Пока Насралла кашлял
На прошлой неделе лидер «Хезболлы» высунул голову из бункера, в котором скрывался последние 15 лет, чтобы поздравить ХАМАС с его «победой» в борьбе против Израиля.
Президент Сирии Башар Асад, похоже, поправляется, в то время как лидер «Хезболлы», бесспорный «король севера» в течение последнего десятилетия, изо всех сил пытается закончить фразу в перерывах между кашлем. И это не так уж плохо для Израиля.
На прошлой неделе лидер «Хезболлы» Хасан Насралла высунул голову из бункера, в котором скрывался последние 15 лет, чтобы поздравить ХАМАС с его «победой» в борьбе против Израиля.
Не стоит волноваться, нужен кто-то вроде Насраллы, все еще травмированного во время избиения его организации во время Второй ливанской войны, чтобы понять разницу между объявлением победы и болезненной реальностью, которую он и его люди обнаружили в бейрутском районе Дахия после войны – вернее в том, что от него осталось. Сегодня лидеры ХАМАС, вылезающие из своих бункеров, осознают в Газе ту же разрушительную реальность. Реальность, которую навлекли на свой народ они сами.
25 мая главарь «Хезболлы» Хасан Насралла выступил с речью по случаю 21-й годовщины вывода израильских войск из Ливана. При этом ему было тяжело говорить из-за постоянного кашля, Насралла выглядел заболевшим и сам признался, что болен. Израильские спецслужбы предположили, что лидер «Хезболлы» заразился коронавирусом. 29 мая в ливанских соцсетях распространились слухи о том, что «состояние Насраллы резко ухудшилось, он подключен к аппарату ИВЛ и находится без сознания». Позже стали говорить о том, что он впал в кому, а в начале июня под датой рождения Насраллы в «Википедии» появилась дата смерти – 1 июня 2021 года. Вскоре статья была исправлена, а руководство «Хезболлы» выступило с опровержением, заявив, что Насралла чувствует себя хорошо и COVID не болен.
Поэтому, вместо того, чтобы пытаться прицепить свою повозку к поезду ХАМАС, Насралла попытался объяснить своим сторонникам, почему он шарахался от конфронтации с Израилем, как от чумы, и предпочел сидеть сложа руки вместо того, чтобы помогать ХАМАСу от имени Иерусалима и Храмовой горы.
Выступления Насраллы всегда считались «лучшим шоу в городе». Его речи в сочетании с риторическими способностями опытного оратора заключали в себе послания, в которые все, включая Израиль, внимательно вслушивались. Однако все это восприятие рухнуло с первым звуком его кашля. Таким образом «победная» речь Насраллы стала его «сильным кашлем», и вместо того, чтобы обсуждать угрозы и и напыщенные заявления главаря «Хезболлы», большинство СМИ обсуждали лишь его состояние здоровья.
Мы можем предположить, что если бы решение зависело от его советников, Насралла бы не произнес свою «кашляющую речь», но тогда это определенно укрепило бы международное сообщество во мнении о том, что Насралла просто испугался драки с Израилем и нырнул в кусты, не желая вступать в военную конфронтацию.
В отличие от ХАМАС, который неоднократно менял своих лидеров, не в последнюю очередь из-за нескольких убийств, приписываемых Израилю, Насралла был единственным, доминирующим лидером «Хезболлы» на протяжении почти трех десятилетий. Как и любой типичный ближневосточный диктатор, он позаботился о том, чтобы возможный преемник никогда не появился, что подводит нас к вопросам, которые в настоящее время возникают в Ливане по поводу дня после Насраллы, который, даже если отложится, все равно когда-нибудь неизбежен.
Тем временем президент Сирии Башар Асад на прошлой неделе публично отпраздновал свою победу на выборах, набрав фантастические 95,1% голосов. Можно с уверенностью предположить, что удары, нанесенные ХАМАСу силами Израиля, не умерили его радость. В конце концов, Асад не забыл и не простил ХАМАС за то, что палестинское движение выступило против него и поддержало восстание против его режима во время гражданской войны в Сирии.
При этом явно фальшивая победа Асада рассказывает «историю из жизни». Вопреки всем прогнозам, Асад пережил войну, остался у власти, и медленно, но верно, через процесс, полный препятствий и неудач, восстанавливает и укрепляет свое положение как внутри страны, так и за ее пределами.
Арабский мир медленно приоткрывает для него свои двери, а в международном сообществе уже послышались пока еще робкие голоса, призывающие к восстановлению связей с Сирией.
С точки зрения Израиля нет никаких сомнений в том, что Асад – кровожадный тиран-убийца. Однако, как и его отец до него, он поддерживал режим тишины вдоль границы.
Более сильный Асад мог бы восстановить равновесие в северном секторе, где в последние годы наводили свои порядки Иран и «Хезболла». То, что Асад, похоже, идет на поправку – один из признаков того, что ситуация может измениться, поскольку Насралла, бесспорный король севера в течение последнего десятилетия, с трудом заканчивает свою мысль между приступами кашля. И это не так уж плохо для Израиля.
Перевод с Israel Hayom Маргариты Марьяновской
Действительно ли Израилю нужен президент?
