Разделяй, но не наказывай. В чем ошибка торгового эмбарго против жителей Западного берега
Различие между Израилем и поселениями проводится правильно. Превращение этого различия в коллективное экономическое наказание их жителей — нет
Шай Гальоснователь и руководитель Line of State, международной консалтинговой компании, специализирующейся на стратегическом планировании, взаимодействии с органами власти (GR) и вопросах публичного влияния
Проведение различия между суверенной территорией Израиля и Западным берегом юридически обосновано и необходимо стратегически. Превращение этого различия в запрет на торговлю товарами для поселений приводит к обратным последствиям: оно наказывает гражданское население, усиливает сторонников аннексии и политически усложняет процесс разделения.
Великобритания, Франция и Канада объявили о планах ввести запреты на торговлю товарами из израильских поселений, заявив, что эти меры направлены на защиту принципа сосуществования двух государств. Они правы в своих предположениях. Израиль и Западный берег — это разные правовые пространства. Сам Израиль сохраняет это различие: он никогда не аннексировал Западный берег, и израильское законодательство там не применяется, как в суверенном Израиле. Некоторые законы применяются лично к живущим там израильтянам – к народу, а не к территории.
Спустя 33 года после подписания Декларации принципов в Осло в 1993 году она бесчисленное количество раз подвергалась нападкам, подрывалась, нарушалась и объявлялась недействительной. Израиль никогда не отменял ее. Второе соглашение Осло разделило Западный берег на зоны A, B и C, закрепив за палестинцами и Израилем различные уровни гражданских, административных полномочий и полномочий по обеспечению безопасности. Эта структура по-прежнему регулирует вопросы безопасности, администрации, налогообложения и отношений с Палестинской администрацией. Ни одно израильское правительство, включая самое правое, не отменило временное постановление Осло.
Соглашение Осло передало гражданское управление миллионами палестинцев в руки Палестинской национальной администрации, не включив их в состав Израиля и не поставив под угрозу безопасность Израиля. Оно не привело к заключению соглашения об окончательном статусе, на которое рассчитывали, но сохранило фундаментальный факт: Израиль и Палестина не являются единым государством.
По всему политическому спектру Израиля сохраняется стремление к разделению: Яир Лапид по-прежнему выступает за создание двух государств, Нафтали Беннет предлагает предоставить палестинцам автономию, Яир Голан выступает за разделение и создание демилитаризованной палестинской государственности, Гади Айзенкот допускает возможность территориальной целостности Палестины, Биньямин Нетаньяху поддерживает самоуправление палестинцев при сохранении ответственности Израиля за безопасность, а Авигдор Либерман выступает за территориальное разделение.
«Нет палестинскому государству» — это право вето, а не доктрина. Она отвергает один из возможных исходов, не определяя при этом исход для самого Израиля. Аннексия с предоставлением полного гражданства меняет демографический баланс еврейского государства; аннексия без предоставления политического равноправия меняет его демократический уклад; постоянное правление без аннексии усугубляет напряжённость между израильской армией и палестинским гражданским населением и даёт террористам возможность влиять на будущее Израиля.
Если каждая террористическая атака отдаляет разделение, а каждая резня становится аргументом в пользу бесконечного правления, терроризм получает возможность не только убивать израильтян, но и определять их границы.
Нерешительность — это не нейтралитет. Она ведёт к бесконечному правлению и даёт противнику возможность влиять на исход событий.
Безопасность — это условие, а предотвращение угроз, а не территориальная экспансия, — цель: разоружение ХАМАСа, демилитаризация Палестины и создание механизмов принуждения, устойчивых к нарушениям, институциональному коллапсу или враждебному правительству. При таких условиях раздел — это не одолжение, которое Израиль делает Европе или палестинцам. Это способ сохранить Израиль как еврейское, демократическое, безопасное и суверенное государство, избавившееся от постоянного правления над другим народом.
Предвыборные заявления — это не искусство управления государством. Аннексия была обещана перед выборами в апреле 2019 года, затем еще раз перед выборами в сентябре 2019 года и еще раз в 2020 году. Этого не произошло и не произойдет в будущем.
Не будет также построен E1. E1, планируемый коридор для строительства поселений между Иерусалимом и Маале-Адумим, находится в центре спора о территориальной целостности Палестины. Он был предложен в 2012 году, возобновлен за несколько дней до выборов в марте 2020 года и неоднократно представлялся как свершившийся факт. Заявления поступили. Соседи этого не сделали.
