Остановите ложь: Израиль никогда не проводил этнических чисток палестинцев
Палестинцы постоянно делают ложные заявления о том, что Израиль украл их родину
Джейсон Швилиавтор-фрилансер, Торонто, Канада
В то время как палестинские арабы намерены увековечить память о своем перемещении в качестве национальной эмблемы жертвенности, десятки миллионов людей, перемещенных в ходе других современных войн, мужественно продолжали жить новой жизнью на новых землях.
Теперь, 75 лет спустя, палестинцы постоянно делают ложные заявления о том, что Израиль массово изгнал 700 представителей их народа и украл их родину. Правда заключается в том, что большинство палестинцев, покинувших свои дома в Израиле во время Войны за независимость, сделали это добровольно.
Более того, арабские общины, которые вели переговоры о мире с Израилем или сохраняли нейтралитет до или во время конфликта, не были затронуты израильскими войсками и сохранили свои дома.
Аналогичным образом, утверждение палестинцев о том, что Израиль этнически вычистил их со своей земли, также не соответствует действительности, поскольку сегодня в еврейском государстве проживает более двух миллионов граждан-арабов.
Между тем, палестинские лидеры и их союзники в арабских государствах и в ООН увековечивают страдания палестинского народа. Палестинским арабам не дают интегрироваться в общества других стран, цепляясь за несбыточную мечту о том, что однажды они вернутся в дома своих (в основном умерших) предков на территории современного Израиля.
В отличие от незадачливых палестинцев, десятки миллионов перемещенных беженцев других вооруженных конфликтов отправились строить новую жизнь в новых странах.
Центральным элементом палестинского нарратива является миф о жертве: о том, что Израиль насильно изгнал их со своих земель в 1948 году.
Например, лидер Палестинской автономии Махмуд Аббас недавно выступил с речью в ООН в рамках первого в истории организации празднования «Накбы». В переводе с арабского это слово означает «катастрофа» — именно так палестинцы определяют создание Израиля.
В своей речи Аббас призвал исключить Израиль из Организации Объединенных Наций до тех пор, пока он не выполнит резолюции, призывающие к созданию палестинского государства, и не позволит палестинским беженцам вернуться в дома своих предков.
Аббас забыл упомянуть тот факт, что арабы категорически отвергли первоначальную резолюцию ООН, принятую в 1947 году, которая призывала к созданию отдельных еврейского и арабского государств на территории подмандатной Палестины. Вместо этого пять арабских армий начали войну против зарождающегося еврейского государства.
Аббас также повторил ложь о том, что Израиль незаконно оккупирует палестинские земли, хотя палестинцы никогда не имели государственной собственности или суверенитета на них.
Что еще более важно, палестинцы упорно игнорируют тот факт, что большинство их предков по собственной воле покинули свои частные земли на территории новорожденного еврейского государства.
Во многих случаях арабские лидеры приказывали жителям уехать, предполагая, что они смогут вернуться, как только арабские армии уничтожат еврейское население. Например, арабские лидеры приказали арабскому населению Хайфы уехать, несмотря на то, что мэр-еврей умолял их остаться.
Более того, согласно отчету Института палестинских исследований, финансируемого арабами, большинство арабского населения Палестины не было изгнано насильно, а 68% «беженцев», даже не видели ни одного израильского солдата.
Израильско-британский историк Эфраим Карш согласен с этим, отмечая, что палестинцы, которые были изгнаны, представляют собой лишь «небольшую часть» общего исхода. На самом деле, израильское правительство никогда не проводило политику этнической чистки нового еврейского государства от арабского населения.
Любые насильственные изгнания арабов из нового государства, осуществляемые израильскими войсками, проводились только в том случае, если арабские города или деревни вели против них боевые действия.
Например, когда израильские войска пытались обеспечить безопасность маршрута между Иерусалимом и Тель-Авивом, они были вынуждены очистить несколько враждебных городов и деревень, которые препятствовали доступу в Иерусалим, еврейское население которого было осаждено арабскими войсками и находилось под угрозой голода.
Современные палестинские лидеры практически никогда не признают, что арабские общины в 1947-48 годах, которые вели переговоры о мире с Израилем до начала войны, и те, кто сохранял нейтралитет, не были тронуты.
Например, Абу-Гош, город к западу от Иерусалима, достиг соглашения с израильскими властями о том, чтобы не участвовать в боевых действиях. Назарет также договорился о нейтралитете, в результате чего город остался почти нетронутым.