Для еврейских общин диаспоры президент Израиля по статусу близок к королю
Даже когда о президентских выборах и речи нет, депутаты, журналисты и представители широкой общественности то и дело задают вопрос: «Действительно ли Израилю нужен президент?»
Как человек, который писал о всех президентах Израиля, начиная с Эфраима Кацира, и встречался с ними лично, отвечаю однозначно: да. И особенно потому, что эта должность аполитична.
Из этого вытекает следующий вопрос: почему же тогда подавляющее большинство президентов были политиками до своего избрания на этот пост?
Ответ прост. Президент аполитичен с точки зрения поддержки какой-либо конкретной партии или партий, но не аполитичен, когда речь заходит о защите интересов Израиля в мире. Прекрасным примером в нынешней обстановке являются многочисленные беседы президента Реувена Ривлина с президентами других стран в связи с обвинениями еврейского государства в военных преступлениях, которые дошли до Международного уголовного суда. Важно, чтобы лидеры других стран соглашались с правом Израиля на защиту от агрессии. Ривлин делал публичные заявления по этому вопросу, разговаривал с другими президентами по телефону или через Zoom и даже совершал экстренные поездки за границу.
Поскольку он был спикером кнессета, а до этого заседал в различных парламентских комитетах и исполнял должность министра, он знаком со многими проблемами, затрагивающими различные слои израильского общества, а также знает, кому звонить, когда проблемы необходимо решить.
О многом из деятельности президента не сообщается в средствах массовой информации, но почему-то он считается отцом нации, в отличие от премьер-министра, который прежде всего представляет электорат своей партии.
Большинству людей нужна своего рода родительская фигура, и именно поэтому королева Елизавета остается такой популярной в Великобритании. И именно поэтому все крупные израильские организации и учреждения прилагают все усилия, чтобы их знаменательные события отмечались в резиденции президента или, по крайней мере, чтобы президент поздравил их.
Для еврейских общин за рубежом президент Израиля ближе всего по статусу к «еврейскому королю». Примером может служить большая делегация из Австралии во главе с раввином, которую принимал президент Шимон Перес. Раввин прочитал благословение, произносимое обычное в присутствии царей, объяснив, что, поскольку в Израиле больше нет монарха, президент является его эквивалентом.
Когда президенты Израиля выезжают за границу, программа визита почти всегда включает встречу с представителями еврейской общины или грандиозное мероприятие, на которое приглашается весь еврейский мир. Свободных мест никогда не бывает. Люди хотят увидеть президента Израиля, сфотографироваться с ним и пожать ему руку.
Президент Израиля важен не только для евреев. Когда Хаим Герцог, отец новоизбранного президента, посетил Польшу в мае 1992 года, он встретился с членами Ассоциации польских праведников народов мира. Люди, спасавшие евреев, очень хотели встретиться с человеком, который в качестве офицера британской армии был среди освободителей Берген-Бельзена. Польские спасатели хотели встретиться со спасателем-евреем.
Когда премьер-министр Израиля делает заявление об экзистенциальных угрозах или антисемитизме, оно воспринимается в своем партийном контексте, тогда как когда президент государства, говоря на те же темы, воспринимается представителем всего народа.
Когда за рубежом нужно публично сказать что-то важное для страны, чаще всего это делает президент, а не премьер-министр.
Например, мало кто верит, что премьер-министр Биньямин Нетаньяху искренен, когда говорит о мире с палестинцами, в то время как президенту Ривлину верят, потому что с самого первого дня он неоднократно говорил, как в Израиле, так и за рубежом, что израильтяне и палестинцы не приговорены к тому, чтобы жить вместе, но предназначены к этому. Он также часто обращает внимание на тот факт, что его отец переводил Коран и другую исламскую литературу на иврит задолго до создания Государства Израиль, что указывает на то, что семья Ривлина имела хорошие отношения с арабской общиной, что сохраняется и по сей день. На самом деле президент Ривлин время от времени звонит председателю Палестинской автономии Махмуду Аббасу и наоборот, в то время как Нетаньяху было бы трудно поддерживать такие отношения.
На христианском фронте, с помощью правительственной пресс-службы, Ривлин ежегодно встречается с очень большой делегацией в основном представителей евангельских христианских СМИ со всех континентов, которые индивидуально и коллективно позволяют ему донести послание Израиля буквально до сотен миллионов людей по всему миру. Энтузиазму, с которым эти вещатели приветствуют президента, нужно верить, особенно в то время, когда антисемитизм так распространен во многих странах, включая те, которые имеют хорошие отношения с Израилем.
Президент является дипломатом, арбитром, сторонником добрых дел и на многих уровнях связан с армией, разведкой, промышленностью, образованием, правами ЛГБТ и женщин, спортом, людьми с особыми потребностями, гражданской национальной службой, арабскими делами, отношениями с диаспорой и многим другим, включая проблемы, которым премьер-министр не может уделять время и внимание, но которые часто должны проникать в общественное сознание.
На прошлой неделе, когда Министерство иностранных дел провожало Ривлина, его приветствовали как президента-дипломата. Это, в некотором смысле, сказало все.
Ицхак Герцог еще более иссушен в этом плане, и поэтому является подходящим человеком в нужное время.
Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда