Такими словами протестующие в столице Ливана выразили поддержку демонстрантам в Иране. То, что происходит от Тегерана до Бейрута, — протесты и бунты беднейших слоев населения, включая в значительной мере шиитов Ливана, Ирака и самого Ирана, — есть не что иное, как восстание против шиитской империи, созданной Ираном.

Приложив титанические усилия к созданию этой империи (шиитского полумесяца), иранцы достигли успеха, переиграв США, Израиль и саудовцев, но затем... почва ушла у них из-под ног. Виртуозы политических интриг, они оказались бездарными экономистами и социологами. Они принесли в контролируемые ими страны лишь нищету, социальное расслоение и коррупцию, вызвав всеобщий гнев.

Недавно в газете «Нью-Йорк Таймс» вышло новое расследование, основанное на сливе 700 страниц секретных разведывательных отчетов из Министерства разведки и безопасности Ирана. Это расследование проливает свет на глубокое проникновение Ирана во все структуры иракского общества, включая перехват иранцами всей или почти всей шпионской сети, созданной ЦРУ. После ухода США из Ирака эти люди остались без работы и предложили свои услуги иранцам.

Разведывательные отчеты показывают, что Иран борется во многом с теми же проблемами, которые преследовали Соединенные Штаты, когда они боролись за сохранение контроля над беспокойным Ираком во время американской военной оккупации. В то время как США продолжали оказывать влияние на Ирак после официального вывода войск в 2011 году, именно Иран, с его обширной сетью шпионов и мощными активами, умело манипулировал иракской политикой, формируя структуры власти и культивируя лидеров, делая подарки и финансируя нужных политиков, которые остаются на своих местах и по сей день. Например, в одном из перехваченных документов, указано, что бывший глава военной разведки иракской армии генерал Хатам Максуси сказал иранскому агенту в 2015 году: «Всю разведку иракской армии можете считать своей. Попросите у меня все, что вам нужно, и я предоставлю это вам».

Возможно, иранцы контролируют не все ключевые иракские институты, но у них везде есть свои «глаза», благодаря чему Ирак, с его нефтяными богатствами, превратился в зависимую страну и даже в «жемчужину в короне иранской империи», как принято говорить сегодня, проводя аналогии с Индией, некогда имевшей титул «британской жемчужины».

В соответствии с этим сдвигом сегодняшнее движение иракцев, стремящихся обрести контроль над своей собственной жизнью, пытается также изгнать внешнее влияние — иранское.

В Ливане массовые протесты также выплеснулись на улицы в последние дни: участники общественных движений не хотят впускать депутатов в здание парламента. Ранее протестующие вывели на улицы четверть населения Ливана, включая сотни тысяч шиитов, которые сожгли несколько офисов проиранской шиитской партии (и вооруженного ополчения) Хезболла. Именно Хезболла является самой мощной военной силой в Ливане и, фактически, правит в этой стране.

В Ливане безлидерские протесты, организованные через социальные сети, добились отставки правительства и отмены непопулярных налогов. В Ираке тысячи людей оккупировали центральные площади шиитских городов, от Багдада до Басры и Насирийи, требуя ухода правительства и улучшения своего экономического положения. Протестующие очень активны на багдадской площади «Тахрир», где они создали ежедневную газету под названием «Тук-Тук». Они ремонтируют улицы, тротуары и фонтаны, управляют клиниками и другими общественными учреждениями. Центр Багдада стал местом самоорганизации молодежи, прежде всего из беднейших слоев населения. «Если бы у сменявших друг друга иракских правительств был хотя бы 1% энергии этих детей, они могли бы исправить всю страну», — сказал изданию «Аль-Монитор» западный исследователь и журналист, который недавно посетил «Тахрир». Между тем с 1 октября (в этот день в Ираке начались протесты) проиранские милиции и, возможно, иранские спецподразделения убили уже свыше 300 иракцев и ранили около 15 тысяч.

Тем временем в самом Иране прошли массовые протесты, вызванные ростом цен на топливо на 50 процентов. Выступления охватили около 100 городов. Протестующие перекрывали трассы и поджигали офисы правительственных служб, банков и полиции. Власти использовали боевые патроны для разгона демонстрантов, число убитых составило, по некоторым сведениям, до 200 человек.

Общие требования всех участников протестов в шиитском поясе, включая Иран: рабочие места, налаживание работы коммунальных служб, предоставление населению необходимых базовых услуг, медицины и образования, снижение налогов. Также ливанцы и иракцы требуют ухода иранцев из их стран, прекращения внешнего контроля.

Кроме того, эти выступления имеют сильную националистическую составляющую. Иракцы и ливанцы едины между собой в том, что касается борьбы с иранским влиянием. Как ни странно, национализм может стать основанием для борьбы и внутри Ирана. Многим его жителям не нравится, что правительство тратит миллиарды долларов на поддержку дружественных ему движений в других странах. Именно поэтому, наряду с экономическими лозунгами выдвигается и такой: «Ни Газа, ни Ливан, жизнь отдам лишь за Иран!». Этот лозунг является антивоенным и социально-экономическим, но в нем, как и в лозунгах иракцев и ливанцев, есть и националистическая составляющая.

Хотя руководству Ирана сложно справиться с протестами сразу в нескольких странах, включая собственную, это возможно. Духовный лидер Ирана Али Хаменеи располагает несколькими сотнями тысяч вооруженных боевиков из разных стран: КСИР (Корпус Стражей Исламской революции) в Иране, Кодс (элитные силы КСИР для операций за рубежом), Хезболла в Ливане, Ассайиб Ахль аль Хакк, Бадр и Бригада Хорасани в Ираке, афганские и пакистанские наемники из Фатимийюн и Зейнабийюн, которые воюют в Сирии за Асада. Эта сеть проиранских и финансируемых руководством Ирана милиций, армий и вооруженных отрядов построена так, чтобы иранцев можно было послать усмирять Багдад, а ливанцев, например, — в Тегеран.

Сейчас, похоже, волна протестов в Иране пошла на спад. Но поединок государства и общества не закончен. Протесты 2018 года в Иране были весьма масштабными, теперь история повторилась. Иранский режим прибегает к насилию, а также к отключению интернета, но страна по-прежнему нестабильна.

Иранцы мрачно шутят: «Нас пугали, что если будут протесты, мы станем как Северная Корея, Сирия или Венесуэла — сейчас мы стали смесью всех трех: с точки зрения экономики — Венесуэлой, интернета — Северной Кореей, протестов — Сирией». Но протесты и восстания неизбежны по всему шиитскому полумесяцу. Фактически народы региона, прежде всего представители беднейших слоев населения, ведут восстание против своих собственных правительств и против иранского режима — истинного хозяина этих стран.