Сегодня эти города, не участвовавшие в боевых действиях, являются частью процветающей арабской общины Израиля, насчитывающей более двух миллионов человек — 20% населения страны. Эти факты полностью опровергают обвинения в том, что Израиль в стремлении избавиться от арабов провел этнические чистки.
К сожалению, палестинские лидеры, лидеры других арабских стран и Организация Объединенных Наций продолжают усугублять страдания палестинского народа, препятствуя его интеграции в общества других стран и построению новой жизни.
Примером тому служит тот факт, что все арабские страны, кроме Иордании, отказались предоставить палестинским беженцам гражданство.
Сегодня более 1,5 миллионов палестинцев все еще живут в убогих лагерях беженцев, где их кормят ложными обещаниями, что однажды они смогут вернуться в свои «дома». Миллионы других палестинцев во всем мире по-прежнему считают себя беженцами, хотя их родители, бабушки и дедушки, которые действительно были беженцами, давно умерли.
Это обещание возвращения нереалистично, потому что Израиль никогда не позволит миллионам потомков умерших палестинских беженцев вернуться на свою территорию. Это означало бы конец еврейского государства. Палестинское руководство знает об этом, однако одним из главных условий мира с Израилем является так называемое «право на возвращение».
Между тем, десятки миллионов людей, перемещенных в результате других войн, продолжают строить новую жизнь в новых странах. В их число входят 800 тыс. евреев, которые бежали или были изгнаны из арабских стран после рождения Израиля — большинство из них переселились в еврейское государство.
Кроме того, история дает нам бесчисленное множество других примеров того, как беженцы времен войны строят новую жизнь в новых странах. Немцы из Чехословакии, индусы из Пакистана, греки из Турции — все они пережили перемещение, но не стали прибегать к терроризму из-за изгнания из своих прежних домов. Вместо этого они предпочли восстановиться и процветать в других местах.
Палестинцам пора отказаться от своего образа жертвы и посмотреть в будущее, в котором они смогут процветать, строя жизнь в новых странах или, наконец, сказав «да» мирному сосуществованию с Израилем.
JNS, перевод Ларисы Узвалк
Нападение на синагогу на Джербе проливает свет на отрицание арабами антисемитизма
Отрицать, что атака на синагогу «Эль-Гриба» в Тунисе была направлена против евреев, столь же абсурдно, как говорить такое о бойне в октябре 2018 года в синагоге «Древо жизни» в Питтсбурге.
Бен КоэнКолумнист по ближневосточной политике в New York Post, Haaretz и The Wall Street Journal
Отрицать, что атака на синагогу «Эль-Гриба» в Тунисе была направлена против евреев, столь же абсурдно, как говорить такое о бойне в октябре 2018 года в синагоге «Древо жизни» в Питтсбурге.
Хотя прошло три недели, ряд важных вопросов о стрельбе в исторической синагоге «Эль-Гриба» на острове Джерба в Тунисе 9 мая, когда были убиты двое верующих-евреев и трое сотрудников службы безопасности, так и остался без ответов. …И мы все еще ждем разъяснений.
Вдумайтесь, мы до сих пор не знаем ни имени, ни звания нападавшего, кроме того факта, что он был офицером ВМФ Туниса, служившим на Джербе, и власти страны до сих пор отказываются квалифицировать это злодеяние как террористический акт. Они описывают случившееся просто как «преступный инцидент» — слово, настолько неточное в данном случае, что почти ничего не значит.
Мы не знаем, были ли другие лица причастны к планированию или осуществлению нападения, за исключением расплывчатого сообщения местной радиостанции, в котором утверждалось, что после трагедии были задержаны четыре человека, однако их имена не назывались и какие-либо другие подробности не сообщались. И мы до сих пор не понятия не имеем, какие дополнительные меры безопасности предпримут тунисцы, чтобы защитить свою крошечную еврейскую общину в 1500 душ.
Что же мы знаем безошибочно, так это то, что правительство Туниса и, прежде всего, президент этой североафриканской страны Каис Саид не верят в существование проблемы и глубоко возмущены, когда кто-либо предполагает обратное.
