Маршак — поэт второй сигнальной системы
Поэзию, вдохновенную словом, называют иногда «вторичной». Но разве не учим мы из Торы, что слово предшествовало творению?
Недавно мы отмечали 135 лет со дня рождения Самуила Яковлевича Маршака. В сетевых публикациях по этому случаю мелькнул отрывок из лекции о нем популярного поэта и литературоведа Дмитрия Быкова. Он высказывает такое мнение: «Маршак — это гений бессодержательности. Когда мы рассматриваем его лирику, мы поражаемся: до какой степени этому человеку нечего сказать… 500 страниц лирики, которую он писал всю свою жизнь, — во всей этой лирике нет ни единой мысли. Это чудо». Как же так? Разве бессодержательны буквально ломящиеся от колоритных персонажей детские стихи, вдохновлявшие книжных иллюстраторов и аниматоров-мультипликаторов? И разве совсем уж нет ни единой мысли в его взрослой лирике, особенно «лирических эпиграммах» — коротких зарифмованных сентенциях?
Так позвольте высказать другое мнение. Мыслей в стихах Маршака как раз было предостаточно. Но, хотя в реальной жизни благополучного советского поэта случалось немало драматических и трагических эпизодов, его лирический герой был по-еврейски позитивен и оптимистичен. Ему можно было было бы сказать словами Солженицына, адресованными другому знаменитому советскому поэту: «Нет у вас русской боли». А откуда ей быть у потомка именитых раввинов, сына интеллигентных еврейских родителей? Вот, как вспоминает поэт о детстве:
Больно дрались отцы на слободке,
Мы не знали ни палки, ни палетки
Наш отец нас не разу не бил.
Человек он был строгий, но кроткий,
И хорошую книжку любил.
Их было много таких евреев — виртуозно владевших русским словом, умевших блестяще выразить в стихах любые темы и сюжеты, но, увы… не очень-то умевших изображать «страсти роковые, терзающие страдальческую грудь». Они их не переживали или переживали как-то не так, как большинство потенциальных читателей. И вот эти талантливые люди, оторванные от традиционной книжной учёности предков, но инстинктивно тянувшиеся к ней, находили для себя в словесном творчестве благодатную нишу. Мы можем назвать целый ряд имён мастеров-стихотворцев, приведших в русскую поэзию много славных иноземных и иноплеменных имён, но не прославившихся как авторы оригинальных стихов: Морис Ваксмахер, Вильгельм Левик, Лев Гинзбург, многие другие… Да, не забыть Якова Козловского и Наума Гребнева, чьим русским языком говорил вдохновенный горец, аварец Расул Гамзатов. В этом славном созвездии и Маршак.
Есть люди и есть поэты, которым источником вдохновения служит не первая, а вторая сигнальная система. Это очень по-еврейски (кстати, Дмитрий Быков, урождённый Зильбертруд, тоже такой). Помните песню «Ойфн припечек» на идиш про то, как дети учат алфавит, а ребе говорит им: когда вырастете, узнаете, как много радостей и печалей заключено в буквах?
Когда, изведав трудности ученья,
Мы начинаем складывать слова
И понимать, что есть у них значенье -
«Вода», «огонь», «старик», «олень», «трава», -
По-детски мы удивлены и рады
Тому, что буквы созданы не зря,
И первые рассказы нам награда
За первые страницы букваря.
Но часто жизнь бывает к нам сурова:
Иному век случается прожить,
А он не может значащее слово
Из пережитых горестей сложить.
Поэзию, вдохновенную словом, называют иногда «вторичной». Но разве не учим мы из Торы, что слово предшествовало творению?
А вот дальше можно и согласиться с мнением Дмитрия Быкова: «Маршак — это гений формы, который воздействует на читательское сознание, а по большей части и на подсознание, всегда в сторону добра и красоты… Он воздействует открытой им, застолбленной им интонацией, воздействует музыкой своего стиха. Воздействует своим изумительным прямым естественным ровным органичным синтаксисом. Маршак — воплощенная гармония... Он гений словесной формулы. Мы помним огромное количество текстов Маршака, которые мы вдохнули как воздух, и этот воздух в нас растворился».
Израиль должен изменить Закон о возвращении, чтобы сохранить еврейское большинство
Без решения проблемы неевреев под угрозу будет поставлен весь процесс алии
Акива Ламмответственный за связи с правительством и СМИ в Израильском центре иммиграционной политики
Формирование коалиции близится к завершению, и уже совершенно ясно, как будет действовать следующее правительство по некоторым ключевым вопросам. Все партии будущей коалиции, кроме «Ликуда», потребовали серьезного изменения Закона о возвращении: аннулирования пункта о внуках. Если бы это изменение произошло всего несколько десятилетий назад, Израиль не был бы той страной, которой он является сегодня.
Когда Закон о возвращении был впервые представлен в Кнессете, он должен был стать основой израильской иммиграционной политики. В нем было несколько технических пунктов, но один существенный, который был также первым: «любой еврей может подняться в страну», другими словами, любой еврей может совершить алию. Целью закона было поддержание и сохранение идентичности Израиля, что и было сделано.
Закон был принят в 1950 году, а 20 лет спустя он был расширен, когда Верховный суд обсуждал иск семьи Шалит. Майор ЦАХАЛа Биньямин Шалит просил зарегистрировать своих детей от христианки как евреев на основании их израильского гражданства. Прямым следствием этого решения стало расширение Закона о возвращении, который с 1970 года включает не только нееврейских детей евреев, но и нееврейских супругов. Это изменение в Законе о возвращении оказало негативное влияние на алию. Если в прошлом алия помогала еврейскому населению, то в последние 30 лет оно медленно, но неуклонно сокращается. В начале 90-х годов еврейское большинство в Израиле составляло подавляющие 83%, в то время как сейчас оно составляет менее 74%. За три десятилетия Израиль потерял почти десятую часть своего еврейского большинства.
Вопреки ожиданиям людей, причина снижения процентной доли евреев в населении кроется не в увеличении арабского населения, а в постоянном притоке неевреев в страну.
В ходе недавнего исследования, проведенного Исследовательским и информационным центром Кнессета, выяснилось, что среди новых олим из России, прибывших в страну в 2020 году, только 28% были евреями. Так было не всегда. До середины 90-х годов процент евреев среди новых олим из России составлял более 70%.
Чтобы выяснить, где и как алия стала угрозой для еврейского большинства, израильский Центр иммиграционной политики запросил у Бюро народонаселения и иммиграции информацию обо всех олим со всего мира за последние 30 лет. Результаты оказались поразительными. С 1990 по 2021 год из 215 000 олим только 131 000 были евреями. Это лишь немногим более 60%.
Откуда взялся этот разрыв? Статистика показывает, что не только российские олим в основном неевреи, но и подавляющее большинство олим из других бывших советских республик неевреи. За последние 30 лет только 36% россиян, совершивших алию, были евреями, из Украины — 32%, Беларуси — 33%, Узбекистана — 35%, Молдовы — 33% и так далее.
А что насчет других стран? За последние 30 лет из США совершили алию 21 000 человек. Приблизительно 94%, 20 000, из них — евреи. Франция — 95%, Великобритания — 94%. Даже среди выходцев из Южной Америке процент евреев выше. Приблизительно 82% олим, прибывших из Бразилии, являются евреями, из Аргентины — 88%, 83% из Уругвая и 81% из Колумбии и Чили. Другими словами, положение о внуках не имеет никакого значения для большей части еврейства диаспоры.
Ни одна алия не является на 100% еврейской, но в большинстве случаев большинство людей, решившихся на этот смелый шаг, делают это из прямой связи с Израилем. Между тем, независимо от причин сложившейся ситуации, люди из бывших советских республик используют юридическую лазейку для совершения алии и тем самым создают нагрузку на процесс, который призван расширить еврейское большинство, а не навредить ему. В первую очередь от этого явления страдают бывшие советские евреи, которые совершили алию, а теперь на них смотрят свысока, ставя под сомнение их еврейство.
Полная отмена оговорки о внуках является необходимой мерой перед лицом этой реальности. Без решения проблемы неевреев под угрозу будет поставлен весь процесс алии. Отчаянные времена требуют радикальных и творческих мер. Необходимо решение, которое предотвратит массовый приезд неевреев в качестве олим, но в то же время сохранит возможность для евреев, у которых супруги или дети неевреи, приехать на землю своих предков, не разрывая свои семьи.
Если не будет еврейского большинства, то и еврейская идентичность государства окажется под угрозой. Сейчас самое время изменить ситуацию.
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова