Почему Россия выберет Израиль, а не Иран?
Сегодня Россия заинтересована в том, чтобы в регионе сохранялась стабильность, и это последовательная позиция
Недавно в Израиле прошла трехсторонняя встреча с участием секретаря Совета Безопасности России Николая Патрушева, советника президента США по национальной безопасности Джона Болтона и главы Совета нацбезопасности Израиля Меира Бен-Шабата, на которой обсуждались вопросы положения в Сирии и Иране. Затем состоялся телефонный разговор между Владимиром Путиным и Биньямином Нетаньяху. Чем же была вызвана необходимость в телефонных переговорах двух лидеров после трехсторонней встречи Патрушева, Болтона и Бен-Шабата в Израиле?
На эти и другие вопросы отвечает директор Центра стратегического анализа Института инновационного развития РФ Андрей Иванов.
Сейчас обсуждались, как это обычно и бывает, проблема возможных поставок С-400 в Иран, санкции против Ирана и его ответные действия и ситуация в Сирии. Каждый из этих пунктов серьезно осложняет ситуацию на Ближнем Востоке. Россия — это важный игрок в регионе, так сказать, геополитическая величина. Как постоянный член Совета Безопасности ООН, Россия априори определяет многое в отношении международного сообщества к тем или иным проблемам в регионе. В то же время наиболее стабильное и развитое государство Ближнего Востока — это Израиль, который по классификации ООН относится к Западной Европе. И хорошо, что диалог России и Израиля постоянно ведется — это необходимо и всем остальным государствам Ближнего Востока.
Поэтому не удивительно, что российский лидер пригласил премьера Израиля посетить Москву в будущем году для участия в торжественных мероприятиях по случаю 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. В отличие от США, которые являются стратегическим союзником Израиля, Тель-Авив, напротив, признает за Россией ее большой, неоценимый вклад в дело борьбы с фашизмом. США же претендуют на особую роль во всех значимых событиях планеты, как дня сегодняшнего, так и прошлых лет. Для поддержания имиджа ведущей мировой державы на международной арене и для внутренней сплоченности населения Штатам необходимо выдавать себя за победителя над мировым злом — нацизмом. Собственно, Америка действительно страна-победитель. Но не главный! Только в США этого никогда не признают, они просто в силу объективных причин хотят казаться лучше, чем они были на самом деле. У Израиля нет таких амбиций. Да и к тому же объективные исторические факты говорят о том, что больше всего погибших во время Холокоста евреев проживало в Советском Союзе. Евреи сражались против Германии в рядах Красной Армии. Ветераны Второй мировой войны, живущие в Израиле, — это преимущественно выходцы из СССР.
Конечно, мы прекрасно понимаем и обеспокоенность Израиля. Влияние Ирана на Ближнем Востоке тревожит не только Израиль, но и другие страны. А влияние Ирана в Сирии вряд ли ослабевает. Просто потому, что оно в любом случае остается самым большим по сравнению со всеми другими государствами. Режим Асада выстоял во многом благодаря Ирану, Тегеран имеет того же противника, что и Сирия, то есть Израиль. Сам Башар Асад слушает, прежде всего, именно иранских советников. Это вопрос в немалой степени религиозной веры, нежели политического прагматизма. Да, собственно, это давно поняли все мировые игроки. США при Трампе просто не хотят связываться со всеми этими проблемами Ближнего Востока, они озабочены куда более сложной проблемой: как не отдать мировое лидерство Китаю. В свою очередь, Китай озабочен торговой войной с Америкой и экспансией в Юго-Восточную Азию. В отличие от Ближнего Востока там нет войн, живет трудолюбивое и неплохо образованное население. России же нужна просто база на Средиземном море, участвовать во всех интригах региона нет никакого желания. И на первый план выходит чисто местная повестка, то есть религиозная: противостояние суннитских монархий Персидского залива и шиитского Ирана. Сирия, где у власти алавиты, близкие к шиитам, встает на сторону Ирана.
Сегодня Россия заинтересована в том, чтобы в регионе сохранялась стабильность, и это последовательная позиция. Москве не нужно, чтобы где-то была война. Во-вторых, никаких выгод от конфликтов Россия не получает. В то же время Москва выступает за сохранение баланса интересов. И точно не в интересах Москвы, чтобы Иран уничтожил другое государство. Война — это плохо, а мир — хорошо. Но в Иране думают иначе. Но в случае войны Москва всегда выберет Израиль. Просто потому, что это нормальное цивилизованное государство, с руководством которого можно вести конструктивный диалог. У власти в Иране находятся религиозные фанатики, их мотивация далека от рациональности. Я выскажу исключительно свою точку зрения по этому поводу. Израиль — единственное государство на Ближнем Востоке, которое можно назвать цивилизованным. Там развиваются в непростых условиях, на маленькой территории, враждебном окружении и в отсутствии необходимых ресурсов наука, культура, медицина, образование. И дело не в том, как Израиль относится к России.