После расстрела в «Эль-Грибе» — которое само по себе стало горьким напоминанием о нападении «Аль-Каиды» на синагогу в 2002 году, когда было убито 19 человек и ранено более 30, — президент Саид был гораздо больше озабочен опровержением утверждения о существовании антисемитизма в Тунисе, нежели стремлением успокоить еврейскую общину.
Его аргументация основывается на трех пунктах. Во-первых, те, «кто говорит об антисемитизме, когда мы живем в XXI веке», как он выразился после встречи в прошлую пятницу со своим кабинетом министров, «смехотворно ошибаются». Во-вторых, «озабоченность по поводу антисемитизма является подлой попыткой отвлечь внимание от реальной проблемы: продолжающегося тяжелого положения палестинского народа». В-третьих, «тунисцы могут гордиться своей репутацией в деле защиты еврейской общины» во время недолгой нацистской оккупации с ноября 1942 по май 1943 года.
Все эти сентенции давно знакомы на Западе, но, пожалуй, самое важное их проявление в арабской стране сводится к наложению на исторический отказ региона признать, что в нем существует особая форма фанатизма и дискриминации в отношении евреев, называемая антисемитизмом.
Среди излюбленных клише, с которыми вы неизбежно столкнетесь, если поднимете тему арабского или мусульманского антисемитизма перед людьми из этого региона, есть фраза о том, что «мы семиты, поэтому мы не можем быть антисемитами» — невежественная точка зрения, отстаивающие которую просто не понимают, что термин возник в Германии в конце XIX века в попытке идейных юдофобов придать своей ненависти некий «научный блеск», представив ее как необходимое развитие давней традиции христианского религиозного антисемитизма. Реже вам могут сказать, что антисемитизм — это «неуместное предположение, если вы вспомните, что палестинцы — как памятно сказал мне один палестинский дипломат много лет назад — «жертвы жертв». Или что «ислам - религия терпимости, а евреи, как и христиане, являются «людьми книги», и поэтому их основные права гарантированы».
Высказывания Саида после кровавого нападения на Джербе демонстрируют, что этот дискурс, в котором грубая антисемитская идеология сочетается с отрицанием антисемитизма, намеренно продвигается власть имущими. Можно вполне обоснованно задаться вопросом, почему Тунис, столица которого расположена в 3200 километров от Иерусалима, возводит палестинский вопрос в экзистенциальные масштабы, но тогда тот же вопрос можно задать почти каждому государству-члену ЛАГ.
Исторически так сложилось, что арабские лидеры вспоминали о палестинцах по одной важной причине: они были полезным отвлечением, удобным инструментом для перенаправления гнева и обиды, которые арабские граждане испытывали по отношению к своим правительствам, в сторону внешнего врага - Государства Израиль. Но когда этот гнев проявился на улицах городов этих стран, именно беззащитные еврейские общины, а не Армия обороны Израиля, противостояли насилию и беспорядкам. В конце 1940-х и начале 1950-х коллективная неспособность арабов задушить новорожденный Израиль во время его Войны за независимость была компенсирована преследованием, а затем изгнанием более 800 тысяч евреев по всему Ближнему Востоку — от Марокко до Ирака.
На таком фоне вряд ли можно удивиться тому, что нападение на синагогу, где как погибли евреи, так и неевреи, интерпретируется через эти фильтры. Отрицать, что нападение на «Эль-Грибу» было вызвано антисемитизмом, столь же абсурдно, как и отрицать, что бойня в октябре 2018 года в синагоге «Древо жизни» в Питтсбурге носила антисемитский характер. Тем не менее, когда их высказывает такой автократ, как Саид, который последние три года своего правления только и делал, что сводил на нет демократические завоевания, достигнутые в Тунисе во время «Арабской весны», эти аргументы становятся бесспорными.
На прошлой неделе Саид нанес визит в пригород Туниса Ариана, где находился дом его деда, который, по его словам, укрывал евреев во время нацистской оккупации (искусный способ продвижения мифа о том, что обычные тунисцы спасали евреев от Холокоста, когда на самом деле решающее значение имело завоевание страны союзными войсками).
«Местные защищали их от нацистской армии, а потом говорят, что мы антисемиты», — пожаловался он. «Наших палестинских братьев убивают каждый день, но никто ничего об этом не говорит».
Как это ни прискорбно, но в следующий раз, когда в Тунисе произойдет нападение на еврейскую общину — а такое, с высокой степенью вероятности, еще произойдет, — им будет произнесена та же самая речь.
Перевод Виктора Балагулина.