Когда друзья ссорятся, Азербайджан вмешивается
Сегодня Азербайджан вновь выступает в роли посредника в урегулировании очередного, второго по счёту, кризиса в отношениях между Турцией и Израилем
В Баку никогда не скрывали стремления видеть своими друзьями обоих ключевых партнеров — Турцию и Израиль. Хотя о практических шагах в этом направлении долгое время говорили мало, работа велась последовательно, что подтверждали и израильские дипломаты. Позицию Азербайджана ясно обозначил помощник президента Хикмет Гаджиев в интервью изданию Israel HaYom, подчеркнув: «Турция — братская страна Азербайджана, а Израиль — наш стратегический партнер. Мы хотим, чтобы наши друзья действительно были друзьями друг другу. Если стороны поддержат такую инициативу, Азербайджан всегда будет это приветствовать».
Эти усилия не пропали даром. 9 марта 2022 года произошло историческое событие: президент Израиля впервые за многие годы посетил Анкару. Позже в Нью-Йорке состоялась встреча между президентом Эрдоганом и премьер-министром Нетаньяху.
Сегодня Азербайджан вновь выступает в роли посредника в урегулировании очередного, второго по счёту, кризиса в отношениях между Турцией и Израилем. 9 апреля в Баку прошла первая техническая встреча представителей Израиля и Турции, посвященная урегулированию конфликта в сирийском направлении. Поводом послужили недавние израильские удары по сирийским аэродромам в районе Пальмиры, которые Анкара намеревалась взять под контроль.
Взаимоотношения между Израилем и Турцией сохраняют напряженность. Обе страны сильны, амбициозны и стремятся отстаивать в регионе собственные интересы. Однако для Баку особенно важно, что обе они являются его близкими союзниками. Именно поэтому Азербайджан всегда стремился играть миротворческую роль между Анкарой и Тель-Авивом, опираясь на принцип: друг моего друга — мой друг.
Выступая на форуме в Университете АДА, президент Ильхам Алиев впервые публично сообщил о проходящих при посредничестве Баку турецко-израильских переговорах. Он подчеркнул, что напряженность между двумя дружественными государствами вызывает у Азербайджана тревогу: «Мы знаем алгоритм действий и прилагаем все усилия, чтобы быть полезными. Говорить больше сейчас, вероятно, преждевременно, ведь речь идет о двусторонних отношениях, и только сторонам решать, насколько публичным должен быть этот процесс. Во время первого раунда нормализации мы полностью хранили молчание и действовали за кулисами. Представьте себе: мы поступаем так же и сейчас, надеясь, что это приведет к нормализации. Всегда плохо, когда у твоих друзей напряженные отношения. Это плохо для них, плохо для нас и для всего мира».
Слова главы Азербайджана оперативно подтвердили обе стороны. Пресс-секретарь Министерства национальной обороны Турции контр-адмирал Зеки Актюрк сообщил, что 9 апреля в Баку действительно состоялась первая техническая встреча Турции и Израиля, посвященная созданию механизма деэскалации в Сирии.
Факт переговоров подтвердили и в канцелярии премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху. Делегацию возглавил председатель Совета национальной безопасности Цахи Анегби, в ее состав вошли высокопоставленные представители Минобороны и спецслужб. Израильская сторона выразила благодарность президенту Азербайджана за организацию этих важных переговоров. В ходе встречи обсуждались взаимные интересы в регионе, было принято решение продолжить диалог.
Текущий кризис — второй столь острый эпизод в отношениях Анкары и Тель-Авива. Первый произошёл в 2010 году, после инцидента с судном Мави Мармара, направлявшимся в сектор Газа с гуманитарным грузом в составе так называемой «Флотилии свободы». После штурма корабля израильским спецназом погибли девять человек (восемь из них были гражданами Турции), ещё 30 получили ранения.
Отношения между двумя странами тогда резко ухудшились. Даже США, по признанию тогдашнего госсекретаря Хиллари Клинтон, были потрясены масштабом конфликта. Турция объявила о пересмотре военно-морской стратегии и о намерении перебросить часть флота в район израильских территориальных вод. В ответ Израиль активизировал связи с армянским лобби в Конгрессе США, в том числе по вопросам признания так называемого «геноцида армян», и поддержке притязаний Еревана на гору Агрыдаг (Арарат).
Пока международные игроки пребывали в недоумении, Азербайджан начал действовать. Его посредническая роль в тот момент не афишировалась, но позже израильские эксперты начали намекать на вклад Баку.
Теперь, спустя годы, президент Ильхам Алиев открыто заявил: именно Азербайджан в своё время сыграл ключевую роль в нормализации отношений между двумя его союзниками: «Во время первого кризиса мы активно участвовали в сближении сторон. Да, не только Азербайджан, но я уверен — мы были номером один. Всё происходило за кулисами. Мы не делали этого ради похвалы. Мы просто хотели помочь братскому государству, Турции, и нашему другу, Израилю, восстановить диалог», — отметил он.
Сегодня Азербайджан ставит перед собой ту же задачу: способствовать сближению между двумя своими ключевыми партнерами. Имея за плечами успешный опыт миротворчества, проверенные каналы коммуникации и высокий уровень доверия со стороны как Турции, так и Израиля, Баку обладает всеми необходимыми ресурсами, чтобы вновь сыграть решающую роль. В условиях, когда регион сталкивается с новыми вызовами — от напряженности в Сирии до усиливающейся конкуренции держав на Ближнем Востоке — важность подобных мирных инициатив особенно возрастает. Азербайджан демонстрирует, что может быть не только поставщиком энергии и безопасности, но и архитектором дипломатических решений в одном из самых сложных регионов мира. Если начатый в Баку процесс увенчается успехом, это станет не только внешнеполитической победой для самой страны, но и ярким примером того, как малая держава способна влиять на большие процессы — на основе доверия, баланса и дипломатического мастерства.