Понятно, что главный союзник Тель-Авива — это Вашингтон. Но с Израилем можно вести дело, там руководство адекватное. А что такое Иран? Государство, которое постоянно грозится кого-то уничтожить. Там народ живет очень бедно, там не развивается, как в Израиле, наука и медицина. Это при том, что Иран обладает всеми необходимыми для развития ресурсами. Но они либо не используются в должной мере, либо бездарно тратятся на всякие международные авантюры, вроде попыток навредить Израилю, расширить влияние в Сирии, устроить религиозные мятежи в других государствах Ближнего Востока. При этом в Иране женщины находятся практически в бесправном состоянии, там нарушаются права человека. Возьмите Всеобщую декларацию прав человека, принятую Генассамблеей ООН в 1948 году. Многие ее положения в Иране не выполняются. И вот просто чисто ментально кому больше будет сочувствовать народ России? Израилю, где у многих живут родственники? Или Ирану? И вот это отношение вполне логично определяет и поведение российской власти.
Устоит ли Еврейский дом без Еврейской силы?
«Оцма» — это крайний фланг, но не столько в идеологии, столько в своих речах и заявлениях. А раввин Перец более умерен
Насколько серьезный ущерб правому лагерю может нанести распад Альянса правых сил? В беседе с «Деталями» политический обозреватель Моше Вайстух предположил, что адвокат Итамар Бен Гвир, лидер входящей в блок партии «Еврейская сила» («Оцма иеудит»), переоценивает свои возможности.
Бен-Гвир сообщил руководству блока, образованного из трех партий — «Еврейский дом» («Байт а-Иехуди), «Национальное единство» («Ихуд леуми») и «Еврейская сила» («Оцма иехудит») — что возглавляемая им «Оцма» покидает созданный перед выборами триумвират и считает себя свободной от взятых на себя ранее обязательств. Он утверждал, что его решение вызвано недостойным поведением раввина Рафи Переца, лидера «Еврейского дома», и Бецалеля Смотрича, председателя партии «Национальное единство».
Суть претензий: перед последними выборами стороны договорились о следовании «норвежскому закону»: получив назначения на министерские посты, Смотрич и Перец должны были снять себя полномочия депутатов Кнессета, освободив места для Бен-Гвира и еще одного представителя «Оцмы». Однако этого не произошло. Более того, Перец вообще отказался говорить с Бен-Гвиром.
Так было проявлено, как считает Бен-Гвир, полное пренебрежение, если не сказать — презрение к их прежним взаимным соглашениям. Потому его выход из блока нашел понимание не только в самой «Оцме». Среди активистов «Еврейского дома» тоже есть недовольные тем, что Альянс правых сил лишился одной «боевой единицы».
— Но на мой взгляд, этот союз, образовавшийся перед апрельскими выборами, изначально не казался полностью естественным. Он был весьма сложен, прежде всего для «Еврейского дома», которому, как ни странно, «Оцма» кажется чересчур радикальной, — утверждает Моше Вайстух. Он работает ведущим журналистом веб-сайта «Кипа», относящегося к национально-религиозному лагерю. Здесь уже давно внимательно следили за развитием отношений и разногласий между Бен-Гвиром, Перецем и Смотричем.
— А чем вызвано такое отношение со стороны лидера «Еврейского дома» к Бен-Гвиру?
— В «Еврейском доме» считают, что Бен-Гвир сильно преувеличивает свою значимость. Вопреки декларируемым им оценкам, будто «Оцма» принесла АПП более 70 тысяч голосов на минувших выборах, в «Еврейском доме» считают это число резко завышенным. Они думают, что «Оцма» принесла Альянсу максимум 15-20 тысяч голосов. А потому, даже если сторонники Бен-Гвира не проголосуют на новых выборах за «Еврейский дом», отток голосов будет так невелик, что не скажется на финальном результате.
— То есть «Еврейский дом» считает, что не окажется в проигрыше из-за разрыва с партией «Оцма»?
— Не то, что в проигрыше – здесь думают, что даже выиграют от этого! «Оцма» кажется «Еврейскому дому» несколько одиозной, чересчур радикальной, и в партии Переца убеждены, что на предыдущих выборах союз с ней, навязанный Нетаниягу, только отпугнул определенную часть избирателей.
— В чем кроется это «чересчур»?
— «Оцма» — это крайний фланг, но не столько в идеологии, столько в своих речах и заявлениях. А раввин Перец более умерен, он все-таки государственник. Он выступает за сильное государство, атакующее государство. Это, на первый взгляд, незначительные нюансы, но для их избирателей они серьезны.
Рафи Перец и Бецалель Смотрич решили не слагать с себя полномочия депутатов Кнессета, мотивируя это тем, что бессмысленно это делать на такой короткий срок. С самого начала пребывания Бен-Гвира в Альянсе, на него смотрели, как на какого-то злого духа. А уж после выборов ему прямо намекали на то, что у двух партий нет никакого желания ввести третью в Кнессет. Конечно, есть причины для нелюбви — но важнее было не обещать того, чему никто не собирается следовать.
Со своей стороны, и Бен-Гвир своим письмом настолько распалил сторонников, что они стали угрожать Перецу, обвинять его во всех смертных грехах. Лидеру «Оцмы» самому пришлось их потом успокаивать, объяснять, мол, раввин Перец – настоящий еврей, любит Израиль, мы против него лично ничего не имеем…
— Есть ли шанс на возрождение Альянса?
— В «Еврейском доме» не исключают вероятности того, что придется вернуться к переговорам с «Еврейской силой». Но, насколько мне известно, сначала они заключат союз с «Национальным единством», а затем начнут переговоры с «Новыми правыми» и Айелет Шакед. И только в зависимости от результатов всех этих контактов они решат, стоит им приглашать Бен-Гвира обратно за стол переговоров, или нет.
Беседовал Марк Котлярский
Источник: Детали