10 ноября 2026, вторник30 Хешвана 5787 — конвертер дат
Логотип STMEGISTMEGI TVSTMEGI Junior
Мнения 2 мин чтения 1 тыс. просмотров

Отдалить религию от политики

Разделение между религией и политикой — столь же непростая задача, как и отделение религии от государства

Шломо ШамирШломо Шамиробозреватель «Маарив»

Автор газеты «Маарив» Шломо Шамир полагает, что основным уроком, извлеченным из истории утверждения спорного законопроекта о работе минимаркетов в субботу и общественной бури, поднявшейся вокруг этого закона, является необходимость не столько отделения религии от государства, сколько отделения и отдаления религии от политики в Израиле.

Закон о работе продуктовых магазинов в шабат, то, каким образом он был утвержден в кнессете, а также острая общественная полемика и массовые манифестации против попыток применения этого закона в Ашдоде и других городах Израиля, свидетельствует об одном: необходимо вывести религию и религиозные вопросы из политической жизни. Ничто не наносит такого ущерба взаимоотношениями между светским и религиозным населением, ничто не превращает в посмешище то, что религиозные граждане называют «еврейским обликом государства», как политизация религиозных вопросов и циничная манипуляция этой темой со стороны ультраортодоксальных политиков, подчеркивает Шломо Шамир. Тех самых политиков, которых не столько волнует уважительное отношение к традиции, сколько их теплые места в правительстве.

Симбиоз между политикой и религией с особой однозначностью выразил премьер-министр Биньямин Нетаньяху, который в канун голосования по законопроекту о работе минимаркетов в субботу недвусмысленно заявил: «Голосование против закона — голосование против правительства». Эта декларация фактически официально превращает статус шабата в разменную монету политических торгов. Усилия, приложенные для достижения большинства при голосовании по законопроекту Арье Дери, войдут в историю, как классический пример грубой политизации субботы. В этом контексте следует также напомнить, что именно Нетаньяху заморозил компромиссный план, касающийся Стены плача, цель которого была создать равные условия для молитвы между различными течениями иудаизма., поскольку сегодня это святое для всех евреев месте безраздельно контролируют ортодоксы, дискриминируя реформистов и консерваторов. Решение Биньямина Нетаньяху также было связано исключительно с одним: со стремлением сохранить правительственную коалицию. Жертвой политизации в данном случае стала Стена плача и еврейские верующие различных реформистских течений.

Разделение между религией и политикой, отмечает автор статьи в «Маариве», столь же непростая задача, как и отделение религии от государства. Заставить политиков, министров, депутатов перестать заниматься темой, которая придает их деятельности особую значимость и привлекает к ним интерес средств массовой информации, почти невыполнимая миссия. Поэтому инициатива отделения религии от политики должна прийти со стороны избирателей, со стороны самих граждан.

Источник: «Курсор»

Следующая статья· Мнения
Мнения 2 мин чтения 943 просмотра

Разлюбить Вуди Аллена

Мои любимые композиторы, художники и авторы оставались для меня чужими, чуть ли не безымянными людьми, и мне так было хорошо

Ксения СветловаКсения Светловадепутат Кнессета от партии «Ха-Тнуа»

Кампэйн #metoo продолжается, и с голливудских небес падают звезды, одна за другой. Сначала Кевин Спейси и Харви Вайнштейн, теперь Ларри Дэйвид и Вуди Аллен.

Предполагается, что теперь их контракты будут отменены, а другие актеры побоятся с ними сотрудничать. Для многих это будет билет в одну сторону, Голливуд-забвение.
Но как быть с теми фильмами/книгами/музыкой, которую они создали до того, как были уличены в сексуальных домогательствах разной степени тяжести? Их вычеркнут из всемирного пантеона искусств? Из золотой коллекции лучших фильмов? Из списка самых гениальных режиссеров? Не будут изучать их творчество? Наслаждаться им?
В этой связи — вопрос к публике. Когда красная черта в отношении того или иного автора/художника/композитора/актера проходит для вас? Когда он или она становятся неприкосаемыми? Является ли принадлежность к тому или иному стану или политическому лагерю, абсурдные (на ваш взгляд) высказывания, публичная поддержка одиозных личностей достаточной для того, чтобы распроститься, навсегда или на время, с любимым писателем или исполнителем? А что насчет подлых поступков, обмана или преступлений? Вычеркиваем безоговорочно или делаем какую-то скидку на эпоху/творческую личность/равнодушие?

А что, если речь идет о классике? Как действует на наш выбор то или иное неприятное известие о том, какими людьми были Оскар Уаильд, Бальзак или Шопен? Мы все знаем, что Шопен не раз позволял себе антисемитские высказывания, не говоря уж о Чайковском. Но не перестаем наслаждаться созданной ими музыкой, пускаем их в наши концертные залы и салоны.

Конечно же, каждый решает эти этические вопросы самостоятельно, и нет единого лекала по которому можно мерять мелкие погрешности и большие грехи кумиров. Иногда мне кажется, что легче просто не знать. Может быть, поэтому я никогда не увлекалась биографиями. Мои любимые композиторы, художники и авторы оставались для меня чужими, чуть ли не безымянными людьми, и мне так было хорошо.

Проблема начинается тогда, когда чье-то прошлое лезет изо всех щелей и ставит общество, а заодно и тебя самого перед выбором: любить или не любить Вуди Аллена, Роджера Уотерса или любого другого, кто завтра может оказаться на его месте. Мне, признаться, с этим непросто. А как у вас?

Источник: «Релевант»