В разговорах с друзьями и родственниками, поддерживающими действующее правительство Нетаньяху, я слышу, что за него проголосовало большинство и, следовательно, оно имеет право вводить любые законы, какие пожелает. Эти законы, конечно, предусматривают фундаментальную перестройку Верховного суда, его состава и обязанностей. Подобные убеждения также активно высказывают многие члены Кнессета от правящей коалиции, которым, возможно, следовало бы быть более осведомленными. Но они не учитывают не менее важную роль, которую играет оппозиция в демократическом обществе.

Неделя за неделей в течение последних нескольких месяцев сотни тысяч израильских граждан протестовали на улицах против планов по ограничению власти Верховного суда. Это были одни из крупнейших уличных протестов за всю 75-летнюю историю Израиля. Основным обвинением против протестующих, выступающих против реорганизации судебной системы, является то, что они не являются патриотами Израиля. Фактически, премьер-министр и другие министры правительства открыто назвали протестующих не только непатриотами, но и предателями. Однако патриотизм, как верность своей стране, с одной стороны, и политическая лояльность действующему правительству, с другой стороны, по своей природе не являются одним и тем же.

Патриотизм и лояльность, вообще говоря, имеют положительное значение. На самом деле они связаны с любовью к стране и служением ей во имя общего блага. Это не имеет ничего общего с политикой или партийной преданностью. Израиль определяет себя как парламентскую демократию, где большинство формирует правительство, будь то самостоятельно или в коалиции с младшими партнерами. В этой системе партии меньшинства выступают в качестве оппозиции и обязаны оспаривать изменения, вносимые правительством. Ничего непатриотичного здесь нет.

Право на оппозицию правительству является неотъемлемым правом демократических государств. Демократическую оппозицию можно понимать как систему сдержек и противовесов. Британский политик Гаральд Ласки утверждал, что «здоровая лояльность не пассивна и самодовольна, а активна и критична». Именно об этом говорят демонстрации как в Кнессете, так и на улицах. Речь не идет о пассивном или благодушном принятии всего, что предлагает нынешнее правительство в отношении судебной реформы. Политическое несогласие с действующим правительством не является демонстрацией непатриотичости; это «активный и критический» подход. В том же ключе Бейнбридж Колби, американский юрист и последний государственный секретарь Вудро Вильсона, утверждал, что «разумная и сознательная оппозиция является элементом системы верности стране». Очевидно, что верность стране — это не то же самое, что верность политической партии или политической коалиции. Сотни тысяч протестующих на улицах больших и малых городов Израиля выражают свое право выступать против изменений, с которыми они в принципе не согласны. Лояльность правительству — это политика и политическая преданность, а не любовь к стране.

Вероятно, неудивительно, что происходящее — это битва двух политических философий: консервативной и более либеральной. Интересно, что психологические исследования действительно выявили различия в том, как консервативные и либеральные избиратели смотрят на мир. Похоже, что психологические исследования пришли к консенсусу относительно различий между базовыми убеждениями и установками, которых придерживаются эти две группы. Исследования показывают, что различные базовые убеждения и установки определяют большую часть нашего мышления и действий. Результаты исследований показывают, что консервативные избиратели желают уверенности, безопасности и авторитета больше, чем либеральные. В отличие от них, либеральные избиратели больше любят оригинальность, тонкость и замысловатость и поэтому лучше справляются с неопределенностью. Исследование, проведенное в 2020 году, показало, что психологические ценности и мотивы, такие как эмпатическая мотивация справедливости и избегание вреда, больше привлекают либеральных избирателей. Напротив, лояльность своей группе и уважение к авторитету больше привлекают консервативных избирателей.

Психологические исследования также показали, что «открытость опыту» более заметна у либеральных избирателей. Те, кто имеет высокие баллы по этому параметру, обладают независимым мышлением, готовы терпеть больше двусмысленности и чаще бросают вызов авторитетам. Джон Йост, профессор психологии, политики и науки о данных Нью-Йоркского университета, утверждает, что подобные выводы о различных мотивах, лежащих в основе поддержки либеральных или консервативных принципов, могут помочь объяснить, почему одна группа более заинтересована в поддержке открытости, справедливости, честности и равенства, чем те, кто пропагандирует уважение к авторитетам и лояльность к своей группе. Принимая это во внимание, наверное, не стоит удивляться, что между правительством Нетаньяху и его оппонентами существует так много разногласий.

Также неудивительно, что существуют проблемы с достижением согласия по поводу реорганизации судебной системы. Это труднопреодолимая пропасть, когда уважение к авторитету, стремление к определенности и лояльность правительству или лояльность своей группе вступают в конфликт с желанием открытости, справедливости и честности.

Партийная лояльность необходима для политической жизни. Тем не менее, отстаивая право выступать против любого действующего правительства, я оставлю последние слова Марку Твену, который сказал, что «патриотизм — это поддержка своей страны всегда, а своего правительства 1 когда оно этого заслуживает».

Times of Israel, перевод Ильи Амигуда