Различие между Израилем и поселениями проводится правильно. Превращение этого различия в коллективное экономическое наказание их жителей — нет. Проживание за Зеленой чертой, линией перемирия 1949 года, не является преступлением.
Живущие там израильтяне сосредоточены в населенных пунктах, которые сменяющие друг друга правительства Израиля создали, санкционировали, субсидировали и подключили к национальной инфраструктуре. Государственная политика влечет за собой ответственность государства; вина остается за каждым человеком. Ребенок, родившийся в Ариэле, не испытывает чувства вины за политику, которую он не выбирал.
Время создает права у людей, а не суверенитет у государств. Десятилетия жизни за Зеленой чертой не присоединяют эту территорию к Израилю, но создают права, которые невозможно отменить с помощью бойкота.
С экономической точки зрения запрет практически не имеет силы. Экспорт из поселений составляет лишь малую часть израильского экспорта.
Большая часть израильских поселений на Западном берегу на практике функционирует как пригородная зона Израиля за Зеленой чертой: большинство работающих израильтян живут за пределами этой территории. При этом соглашение об окончательном статусе не требует переселения большинства из них. «Условия Клинтона» 2000 года предусматривали сохранение Израилем поселенческих блоков, в которых проживает около 80% поселенцев. Женевская инициатива 2003 года предусматривала аналогичный исход для примерно трех четвертей поселенцев за счет согласованного обмена территориями.
Менее чем за семь недель до выборов в Израиле Великобритания, Франция и Канада преподнесли подарок именно тем, кто стремится стереть грань между Израилем и Западным берегом. Эти политики годами твердили израильтянам, что мир выступает не против какой-то конкретной политики Израиля, а против самого Израиля; что территориальные уступки ведут не к легитимизации, а к новым требованиям; что каждый вывод войск лишь отодвигает границу, за которой начинается новое давление.
Таким образом, меры, призванные сохранить принцип двух государств, ожесточают израильское общество, поощряют сторонников аннексии, ослабляют тех, кто выступает за раздел, и превращают национальные интересы Израиля в иностранный диктат.
Быть произраильским политиком не означает автоматически поддерживать любое израильское правительство или любую его политику. Иногда противодействие политике Израиля — это и есть произраильская позиция.
Поддерживать Израиль — значит, проводить четкое различие между суверенным Израилем и территориями, которые он не аннексировал, защищать Израиль в пределах безопасных и признанных границ, укреплять потенциал Палестины для создания собственного государства и делать разделение территорий более безопасным для Израиля, а не более затратным с политической точки зрения.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
Электоральная развилка для Нетаньяху
Сценарий, обсуждаемый в политической системе, предполагает объединение партий Либермана, Айзенкота и Беннета с другими партиями блока перемен
Мати Тухфельдобозреватель «Исраэль ха-йом»
По мере того как предвыборная кампания приближается к своей решающей стадии, окружение премьер-министра Биньямина Нетаньяху наметило несколько сценариев, которые могут оказаться для него политически опасными.
Помимо вопроса о том, сколько мест получит «Ликуд», главной проблемой является общий результат правого блока, в частности, вероятность того, что он не преодолеет рубеж в 61 место.
Согласно оценке, Нетаньяху понимает, что на нынешних выборах даже результат в 59 мест для всего блока может оказаться рискованным.
В такой ситуации оппозиционный лагерь потенциально мог бы получить парламентское большинство, которое позволило бы ему сформировать новое правительство, даже если бы оно не продержалось у власти четыре года и даже если бы некоторые арабские партии формально не присоединились к нему.
Сценарий, обсуждаемый в политической системе, предполагает объединение партий Либермана, Айзенкота и Беннета с другими партиями блока перемен и парламентской поддержкой со стороны арабских партий.
При таком сценарии РААМ, «Объединенному списку» или «Баладу» не обязательно вступать в коалицию. Им также не обязательно было бы активно голосовать за правительство. Внешней поддержки, нейтралитета или иного парламентского решения могло бы оказаться достаточно для того, чтобы оппозиционный лагерь получил большинство в 61 место в Кнессете.
Другими словами, если блок Нетаньяху получит только 59 мест, оставшиеся 61 депутат могли бы, по крайней мере численно, поддержать идею формирования другого правительства. В таком случае они могли бы заявить, что не создают «правительство, опирающееся на арабские партии» в традиционном понимании этого выражения, а используют существующее большинство в Кнессете, чтобы сменить премьер-министра и сформировать временное правительство.
