После краха нынешнего правительства Израилю предстоят очередные выборы. Они станут пятыми за последние три с половиной года, потребуют огромных затрат и не будут желанными практически ни для кого, включая уходящее правительство. Хуже того, нет никаких признаков, что выборы выведут страну из нынешнего политического тупика. Израиль, по сути, расколот 50x50, и хотя лидер оппозиции Биньямин Нетаньяху, вероятно, сможет собрать 61 место в Кнессете и, таким образом, сформировать кабинет, половина страны будет продолжать ненавидеть и презирать его и стремиться подорвать его правительство любыми законными способами.

Действительно, если что-то и определяет израильскую политику в настоящее время, так это то, что обе стороны ненавидят друг друга. Для левых правые — это протофашистское движение, возглавляемое коррумпированным преступником, который уничтожит израильскую демократию, если вернется к власти. Для правых левые — это упадочная, элитарная кабала, дымящаяся от былой славы и сотрудничающая с террористами, предателями и исламистами. Все попытки умеренного центризма потерпели крах перед лицом этой атмосферы всепроникающей злобы.

Обе стороны в равной степени виновны в создании такой атмосферы. Например, после того как Нетаньяху лишили победы на предыдущих выборах, он заявил, что его оппоненты сотрудничают с пятой колонной сторонников террора, которые одобряют убийство израильских детей. В то же время, утверждение левых о том, что Нетаньяху — диктатор и преступник, игнорирует тот факт, что он не был осужден ни за одно преступление и до сих пор не сделал ничего, чтобы подорвать демократический режим в Израиле.

Израиль — страна, где все говорят открыто, не скрывая эмоций, и в какой-то степени подобная риторика вполне ожидаема. Но в настоящий момент она предвещает недоброе, поскольку означает, что предстоящая избирательная кампания, скорее всего, станет самой уродливой в истории Израиля. Решив вернуться к власти, Нетаньяху будет делать все возможное для этого. Действительно, уже ходят слухи, что «Ликуд» планирует «баллотироваться против арабов», ссылаясь на насильственные действия израильских арабов в Негеве и Галилее и изображая левых не способными справиться с этим, поскольку они «парализованы политкорректностью и антисионизмом». Что касается ультраправых, то они, несомненно, продолжат провокации, которые поддерживает прокаханистский политик Итамар Бен-Гвир.

В то же время лидер «Еш Атид» Яир Лапид будет использовать любую возможность, чтобы представить Нетаньяху расистом, коррупционером и врагом демократии и утверждать, что голосование за Нетаньяху — это голосование за Бен-Гвира. Одновременно крайне левые продолжат свои уличные протесты, а самые недобросовестные активисты будут продолжать рисовать плакаты с головой Нетаньяху в петле. В стороне окажется Объединенный список, провозглашающий, что сама идея еврейского государства является мерзостью, а сионизм по определению — идеология расистская и колониалистская. Никого из участников не избежит компрометации и потоков лживых обвинений.

Печально, однако, то, что эта всепроникающая злоба является в чистом виде проявлением «синат хинам» (беспочвенной, бесполезной ненависти). Никому она не сделает лучше и не принесет выгоды.

Риторика выжженной земли Нетаньяху может в конечном итоге вернуть его к власти, но если он и добьется победы, то с минимальным перевесом. Он снова лишит себя возможности стать консенсусным политиком, которым он, в некотором смысле, всегда хотел быть. В то же время левые, возможно, смогут сформировать еще одну раздробленную коалицию «единства», но по существу будут неспособны управлять страной. Более того, их ненависть к Нетаньяху только еще больше разозлит его горячих сторонников, которые лишь укрепятся в своей вере, что обвинения в коррупции против него являются заговором левых элит.

В какой-то момент — а для этого может потребоваться еще много выборов — одна или другая сторона сможет сформировать правительство. Но оно будет настолько искалечено и изуродовано этими битвами без чести и человечности, что его будет ненавидеть половина страны. А это не просто плохо, а потенциально смертельно опасно для еврейского государства.

Потому что Израиль, возможно, больше, чем любая другая страна, нуждается в консенсусе, чтобы выжить. Довольно часто его народ призывают рисковать своей жизнью и жизнью своих детей, чтобы защитить его, и каждый, кто рискует своей жизнью, должен верить, что делает это ради чего-то хорошего и достойного. Каждая страна должна своему народу, по крайней мере, столько. По иронии судьбы, израильские политики, убежденные в том, что только они могут спасти Израиль от его внутренних врагов, убеждают все большее число израильтян, что справедливая компенсация за их жертвы никогда не наступит. В своем стремлении победить друг друга любой ценой наши политики забыли, что есть только одна высшая борьба: за сохранение еврейского государства.

Очевидное решение этой проблемы очень простое: израильские политики должны смягчить свою риторику, воздержаться от демонизации своих оппонентов, способствовать гражданскому общественному дискурсу и попытаться провести кампанию, руководствуясь порядочностью, а не злобой. К сожалению, одной из немногих очевидных вещей этого раунда выборов является то, что этого не произойдет. Политический истеблишмент уже прошел долгий путь к тому, чтобы разорвать израильское общество на части, и на этот раз он будет делать это с еще большей страстью и энергией. Единственными проигравшими, в очередной раз, будут простые израильтяне.

Algemeiner, перевод Ильи Амигуда