Троянская коза Нетаниягу
Какими бы ни были личные мотивы полководца, он победил в этой войне
В четверг 13 августа, проводя рутинное совещание кабинета министров, Биньямин Нетаниягу вдруг встал и, сославшись на государственные дела, отлучился.
Министры недоуменно переглянулись: зарплату себе они уже повысили, какие еще могут быть государственные дела? Но когда через 16 минут глава правительства вернулся, по его довольному лицу министры поняли, что дела действительно государственной важности.
Уходил он, как вскоре выяснилось, чтобы подписать мирное соглашение с наследным принцем Объединенных Арабских Эмиратов Мухаммадом Бин-Зайедом. С этого эпохального события, свершившегося в режиме видео-связи при участии президента США Дональда Трампа, начинается новая эра на Ближнем Востоке. Оно переворачивает все сложившиеся за последние десятилетия представления об арабо-израильском конфликте.
До этого момента арабский мир соглашался говорить о нормализации отношений с Израилем только после того, как будет решена палестинская проблема, и только по схеме "территории в обмен на мир".
Переговоры с палестинцами уже 30 лет топчутся вокруг размера территорий, которые Израиль должен отвести под Палестинское государство. Аппетиты палестинцев, колеблющиеся от части Иудеи и Самарии до всей территории Израиля с предварительной его ликвидацией, не позволяли умеренным арабским странам говорить о какой-либо нормализации в обозримом будущем.
Первый в истории Израиля договор с арабской страной, подписанный Менахемом Бегиным в 1979 году, также оговаривал передачу Египту Синайского полуострова, составлявшего около 75% территории Израиля. Но несмотря на это и на прохладные отношения двух стран, сводящиеся больше к координации в борьбе с террором и зачаточным формам туризма, этот договор на многие десятилетия стал гарантией мира на южных рубежах Еврейского государства.
В политической жизни Израиля мир с Египтом также произвел революцию, превратив партию Бегина из маргинальной оппозиции, чудом прорвавшейся к власти, в правящую партию, которая 40 лет, с небольшим перерывами, стоит у руля государства.
Осуществив многолетнюю мечту Израиля, Нетаниягу из обвиняемого по мелким коррупционным делам, под окнами которого толпятся протестующие с транспарантами "Надоел!", в одночасье вернул себе статус национального лидера. Масштаб события превращает судей Высшего суда справедливости в мелких буквоедов, роющихся в грязном белье героя и начисто утративших понятия о справедливости. В идиотском положении оказалась и оппозиция, сосредоточившая свою борьбу на неполной занятости премьер-министра, которому предстоящий суд мешает руководить государством. Оказалось, не только не мешает, но даже помогает добиваться результатов, которых за последние десятилетия не смог добиться ни один из его предшественников.
Отогнав от своего пьедестала противников, Нетаниягу не преминул опустить в глазах Израиля союзников. Не только декоративные министры, вынужденные узнавать о свершениях своего кабинета из прессы, но и будущий глава этого кабинета Бени Ганц, и глава МИДа Габи Ашкенази до последнего момента ничего не знали о готовящемся историческом соглашении. Всю подготовительную работу для этой сделки, проводил директор Моссада Йоси Коэн, который умеет не только узнавать чужие секреты, но и хранить свои. Поэтому, вопреки обыкновению, подробности переговоров, проходивших под личным патронажем Трампа, кровно заинтересованного в реализации своей "сделки века" перед ноябрьскими выборами, не просочились никуда.
Ничего не известно и о перспективах продолжении этого политического прорыва, хотя эксперты уже пытаются прогнозировать дальнейшие шаги. Высказывается мнение, что договор с ОАЭ был только пробным шаром, подготовившим выход на сцену Саудовской Аравии и других богатых стран Персидского залива, для которых союз с Израилем - ключевой элемент в стратегическом противостоянии с Ираном.
Палестинский вопрос в этом раскладе уходит с авансцены, на которой лидеры национально-освободительного движения расковыривали себе старые раны перед ООН, Евросоюзом и мусульманским миром. Потерявшего былую гибкость Абу-Мазена саудовские спонсоры, видимо, отправят на пенсию, а новым лидерам нарисуют границы палестинской мечты и правила поведения в этих границах до той поры, пока не будет получен новый приказ.
В проигрыше остались не только палестинцы, но и поселенцы, принявшие всерьез предвыборные обещания Нетаниягу аннексировать Иудею и Самарию. Ведь была даже назначена дата голосования по закону о распространении суверенитета на Западный берег. Правда, не было назначено самого голосования. Ни минуты и не собираясь реализовывать план, чреватый новым противостоянием с целым миром, Нетаниягу привел в дом эту "козу" из знаменитой притчи про мудрого раввина, предполагая от нее своевременно избавиться для улучшения жизни. На то, что удастся не просто изгнать козу из дома, но и выгодно продать, возможно, не надеялся даже сам Нетаниягу. Но именно отказ от аннексии Иудеи и Самарии называют ценой за эпохальное соглашение с ОАЭ, что поднимает суверенную козу до статуса Троянского коня.
Какими бы ни были личные мотивы полководца, он победил в этой войне. А победителей не судят, помните? Впрочем, это общепризнанное положение еще предстоит закрепить законодательно, а тут что-либо прогнозировать уже никак невозможно.
Барон Ротшильд, барон Гирш и израильский суверенитет
Возвращение на библейскую Землю Израиля — несомненно, самая успешная тенденция в современной еврейской истории
У первых сионистов было много воли и мало средств для достижения своих целей, но они изменили ход еврейской истории. Сегодня у Израиля есть средства, но есть ли у него воля?
В «Мечте барона Гирша», одном из самых острых и, вероятно, автобиографическом рассказе Исаака Башевиса Зингера, еврейский писатель приезжает в одну из еврейских сельскохозяйственных колоний в Аргентине, финансируемую сказочно богатым бароном Гиршем, чтобы прочесть на идише лекцию. И обнаруживает, что там слишком мало евреев, чтобы ее понять.
Действие происходит в начале 1950-х годов, всего через несколько десятилетий после того, как эта колония, вместе с другими, финансируемыми Гиршем, возникла в Аргентине, Соединенных Штатах и Канаде — в рамках одного из величайших личных благотворительных проектов, которые когда-либо предпринимались. В конце XIX века Гирш выделил на это сумму, эквивалентную сегодняшним 700 миллионам долларов.
Ни в одной из других колоний ситуация не была лучше. Историкам оставалось рассказать о крахе проекта. На обложке книги, опубликованной в 1995 году о наиболее успешных колониях Гирша в Соединенных Штатах, написано: «Большинство синагог исчезли и стали баптистскими церквями. Для туристов нет никаких указаний на то, что в округах Салем и Камберленд на юге Нью-Джерси когда-то были еврейские колонии».
Гирш сосредоточился на облегчении бедственного положения русских и польских евреев на американском континенте. А барон Эдмон Ротшильд, единственный еврей, который мог соперничать с Гиршем в богатстве, объединился с первыми сионистскими пионерами в создании Петах-Тиквы, Ришона-ле-Циона, Реховота и других поселений в Земле Израиля. Забавно, что это обошлось в четверть от затрат, которые понес в своих проектах Гирш.
Спустя сто лет разница очевидна. На автомагистралях в Нью-Джерси не видно никаких признаков еврейских поселений. Но на всех шоссе Израиля они, безусловно, очень хорошо видны. В Ришоне-ле-Ционе и Петах-Тикве проживает 750 тысяч человек, это более чем в три раза превышает сегодняшнее количество всех евреев в Аргентине — стране, которую барон Гирш считал «землей обетованной», наряду с США и Канадой. В Реховоте живет более 140 тысяч, и есть такие же яркие и всё еще развивающиеся, тоже поддерживаемые Ротшильдами «мошавот» — Зихрон-Яаков и Биньямина.
Единственный смысл усилиям барона Гирша придала его готовность в последние годы жизни объединиться с Ротшильдом для поддержки деревень Земли Израиля.
Действия двух баронов подтверждают главную историческую истину: возвращение на библейскую Землю Израиля — несомненно, самая успешная тенденция в современной еврейской истории. Особенно это видно при сравнении с конкурировавшими идеологическими проектами, такими как национально-культурная автономия Бунда, ассимиляционизм немецких евреев и участие евреев в русской революции, которые заканчивались концентрационными лагерями, газовыми печами, ГУЛАГом.
Сомнительно, что президент Трамп знает о двух еврейских баронах и судьбах их проектов, но израильтяне должны уважать историческую возможность, которую предоставляет его, как он сам говорит, видение.
В то время как барон Ротшильд финансировал зарождение поселений, именно суверенитет — создание Государства Израиль — позволил его деревням превратиться в мощные городские центры.
Было вложено множество сил в Маале-Адумим и Гиват-Зеев в районе Иерусалима, в Эфрат и другие яркие общины и образовательные учреждения в Гуш-Эционе, и, конечно же, в Ариэль и другие поселения на стратегически важных Западном берегу реки Иордан и холмах южного Хеврона.
Но чтобы гарантировать, что они вырастут в такие города, как Ришон-ле-Цион, Петах-Тиква и Реховот, требуется расширение суверенитета Израиля над этими территориями.
Отец сионизма Теодор Герцль (у которого были сложные отношения с обоими баронами) произнес потрясающие слова: «Если вы захотите, это не будет сказкой».
Для наших целей более уместно английское выражение where there’s a will there’s a way — «дорогу осилит идущий».
По сравнению с почти непреодолимыми препятствиями, с которыми столкнулось сионистское движение сто лет назад, граждане сильного израильского государства знают, что есть способ преодолеть издержки, которые повлечет за собой это решение. Возникает вопрос: хватит ли у них такой же воли, как у их сионистских предшественников, чтобы изменить ход еврейской истории.