Избавьтесь от вчерашних политических дефиниций
Почему термины «левые» и «правые» не просто неактуальны, но и вредны
Ариэль Беэриодин из основателей и руководителей трех социальных предприятий в Израиле: CoVelocity, MobileODT и PresenTense Group
Традиция Песаха призывает нас выявить ограничения, которые сдерживали нас в прошлом году, чтобы освободиться от них в году наступившем. Я надеюсь, что в этом году мы найдем способ освободить себя и наши общества от политических определений, которые вызывают столько поляризации, столько ненужных распрей: категории «левых и правых».
В Израиле левые и правые стали символизировать разные общества. У каждого из них свое уничижительное представление о другом: правые считают левых предателями, готовыми поступиться еврейскими интересами ради ошибочных универсалистских идеалов, которые ставят Израиль под угрозу. Левые считают правых супрематистами, применяющими к неевреям те же расистские методы поведения, от которых евреи страдали на протяжении веков в изгнании. Правые утверждают, что левые забыли, что значит быть евреем, левые утверждают, что правые забыли, что значит быть сионистом.
Правые утверждают, что, с помощью глубинного государства, левые блокируют их способность управлять страной. Левые утверждают, что правые находятся у власти уже почти два десятилетия и основательно развратили систему.
И так далее. Разумеется, все это не совсем правда. Однако эти стереотипы повторяются почти ежедневно, разрывая наше общество на части.
Те, кто стремится вырваться из этой дихотомии, называют себя центристами и, тем самым вновь напоминают о лево-правом спектре, оставаясь в его узких рамках. Они призывают к стойкости, к единству, к политике здравого смысла — и снова, снова и снова проигрывают битву за сердца и умы. В мире, где полюса столь радикально противоположны, центр не способен удержаться.
Если мы чему-то научимся из Седера и настойчивого стремления Хаггады изложить историю нашего освобождения, то от того, как мы объясним прошлое и настоящее, зависит то, как будет строиться будущее. Если мы хотим чему-то научиться из седера и Агады, которые настойчиво стремятся изложить историю нашего освобождения, то прежде всего необходимо усвоить, что то, как мы объясняем прошлое и настоящее, определяет, как создается будущее.
Например, освободившись от парадигмы «левые-правые», мы можем заметить, что нынешнее правительство во главе с Биньямином Нетаниягу — самое социалистическое за последние полвека: больше денег перераспределяется от производящих к берущим, чем когда-либо прежде. Называя «Еш Атид» центристской, вы скрываете абсолютно прокапиталистическую экономическую политику, лежащую в основе идеологии партии: мировоззрение, дружественное финансам, которое большинство социал-демократов предали бы анафеме в любом другом контексте. Придерживаясь понятий «левые» и «правые», мы забываем, что Нетаньяху сознательно финансировал ХАМАС, а Яир Голан буквально бросился на защиту нашей страны и ее граждан, пока наше руководство пряталось в своих норах.
Это и есть Мицраим, то, что мудрецы объясняли как узкие проливы или психические ограничения, из которых нам нужно вырваться в этот праздник освобождения.
Я считаю, что лучше всего определять нашу политику по спектру между концентрированным и распределенным лидерством, или, чтобы дать нам спектр, вертикальным и горизонтальным лидерством.
Те, кто верит в вертикальное лидерство, считают, что самый мудрый и успешный знает все лучше всех и должен принимать решения за остальных. Как и многие партии, входящие в коалицию Нетаньяху, это партии, в которых небольшое число раввинов определяет политику, основываясь на своей мнимой мудрости. В вертикальных культурах считается, что лидерство, однажды заработанное, заслуживает преданности. Лидер знает лучше всех.
Те, кто верит в горизонтальное лидерство, напротив, считают, что каждый человек обладает собственными полномочиями и должен иметь право определять свое благосостояние. Горизонтальные культуры верят в распределенное лидерство и полагаются на законы, принятые на основе широкого согласия и поддерживаемые государственными служащими, которые стремятся к беспристрастности. Горизонтальные культуры стремятся передать принятие решений, влияющих на повседневную жизнь, отдельным людям и их сообществу, распространить власть по краям, чтобы ни один человек или группа с особыми интересами не могли принуждать людей, накапливая контроль.
Если рассматривать политическую историю Израиля через эту линзу, то можно лучше объяснить, почему так много современных правых сравнивают себя с первым премьер-министром Давидом Бен-Гурионом: левые изначально были вертикальными, а правые Бегина — горизонтальными. Вот почему так много приверженцев классического «Ликуда» выступают против попыток нынешнего правительства сконцентрировать власть и почему правительство Нетаньяху буквально держится на голосах ортодоксальных и ультраортодоксальных партий, полностью выстроенных на вертикальном лидерстве.
До следующих выборов в Израиле осталось не более двух лет. Как показали последние пять выборов, существующие партии, представленные в спектре от правых до левых, находятся в тупике. При этом более 70% израильтян выступают против вертикальной культуры, которую представляет Нетаньяху, против концентрации власти в руках немногих.
Нам нужно новое политическое движение, которое будет представлять эту общность. Новый политический альянс, который укрепит приверженность израильтян к распределению власти, восстановит наши государственные институты для защиты этики личной свободы, чтобы предотвратить наше возвращение в эти узкие проливы.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк