На левом фронте — перемены
Новый блок сразу позиционировал себя как социальную политическую структуру, каковой, в принципе, давно должна была стать, но так и не стала партия «Авода»
Лев Авенайсизраильский журналистЧем ближе дата окончательной подачи списков в ЦИК, тем интенсивнее ведутся переговоры о различных комбинациях партийных блоков – как политических, так и технических. И, соответственно, на обывателей лавиной обрушиваются различные высказывания политиков, слухи о закулисных переговорах, фейковые и реальные новости.
Брожение идет повсюду – слева и справа, среди ортодоксов и арабов, кипит густое политическое варево. Временно прекратились взаимные «внутрилагерные наезды» друг на друга (чем черт не шутит – вдруг в одном списке окажемся!), чтобы с новой силой вспыхнуть после 1 августа, когда туман рассеется, и станет, наконец, ясно, кто с кем и «против кого дружим».
Чтобы не обозревать все поле битвы, я хочу в этой статье сосредоточиться на ситуации в «левом лагере». Кавычки здесь уместны, потому что определение уже как-то не совсем точно. Я даже не говорю о присутствии откровенно правой партии «Телем» в главе с Моше Яалоном в списке «Кахоль Лаван», проходящем по разряду левоцентристского.
Последние события – объединение «Аводы» с партией «Гешер», которая нисколько не левая, заставляют поверить в утверждение лидера МЕРЕЦ Нисана Горовица, что МЕРЕЦ — единственная по-настоящему левая партия.
До недавнего времени обозреватели бурно обсуждали различные конфигурации объединения партий в этом левом лагере (для простоты – кавычки опустим). В связи с тем, что «истинно левая» партия МЕРЕЦ балансирует по опросам на грани электорального барьера, муссировались слухи об объединении в едином списке партий МЕРЕЦ и «Авода». Собственно, серьезных идеологических препятствий для этого до недавнего времени не было. Но в обеих партиях шел процесс перевыборов председателей, и вопрос о слиянии откладывался до времени новых лидеров. Между тем, среди так называемых левых появился новый игрок – партия Барака «Демократический Израиль», которая пошла на выборы с программой из одного пункта: «Только не Биби». Барак предложил объединить все три партии – МЕРЕЦ, «Демократический Израиль» и «Аводу» в единый список, под руководством… угадайте с одного раза, кого? Правильно!
Возможно, это и реализовалось бы, но для этого было желательно, чтобы к руководству в МЕРЕЦ пришел Горовиц, а в «Аводе» — Ицик Шмули или Став Шафир. Увы, это сбылось только наполовину – в МЕРЕЦ. В «Аводе» победил «новый старый» лидер Амир Перец, чьи амбиции ничуть не уступают амбициям Барака.
Впрочем, и Барак, и Амир Перец публично заявляли, что готовы поступиться своим «эго» и уступить другому первое место в объединенном списке. Мне в это верилось с трудом. Точнее – никак не верилось. Но тут ситуация разрешилась сама собой. Барак влип в скандал, связанный с посещением нью-йоркского дома нынешнего «изгоя» миллиардера Эпстайна (или Эпштейна – произношение еврейской фамилии этого человека в израильских СМИ не устоялось). Якобы Барак посещал вечеринку не то с несовершеннолетними девицами, не то с совершеннолетними, что, впрочем, тоже не комильфо, учитывая семейный статус Барака. Барак, естественно, всё отрицает, но Барак – не Трамп, с которого все – как с гуся вода. Ущерб репутации нанесен весьма существенный, что сразу сказалось на опросах.
А в минувший четверг днем вдруг было объявлено, что в 19.45 – буквально перед главными выпусками новостей — Амир Перец выступит с важным сообщением. Важным оказалось сообщение об объединении «Аводы» с неожиданно выскочившей из-за кулис партией Орли Леви «Гешер» — партией, которая не прошла электоральный барьер на прошлых выборах, и которой, судя по опросам, ничего не светило и на выборах предстоящих. После этого Амир Перец объявил, что на этом процесс объединений «Аводы» завершен, и он не готов объединяться ни с «Демократическим Израилем» Барака, ни с МЕРЕЦ Горовица.
Парадоксальным образом эта новая конфигурация повторяет конфигурацию блока «Исраэль ахат» двадцатилетней давности, когда «Авода», возглавляемая тогда Эхудом Бараком, объединилась с партией «Гешер» в главе с отцом Орли Леви – Давидом. Тогда этот союз принес победу Бараку на выборах, но ситуация сегодня даже близко не напоминает ту давнюю.
Новый блок сразу позиционировал себя как социальную политическую структуру, каковой, в принципе, давно должна была стать, но так и не стала партия «Авода». Он намерен заполнить нишу, образовавшуюся после вливания в «Ликуд» партии «Кулану», ранее занимавшейся социальной тематикой. К сожалению, на протяжении всех проходивших доныне выборов главным в повестке дня оставались вопросы безопасности и неразрешимого израильско-палестинского конфликта. А социально-экономические вопросы умело отодвигались на второй план под гвалт «Отечество в опасности!»
Амир Перец не скрывал цель такого объединения. По его словам, он хочет тем самым усилить левоцентристский блок и привлечь голоса избирателей правого лагеря, — сторонников Орли Леви, которых социальные проблемы интересуют больше так называемых «вопросов безопасности». Хотя безопасности Израиля никто реально не угрожает.
Однако, создав блок «Авода-Гешер», Амир Перец тут же не исключил присоединения к правительству Нетаниягу, правда, оговорив это снятием с Биби обвинений: «Если юридический советник правительства снимет с Нетаниягу обвинения, то мы вполне можем быть частью его правительства. До тех пор, пока черновик обвинительного заключения остается в силе, об этом не может быть и речи» В любом случае, он не исключил вступления с коалицию с «Ликудом», что вряд ли приемлемо на данном этапе для партии, которая претендует называться левой. Да и Орли Леви, для которой присутствие в правом лагере вполне органично, заявила: «Мы не отвергаем на корню возможность союза с «Ликудом». В этой партии есть чудесные люди, многие из них мои друзья».
Удалось ли «Аводе» привлечь избирателей из правого лагеря? Сам по себе электоральный потенциал Орли Леви не бог весть как велик. На прошлых выборах она получила всего 74 тысячи голосов – это равно где-то двум мандатам. И еще вопрос, как ее правые сторонники отнесутся к объединению с весьма непопулярным в правом стане (да и среди левых – не слишком) Амиром Перецом. По первым опросам после объявления об объединении это сказать трудно. Соотношение сил условно левого и безусловно право-религиозного лагеря осталось неизменным. Да, «Авода» несколько увеличила число мандатов. Но, скорей всего, это случилось за счет ранее симпатизировавших партии Барака. «Демократический Израиль» на фоне сексуального (?) скандала опустился ниже плинтуса (простите, электорального барьера). МЕРЕЦ обещают 4-5 мандатов. С другой стороны, МЕРЕЦ чуть-чуть удалился от опасной черты – главным образом благодаря разочарованным оппортунизмом Амира Переца сторонникам «Аводы».
Отказ от дальнейшего объединения левых (пусть и условно левых) сил вызвал серьезные протесты внутри партии «Авода». Нисан Горовиц говорит, что многие сторонники «Аводы» хотят переметнуться в МЕРЕЦ. Одна из популярнейших фигур в «Аводе» и недавний кандидат на пост председателя партии Стаф Шафир выступила с резкой критикой объединения с «Гешером», заявления Амира Переца о возможном союзе с «Ликудом» и отказом от дальнейших объединений. Она заявила, что не намерена наблюдать со стороны, как «Авода» кончает жизнь самоубийством, и намекнула, что может выйти из партии. Забавно, что именно Шафир пришла в политику на волне социальных протестов 2011 года, и возглавила тогда вместе с Ициком Шмули неформальную партию «коттеджей» (не домов, а непомерно дорогого творога). Казалось бы, ей должен быть по душе новый социальный порядок приоритетов.
Сегодняшняя ситуация в левом лагере должна внушать серьезное опасение его сторонникам. Если Амир Перец в эти последние дни не изменит своего намерения и не возобновит попытки дальнейшего объединения, если МЕРЕЦ и «безыдейная» партия Барака не заключат противоестественный союз или Барак не поймет, что его ждет провал, и не выйдет из предвыборного забега, то левый лагерь может ждать то, что случилось с правым на прошлых выборах – выброшенные в урну голоса. И, как следствие, очередное поражение.
Источник: Релевант
Девушка и борода как предметы трудового спора
Его вызвал на беседу раввин и задал вопрос: действительно ли он, машгиах, живет с женщиной-нееврейкой?
Виктор Шапиропредседатель еврейской общины КалининградаЕврейское религиозное законодательство — Галаха — предписывает евреям соблюдать законы нееврейского государства, в котором они живут. Однако порой законы еврейские и нееврейские вступают в противоречие. И возникает вопрос: куда податься бедному еврею, особенно, если раввины судят строже, чем судьи. Вот какие курьёзные истории произошли на Североамериканском континенте.
Некто Шимон Липовенко работал в Торонто машгиахом — уполномоченным контролером кошерной еды, подаваемой в банкетных залах, гостиницах или на свадьбах. Его работодателем был Kashruth Council of Canada («Совет по кашруту Канады»), также известный под аббревиатурой COR, некоммерческое агентство, выдающее сертификаты кошерности. И вот в один прекрасный день, когда реб Липовенко пришел на работу в общинный центр, где должен был контролировать угощение на некоем мероприятии, его вызвал на беседу раввин «Совета по кашруту» и задал вопрос: действительно ли он, машгиах, живет с нееврейкой? Когда Липовенко ответил утвердительно, его уволили в связи с утратой доверия. Липовенко пожаловался в канадское Министерство труда, настаивая, что ему причитается компенсация за увольнение и выходное пособие. Он также обратился в суд по правам человека провинции Онтарио (HRTO), который теперь должен выступить посредником по этому делу.
Эта история вызывает непростые юридические вопросы, считают эксперты. Случаи, когда работодатель ссылается на религиозные ограничения, редки, но остроту коллизии придаёт то, что в «казусе Липовенко» сталкиваются разные интерпретации религиозного закона. Работодатель настаивает, что обязан был уволить Липовенко, иначе ему пришлось бы согласиться с поведением, которое нарушает религиозные нормы: Липовенко не соблюдал Галаху, диктующую правила не только питания и молитв, но и сексуальных отношений.
Шимон Липовенко, отработавший на COR шесть лет, подчеркивал, что его девушка находится в процессе прохождения гиюра — обращения в иудаизм. Но раввин настаивал, что машгиах, встречающийся с нееврейкой, не может контролировать кошерность еды. Липовенко отметил в своей жалобе, что не только финансово пострадал от увольнения, но и испытал «болезненные чувства, эмоциональный стресс и беспокойство». Он требует компенсацию — 30 000 долларов, извинений, рекомендательного письма для будущих заявок на работу, а также введения контроля над COR на срок пять лет, чтобы предотвратить подобные инциденты в дальнейшем. COR ссылается на раздел 24.1 Кодекса прав человека Онтарио, который допускает ограничения права на трудоустройство по религиозным основаниям при условии, что они являются разумными и действительными. Раздел 24.1 применяется нечасто, обычно в системе образования, например, когда религиозная школа требует, чтобы учитель исповедовал и практиковал соответствующую религию, сказал в интервью Даниэль Люблин, адвокат по трудовым делам в Торонто. «Что делает этот случай особенным, это не религиозная принадлежность сотрудника, а то, что на основании бытовых отношений, в которых он состоит, ставится под сомнение его квалификация».
Дэвид Доори, профессор трудового права Йоркского университета, заметил, что этот случай ставит Трибунал по правам человека перед необходимостью оценивать разные взгляды внутри одной конфессии. «Интересным аспектом здесь является то, что работник имеет иное толкование религиозной доктрины, чем работодатель. Он считает, что соблюдает еврейский закон, и что обстоятельства его интимной жизни, не дисквалифицируют его», — заявил д-р Доори. Он добавил, что гражданские суды не раз отказывались быть арбитрами по религиозным доктринам, это не их компетенция, и что люди имеют право искренне придерживаться убеждений, независимо от религиозной догмы. Таким образом, обязанность убедить трибунал в «разумности и подлинности» его правил лежит на «Совете по кашруту», заключил д-р Доори. Трибунал по правам человека назначил предварительное рассмотрение на сентябрь, если стороны не придут к соглашению, дело будет передано на официальное слушание.
Юридический отдел министерства труда Канады уже вынес решение в пользу Шимона Липовенко. «Совет по кашруту» хотел оспорить это решение, но в конце концов отозвал свою апелляцию. Израиль Балтер, адвокат COR, сказал в интервью, что это «не означает, что Совет изменил свою позицию относительно увольнения г-на Липовенко».
А в США трудовой спор возник наоборот — из из-за строгой приверженности заповедям Торы. Фрэнк Халфонт, владелец компании «Халфонт и партнеры», которой принадлежат несколько франчайзинговых ресторанов Mcdonald's во Флориде, был вызван в комиссию по равным возможностям трудоустройства для рассмотрения жалобы о религиозной дискриминации после того, как, согласно жалобе, еврею-хасиду было отказано в приёме на работу из-за бороды. Религиозные евреи не бреют бороды, чтобы следовать заповеди Торы, изложенной в книге Ваикра (19:27): «Не закругляй углов ваших волос головных, и не повреди края твоей бороды».
Мортеза Джавади подал онлайн заявление на работу в качестве уборщика в «Макдоналдсе» в Лонгвуде. При личном собеседовании менеджер ресторана сказал, что Джавади должен будет сбрить бороду, чтобы соответствовать санитарным нормам. В санитарных нормах для мужчин, приведенных в жалобе, действительно говорится: «все сотрудники должны быть чисто выбриты».
Хотя в жалобе написано «санитарные нормы McDonald's», претензии предъявлены фирме «Халфонт и партнёры», поскольку франчайзи могут устанавливать собственные санитарные нормы. Например, владелец 20 McDonald's в Мичигане разрешает «усы, которые хорошо подстрижены и не перекрывают верхнюю губу, а также бакенбарды и козлиные бородки». Но не полноценные бороды, однако.
Джавади сказал, что не может сбрить бороду, но готов при работе помещать ее в специальную сетку. Менеджер ответил, что если хасид не побреется, то его не возьмут на работу, потому что это нарушит политику компании и корпоративные правила. Однако департамент делового и профессионального регулирования Флориды, который проверяет и лицензирует рестораны, в новом «Руководстве для персонала» за 2019 год никак не предусматривает использование сетки для бороды. В разделе «закрепление волос» говорится: «барменам и официантам, которые только разливают напитки, черпают лед и подают закрытую пищу, не требуется закреплять волосы, пока их длина не может загрязнить продукты соприкосновением».
Жалуясь в комиссию по равным возможностям трудоустройства, хасид Джавади утверждает, что политика компании «Халфонт и партнёры» выдвигает «незаконные требования» и дискриминирует его.