Кто в Израиле боится дипломатической изоляции?
Палестинского государства не существует не только потому, что Израиль сохраняет полный контроль над его территорией, но и из-за неспособности Палестинской администрации создать функционирующие институты власти и сломить доминирование ХАМАСа
Эяль Зисеробозреватель «Исраэль ха-йом»
13 декабря 1949 года премьер-министр Давид Бен-Гурион объявил Иерусалим столицей Израиля и распорядился о переводе туда из Тель-Авива государственных учреждений. В Плане ООН по разделу, принятом в ноябре 1947 года, Иерусалим не был включён в территорию еврейского государства. Во время и после Войны за независимость 1948 года на международном уровне даже выдвигались предложения о передаче города под международное управление или под суверенитет Иордании. Израиль фактически перенёс свою столицу в Тель-Авив, где заседали президент, правительство, Кнессет и другие государственные учреждения.
Заявление Бен-Гуриона, естественно, прозвучало в то время, когда Генеральная Ассамблея ООН собиралась в Нью-Йорке для обсуждения ситуации на Ближнем Востоке. В то время Израиль вёл тяжёлую дипломатическую борьбу за сохранение завоеваний Войны за независимость против большей части мира, которая требовала территориальных уступок и возвращения палестинских беженцев как единственного пути к миру.
Но Бен-Гурион не отступил и решил перенести столицу в Иерусалим. Как и ожидалось, мир взорвался протестами, резко осудил Израиль и пригрозил ответными мерами. Израилю противостояли, как обычно, были европейские страны, которых поддержали США, чьи отношения с Израилем в те годы были прохладными. Но жребий был брошен, и Иерусалим стал столицей. Внутри Израиля также многие выступили против этого решения. Министр иностранных дел Моше Шарет даже подал в отставку, возможно, в знак протеста, предупредив, что этот шаг обернётся катастрофой.
Сегодня нас вновь предупреждают, что Израиль находится на грани дипломатической изоляции, что подтверждается признанием палестинского государства Великобританией, Францией и другими западными странами. Однако к таким предупреждениям следует относиться с долей скепсиса. Во-первых, большинство стран мира, 147 из 193 государств-членов ООН, уже много лет признают палестинское государство, однако оно так и не было создано и вряд ли появится в ближайшем будущем. Во-вторых, палестинское государство не возникло не только потому, что Израиль контролирует его территорию, но и из-за перманентной неспособности палестинской администрации поддерживать функционирующие институты и, прежде всего, из-за нависшей угрозы со стороны ХАМАСа, который мог захватить контроль над любой территорией, переданной палестинцам.
В 1955 году, когда Израиль боролся с волнами террористических атак и его призывали проявлять сдержанность из-за страха перед международной критикой, Бен-Гурион заявил: «Только мужество евреев создало государство, а не какое-то решение ООН… Наше будущее зависит не от того, что говорят гои, а от того, что делают евреи». Тем не менее, Бен-Гурион помнил об ограничениях и необходимости союзов. Он начал Синайскую кампанию 1956 года только после того, как заручился поддержкой Франции, которая на какое-то время обеспечила Израилю политическое прикрытие и военную помощь.
Исторический урок очевиден. Такая страна, как Израиль, сталкивающаяся с экзистенциальными вызовами безопасности в сложной и враждебной региональной и глобальной обстановке, не может основывать свои действия исключительно на реакции мира.
Решение некоторых европейских и других государств признать палестинское государство продиктовано политическими расчётами, умиротворяющими радикально-левых и мусульманские иммигрантские общины. Оно не имеет реального веса или смысла и в конечном итоге канет в лету. Однако Израиль должен знать, к чему он стремится и чего может достичь, за что стоит бороться и где проявить гибкость. При всём уважении к Газе, это не Иерусалим.
Настоящий вопрос, который мы должны держать в поле зрения, заключается в том, как сохранить сплочённость и единство в израильском обществе и на каких общих принципах и целях можно сформировать широкий национальный консенсус.
Исраэль а-йом, перевод Ларисы Узвалк
Опасность иллюзии мира с Сирией
Израиль не может позволить себе повторить те же ошибки, что и с предыдущими соглашениями
Растёт число сообщений и призывов к заключению «мирного» соглашения или «пакта о ненападении» с Сирией. Белый дом ведёт переговоры с аш-Шараа, который встречался с Трампом, Рубио и недавно выступил с речью на Генеральной Ассамблее. Поначалу шли разговоры о мире, нормализации и присоединении Сирии к Авраамовым соглашениям, но на самом деле аш-Шараа, волк в овечьей шкуре, просто пытается заключить сделку, которая позволила бы Израилю покинуть свою нынешнюю буферную зону в Сирии в обмен на «соглашение о безопасности», или, выражаясь более технически, пакт о ненападении.
Реальность такова, что если Израиль согласится на эту ложную предпосылку соглашения о безопасности с Сирией, это ослабит все Авраамовы соглашения, предоставив альтернативу полной нормализации, а также создаст брешь в системе безопасности Израиля, не принеся ему никакой реальной материальной выгоды. Израиль не будет в той позиции силы, которая у него сейчас, и не сможет действовать на сирийском театре военных действий по мере необходимости. Экономических преимуществ нет. Только недостатки в плане безопасности. Они также продолжат воспитывать и проповедовать ненависть к Государству Израиль и еврейскому народу, так в чем же смысл?
Шанс на мир с Сирией есть, но, в отличие от предыдущих соглашений, его заключение потребует серьёзных усилий по нормализации, реального сотрудничества в области безопасности и реальных экономических стимулов, основанных на взаимной безопасности и уважении. Израилю также необходимо воспользоваться этим соглашением с Дамаском как возможностью закрепиться в Сирии, чтобы компенсировать растущее влияние Турции на новое правительство в Дамаске, которое она развивает с начала гражданской войны в Сирии.
Не нужно искать дальше нынешних соглашений о «мире» или «нормализации», которые у нас есть с арабскими странами. Возьмём Египет. Мирный договор с Египтом преподносится как образец, но образец чего именно? Египет регулярно голосует против Израиля в ООН. Его телесериалы, телевизионные новости и школьные программы пропитаны антиизраильским и антисемитским ядом. Стоит чему-то пойти не по пути египетской арабской улицы, как Каир отзывает своего посла. Они уже наращивают значительные силы на Синае, что является прямым нарушением мирного договора, подписанного с Израилем. Они также не несут никакой ответственности за свою границу с Газой. Это не мир. Когда к власти пришёл Мурси из «Братьев-мусульман», их первоочередной задачей было планирование того, как расторгнуть мирное соглашение. Даже при Ас-Сиси, считающемся умеренным, враждебность к Израилю ощущается повсюду.
Иордания не исключение. Хашимитский режим, включая аккаунты короля, королевы и дворца в социальных сетях, никогда не упускает возможности обрушиться на Израиль. От убийства шейха Ахмеда Ясина до любых обострений в Газе, Амман всегда находит способ излить яд. Возможно, это не так уж и удивительно, учитывая, что страна преимущественно палестинская, но враждебность выходит за рамки демографических показателей и носит институциональный характер. Они тоже голосуют против Израиля, улыбаются Западу и раздают пахлаву, как только происходит теракт против евреев или израильтян.
Ещё есть ОАЭ, некогда самый многообещающий партнёр по мирному процессу. Поначалу они приложили немало усилий к развитию отношений с Израилем, и действительно казалось, что они не будут вмешиваться в дела Газы и Палестины. В последнее время предпринимаемые ими усилия по сближению, похоже, являются частью прежнего подхода. Возможно, отчасти это связано (и это правильно) с тем, что Израиль наделил Катар полномочиями и позволил ему стать центральным посредником между Израилем и ХАМАСом вместо того, чтобы наделить полномочиями ОАЭ. Тем не менее, Абу-Даби частично отказался от своих позитивных намерений в отношении Израиля и начал критиковать его, короче говоря, присоединившись к хору арабских стран, которые являются «друзьями», но только на бумаге.
А есть ещё Марокко. Отношение монархии к евреям всегда было достойным, но её население всегда представляло угрозу как для евреев, так и для монархии. Короли Мухаммед V, Хасан II и Мухаммед VI понимали ценность сосуществования. Но сегодняшняя марокканская молодёжь, продукт спутниковой пропаганды и риторики «Аль-Джазиры», воспитывается не на этом наследии. Её воспитывают в ненависти. Достаточно взглянуть на уличные протесты в Марокко или спросить евреев во Франции, откуда столько нападений со стороны молодых магрибинцев, которые носят паспорта родителей и подвергаются собственной идеологической обработке.
Наконец, Турция. Официально она не враг, формально не находится в состоянии войны, но это пункт назначения номер один для ХАМАСа и второй дом после Дохи благодаря исламизации и радикализации, осуществляемой Эрдоганом. Но не заблуждайтесь: при Эрдогане Турция превратилась в одного из самых решительных региональных противников Израиля. Страна методично работает над усилением своего влияния на севере Сирии, вливая деньги и оружие в джихадистские группировки, одновременно выставляя себя глобальной державой НАТО. Израилю нужна Сирия, чтобы преодолеть разрыв в сфере безопасности и влияния на Турцию; наряду с её превосходством в воздухе и непревзойдённым региональным потенциалом, это единственная страна, способная противостоять исламской Турции Эрдогана. Вот почему Сирия так важна.
Сейчас идут разговоры о трёхсторонних встречах, тихой кулуарной дипломатии, новых договорённостях по безопасности и потенциальных «мирных» соглашениях с Сирией. Израиль должен подойти к этому моменту с открытыми глазами. Израиль не может позволить себе повторить те же ошибки, что и с предыдущими соглашениями. Мир может требовать «мирных соглашений» и «пактов безопасности», но если эти соглашения не будут решать корень и всю совокупность проблем (СМИ, образование, экономику, политику ООН и, самое главное, потребности Израиля в безопасности), то они останутся лишь очередными играми с покерфейсом. А Израилю надоел этот блеф.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова