува и рабочего движения. Когда общественные дебаты об убийстве и предшествующем ему подстрекательстве были забыты, оказался забыт и сам человек с его широчайшим интеллектом, уникальным сочетанием решительности и прагматизма, и способностью сочетать цели социалистического сионизма с мировыми тенденциями в рабочем движении. Во-вторых, убийство привело к забвению его основного исторического наследия, связанного с так называемым «соглашением о трансфере» между правительством Германии и сионистскими организациями, и вклада этого соглашения в укрепление еврейской общины в Эрец-Исраэль.
Спор вокруг «соглашения о трансфере» отразил разнообразие взглядов еврейской общественности на то, как бороться с приходом нацистов к власти в Германии в январе 1933 года. Движение ревизионистов во главе с Зеэвом Жаботинским предложило объявить всемирный еврейский бойкот немецкой продукции. Это был риторически сильный, но бесполезный ответ – не только из-за отсутствия глобальной еврейской организационной структуры, способной осуществить бойкот, а потому, что, с одной стороны, даже если бы бойкот состоялся, было бы наивно предположить, что это изменит политику нацистов. С другой стороны, объявление бойкота сыграло на руку нацистской антисемитской пропаганде: вот – доказательство того, что евреи контролируют мировую экономику, как утверждали «Протоколы сионских мудрецов», вдохновившие Гитлера.
Шаг ревизионистов был бесполезным, полным демагогии и не имел практического значения.
Реакция сионистского руководства, в значительной степени по инициативе Арлозорова, возглавлявшего политический отдел Сохнута, была иной. Знакомство с немецкими реалиями привело его к выводу, что приход нацистов к власти приведет к эмиграции евреев из Германии, как из-за нацистского давления, так и потому, что евреи не захотят оставаться под властью Гитлера. Арлозоров видел массовую еврейскую репатриацию в Палестину, как главную цель сионистского движения, и считал важным, чтобы как можно больше евреев репатриировалось в Израиль не нищими и обездоленными, а со своим имуществом. Понятно, что Германия этим заинтересовалась, а, с сионистской точки зрения, идея «соглашения о трансфере» была единственным способом обеспечить немецким евреям возможность увезти в Палестину хотя бы часть своего имущества.
Разница между ревизионистской позицией и инициативой Арлозорова олицетворяла разницу между популистской риторикой и прагматичной политикой. Подстрекательство против Арлозорова и объявление его предателем экстремистами в ревизионистском движении достигло своего пика в начале июня 1933 года после поездки Арлозорова в Германию. Его убийство не дало ему закончить переговоры. Но они продолжились и их результат был самым многообещающим для народного хозяйства в Эрец-Исраэль.
Между 1933 и 1939 годами из Германии (и Австрии, после ее присоединения к рейху в 1938 году) репатриировались 100 тысяч евреев, большинство из обеспеченного среднего класса. Благодаря соглашению, они привезли не только человеческий капитал и внесли огромный вклад в разные отрасли народного хозяйства и общественной жизни, – экономику, банковское дело, судебную систему, торговлю, науку, высшее образование – но и немалую часть своего личного капитала. Этот капитал, вложенный в различные отрасли, стал для еврейского ишува мотором, который позволил заняться широким градостроительством и стимулировал развитие местной промышленности.
Это – не спекуляция, а фактический анализ: если бы не было «соглашения о трансфере» и все, что осталось от сионистской политики, было бы призывом Жаботинского к бойкоту, большая часть эмигрантов не покинула бы Германию или эмигрировала бы в другие страны.
Это – наследие Арлозорова: он внес решающий вклад в укрепление еврейского ишува; тогда как его обструкция и подстрекательство против него не привели ни к каким политическим или экономическим достижениям.
Существует еще один аспект наследия Арлозорова, который, в отличие от «соглашения о трансфере», не был реализован из-за его убийства. Арлозоров был одним из первых, кто в начале 1930-х годов понял, что в будущем для сионистского движения будет труднее приобретать землю из-за усиления арабского давления на землевладельцев, некоторые из которых жили заграницей и продавали землю евреям.
Это привело Арлозорова к поиску решений, которые не усугубили бы напряженность и враждебность между евреями и арабами в Эрец-Исраэль, но позволили бы продолжить покупку земли. Его инициатива, что может показаться парадоксальным сегодня, состояла в том, чтобы попытаться приобрести земли в Трансиордании; это объяснялось тем, что там было много пустующих земель, и создание на них еврейских поселений не привело бы к высылке арабского населения.
Арлозоров подготовил несколько докладов по этому вопросу и даже встретился с эмиром Абдаллой из Трансиордании, который, как известно, был лишен всякого экстремизма в отношении евреев и сионизма. Убийство Арлозорова прервало эти попытки, и невозможно понять, имела ли его идея шанс на успех. Но это также свидетельствует о решительной сионистской позиции, и в то же время – о стремлении найти прагматический способ достижения своих целей. Позиция Арлозорова была отрезвляющим взглядом на реальность, как в случае «соглашения о трансфере», так и в случае с Трансиорданией.
Задача увеличения количества еврейских поселений в стране при одновременном снижении напряженности в отношениях с арабами – не только вопрос прошлого. Можно себе представить, как выглядел бы Израиль сегодня, если бы усилия, направленные на поселение четверти миллиона евреев в Иудее и Самарии, были переключены на другие направления: окрестности Хеврона в пределах «зеленой черты» и просторы Негева. Возможно, это помешало бы росту напряженности. Но такая политика тоже должна иметь практический смысл, а не ограничиваться только пламенной риторикой – и в этом смысле есть, что перенять из наследия Арлозорова.
Источник: Детали