Нетаньяху хочет избежать проблем, связанных с призывом на военную службу. По некоторым данным, он не желает, чтобы вопрос о призыве на военную службу стал главной темой предвыборной кампании. Причина проста: это создает трудности практически для всех составляющих его политического лагеря.
Этот вопрос является сложным для ультраортодоксальных партий, вызывает разногласия внутри «Ликуда», а также может усугубить ситуацию для религиозно-сионистского лагеря. С точки зрения Нетаньяху, предвыборная кампания, сосредоточенная на призыве, может заставить весь блок занять оборонительную позицию и обострить внутренние разногласия именно тогда, когда целью является объединение избирателей правого толка.
Напротив, вопросы, которые возвращают общественное обсуждение к разделению между политическими лагерями, такие как противостояние правых и левых, отношение к арабским партиям, характер государства или культурные и политические споры, являются для него более комфортными.
В этом контексте общественные споры, подобные тому, который разгорелся вокруг фильма «NAZA», также могут, по мнению экспертов, сыграть на руку кампании Нетаньяху. Чем больше дискуссия смещается в сторону вопросов о том, кто «идет с арабами», кто сотрудничает с «Демократами» и об отношении левых к Израилю, тем дальше дискуссия уходит от воинской повинности и других вопросов, которые создают трудности внутри правого блока.
До сих пор у Нетаньяху было некоторое пространство для маневра, даже когда он лично не располагал 61 депутатским мандатом. Причина заключалась в том, что конкурирующий лагерь боролся за то, чтобы получить собственное большинство.
Пока часть участников «блока перемен» не была готова опираться на арабские партии, того факта, что Нетаньяху не набирал 61 мандат, было недостаточно для его смещения.
На практике он мог бы остаться временным премьер-министром даже без прочного парламентского большинства, поскольку у его соперников также не было простого способа сформировать альтернативное правительство.
Однако, согласно оценке, на нынешних выборах ситуация может измениться. Если блок перемен будет готов использовать поддержку или нейтралитет РААМ, Объединенного списка и «Балад», чтобы достичь большинства, необходимого для замены Нетаньяху, ему больше не понадобится 61 «сионистское» место в парламенте.
Другими словами, ранее Нетаньяху мог предположить, что если другая сторона не сможет получить 61 место без участия арабских партий, она не сможет сформировать правительство. Теперь, если будет достигнуто достаточно широкое согласие о его замене, арабские партии также могут стать частью уравнения.
Это также вызывает одну из самых больших опасений у Нетаньяху и, возможно, является одной из причин, по которой он может оставить открытой возможность формирования правительства национального единства.
Если правый блок не получит 61 мандат и если у оппозиционного лагеря будет большинство, достаточное для того, чтобы сместить Нетаньяху, привлечение центристской или оппозиционной партии может стать для действующего премьера способом политического выживания.
Нетаниягу нужно получить 61 место в Кнессете, чтобы обеспечить себе пост премьер-министра. Таким образом, для него 61 место — это не просто число, необходимое для формирования правительства. Это ещё и защитный барьер, который не позволит его соперникам сформировать альтернативное правительство.
Суть проста: Нетаньяху знает, что, если весь правый блок не наберёт 61 место, он не сможет быть уверен в том, что останется на посту премьер-министра на переходный период. Если его соперники объединятся и заручатся поддержкой или нейтралитетом арабских партий, они смогут получить большинство, достаточное для того, чтобы отстранить его от должности премьер-министра, даже не сформировав сразу стабильное и долгосрочное правительство.
По сути, это новая уязвимость Нетаньяху. В течение многих лет ему не обязательно было набирать 61 место, чтобы оставаться в игре. У его соперников тоже не было большинства, способного сплотиться вокруг согласованной альтернативы.
Раскол в стане оппонентов, в частности запрет некоторых партий на сотрудничество с арабскими фракциями, служил для него своего рода политическим страховочным поясом.
На этот раз он опасается, что этот страховочный пояс может ослабнуть. Если Айзенкот, Беннет и Либерман согласятся с тем, что первоочередная задача — сместить Нетаньяху, даже не договорившись о составе следующего правительства, то 59 мест для правого блока уже не будут означать почти полную победу, а станут тревожным сигналом.
Если другая сторона готова использовать любое доступное парламентское большинство, чтобы добиться его отставки, то борьба за 60-е и 61-е места, с точки зрения Нетаньяху, становится не просто борьбой за формирование правительства, а борьбой за сохранение его власти.
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова