Утка о геноциде в Газе
Страдали ли жители Газы? Да, конечно. Но если сравнивать обвинения Израиля в геноциде и поведение ХАМАСа, то вина лежит исключительно на ХАМАСе
Стивен Ципперштейннаучный сотрудник Центра ближневосточных исследований Университета Калифорнии в Лос-Анджелесе
Военный ответ Израиля на вторжение ХАМАСа 7 октября 2023 года вызвал целую серию обвинений в адрес еврейского государства. На протяжении последних полутора лет ООН утверждает, что 2,2 миллиона жителей Газы находятся «на грани» голода. ООН и другие организации обвинили Израиль в целенаправленных ударах по больницам и школам, несмотря на то, что ХАМАС использует эти объекты в качестве военных баз. Но в последние недели накал страстей достиг пика: возобновились обвинения в том, что Израиль совершает в Газе геноцид.
В начале войны ЮАР обвинила Израиль в Международном Суде в совершении геноцида, но это утверждение стало популярным в последнее время в ответ на широко распространенные фотографии (некоторые из которых, как теперь известно, являются подделками) якобы голодающих жителей Газы. Даже некоторые еврейские авторы «неохотно» присоединились к кампании по обвинению в геноциде. Однако юридическое определение геноцида и факты показывают, что это утверждение не имеет под собой никаких оснований.
Конвенция о геноциде 1948 года и Римский статут Международного уголовного суда определяют геноцид как требующий доказательства конкретного намерения «уничтожить, полностью или частично, национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую». Действия Израиля в Газе не подпадают под это определение.
Во-первых, нет никаких доказательств того, что Израиль нацелен на палестинцев Газы «как таковых». Израиль не действует с целью уничтожить кого-либо в Газе только потому, что они палестинцы. Напротив, намерение Израиля состоит в уничтожении ХАМАСа, террористической организации, которая 7 октября 2023 года вторглась в Израиль, жестоко убила более 1200 жертв и взяла в заложники 251 человека.
Во-вторых, даже если предположить, что Израиль нацелился на палестинцев Газы «как таковых», Конвенция о геноциде все равно требует, чтобы уничтожение было настолько массовым, что палестинцы Газы были бы уничтожены «полностью или частично». Но факты также не подтверждают это требование.
В Газе проживает примерно 2,2 миллиона человек. По данным ХАМАСа, во время войны погибло примерно 56 000 человек. ХАМАС не делает различия между гражданскими и военными/террористическими жертвами, но израильское правительство считает, что было убито не менее 20 000 членов ХАМАСа. Таким образом, даже если принять за чистую монету обычно сильно завышенные заявления ХАМАСа, то во время войны погибло не более 36 000 человек, или 1,6% от 2,2-миллионного населения Газы.
Сторонники обвинения в геноциде утверждают, что фраза «в целом или частично» достаточна для поддержания обвинения Израиля в геноциде в отношении 1,6% погибшего населения Газы. Однако этот аргумент игнорирует целый ряд международных судебных решений и толкование Комиссией международного права слов «частично» как «по крайней мере значительная часть» целевой группы по отношению к ее общей численности. Хотя гибель 1,6% населения Газы, безусловно, печальна, это чмсло далеко не составляет «значительную часть» общей численности населения Газы.
Кроме того, международные суды постановили, что пункт о «существенности» означает, что уничтожение части группы должно быть достаточно массовым, чтобы угрожать выживанию остальной части группы. Нет никаких доказательств такой угрозы для всего населения Газы.
Такое толкование слов «частично» отражает понимание авторов Конвенции о геноциде. Рафаэль Лемкин, видный специалист по международному праву, который ввел термин «геноцид» и сыграл важную роль в разработке Конвенции о геноциде, объяснил во время дебатов в Сенате США в 1950 году по поводу ратификации Конвенции, что «частичное уничтожение должно носить существенный характер». На основании показаний Лемкина Конгресс определил термин «значительная часть» в законодательстве, принимающем Конвенцию о геноциде, как «часть группы, имеющая такое численное значение, что уничтожение или потеря этой части привело бы к уничтожению группы как жизнеспособного образования в рамках нации, частью которой является такая группа».
Наконец, факты свидетельствуют о том, что Израиль не действовал с необходимым намерением совершить геноцид. Если бы Израиль действительно намеревался совершить геноцид, он не издавал бы предупреждения об эвакуации гражданского населения Газы, чтобы оно ушло из опасной зоны перед началом авиаударов, как он делал это неоднократно с начала войны. Он также не разрешил бы ввоз тысяч тонн гуманитарной помощи в анклав, как он делал это почти на протяжении всей войны. Он также не способствовал бы проведению вакцинации от полиомиелита 500 000 жителей Газы в августе 2024 года. Действительно, ни одна другая страна в истории человеческих войн никогда не предупреждала гражданское население перед началом ударов, не доставляла тонны гуманитарной помощи населению врага и не вакцинировала сотни тысяч вражеского населения во время войны.
Страдали ли жители Газы? Да, конечно. Но если сравнивать обвинения Израиля в геноциде и поведение ХАМАСа, то вина лежит исключительно на ХАМАСе. ХАМАС начал войну, когда 7 октября 2023 года без всякой провокации вторгся в Израиль. ХАМАС отказывается прекратить войну, продолжая удерживать в плену оставшихся израильтян, которых он похитил. Более того, ХАМАС держит в заложниках все население Газы, отказываясь сдаться, захватывая продовольственную помощь и стреляя в своих же соотечественников, которые просто хотят иметь шанс на лучшую жизнь.
Совершает ли Израиль геноцид в Газе? Однозначный ответ, как с юридической, так и с фактической точки зрения, — это решительное «НЕТ».
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда
Как израильское правительство упускает шанс победить ХАМАС
Самая оправданная война в истории Израиля теперь воспринимается во всем мире как несправедливая
Спустя почти два года после катастрофы 7 октября Израиль движется к новой катастрофе — не к военному поражению, а к глубокому и длительному дипломатическому и стратегическому провалу.
Те, кто требовал «полной победы», обещая уничтожить ХАМАС и вернуть заложников домой, теперь сталкиваются с мрачной реальностью: ХАМАС остается у власти в Газе, и нет никакой реальной альтернативы, заложники по-прежнему находятся в плену, а международная легитимность Израиля находится на беспрецедентно низком уровне.
Парадоксально, но это ухудшение ситуации произошло после заметных военных успехов — в Ливане, Сирии, Иране и даже в Газе. Однако сегодня Израиль не выглядит победителем. Он кажется изможденным, изолированным и запутавшимся в военных действиях без четкой политической цели.
В настоящее время цель, по-видимому, заключается в ведении «бесконечной войны», что противоречит самой сути доктрины безопасности Израиля, которая ставит во главу угла процветающее общество в период между войнами и стремится к быстрым военным победам, которые можно использовать для достижения политических целей.
Армия обороны Израиля, полагающаяся на своих резервистов — тех же граждан, которые движут экономику и гражданское общество, — может достигать военных целей, действуя в рамках израильской доктрины. При ненадлежащем использовании результаты, как и следовало ожидать, оказываются удручающими.
Обещание «полной победы» с самого начала было нереалистичным. С 1945 года ни в одной современной войне не было случаев безоговорочной капитуляции противника. Однако стратегические победы за последние два года, безусловно, были достигнуты, в том числе на Ближнем Востоке.
Спросите об этом лидера «Хезболлы» Наима Кассема или верховного лидера Ирана Али Хаменеи. Но кампания в Газе — непосредственный повод этой затянувшейся войны — пробуксовывает. ХАМАС выживает. Международное сообщество указывает пальцем на Израиль. Заложники отодвинуты на второй план. Самая оправданная война в истории Израиля теперь воспринимается во всем мире как несправедливая. То, что поддерживалось в 2023 году, к 2025 году считается аморальным.
Изображение Эвиатара Давида, израильского заложника — истощенного, измученного, копающего себе могилу в туннеле ХАМАСа — напоминает миру и нам самим, что заложники все еще там: живы, страдают и все больше забываются.
Это изображение вызывает ужас не только потому, что оно разоблачает жестокость ХАМАСа, но и потому, что оно отражает, как судьба заложников была отодвинута на второй план — как в израильском дискурсе, так и на международной арене.
К сожалению, из-за стратегических просчетов Израиля и политики «вечной войны» правительства мир перенес свое внимание на организованную ХАМАСом кампанию по голоданию, а не на борьбу за освобождение заложников.
Даже президент Дональд Трамп, когда-то один из самых ярых сторонников Израиля, начинает терять терпение. Политический ландшафт в США меняется, антиизраильские фракции в обеих партиях становятся все сильнее. Поддержка Израиля падает до исторического минимума — и время на исходе.
СМИ не лгут — жизнь в Газе действительно невыносима. ХАМАС несет ответственность за войну и ее ужасные последствия; террористическая организация вызвала голодный кризис, но умеет использовать его в своих интересах гораздо эффективнее, чем Израиль.
Хотя виноват ХАМАС, ответственность возлагается на нас, потому что мир ожидает от демократического государства морального поведения. Без дипломатической стратегии, функционирующей инфраструктуры публичной дипломатии и четких внешних посылов Израиль становится козлом отпущения по умолчанию. По мере того как глобальная поддержка ослабевает, израильское правительство хранит молчание. Нет никаких инициатив, никаких ответов, никаких перспектив. Так выглядит стратегическое поражение.
В начале года, после предыдущей сделки по освобождению заложников, Израиль держал все карты в руках: значительные военные достижения, твердая поддержка США и редкая возможность возглавить дипломатическое урегулирование. Вместо того чтобы воспользоваться этим моментом, правительство решило возобновить войну — без плана, без видения, без сроков.
Премьер-министр Биньямин Нетаньяху отказался вступать в переговоры о прекращении войны. Он отверг любое обсуждение «дня после». ХАМАС использовал это время, чтобы перегруппироваться. Заложники остались в плену, а сделка, которая сейчас находится на столе переговоров и уже принята израильским правительством, гораздо хуже той, которая могла быть достигнута шесть месяцев назад.
ХАМАС сейчас отказывается от переговоров. Наблюдая растущее противодействие Израилю со стороны европейцев и западных союзников, некоторые из которых теперь готовы признать палестинское государство, несмотря на массовые убийства 7 октября, ХАМАС считает, что эта тенденция отвечает его стратегическим интересам. Европейские лидеры попадают в ловушку: вместо того, чтобы ослабить ХАМАС, они укрепляют его.
Между тем Израиль сталкивается с этой дипломатической глупостью, не имея контрстратегии. Вместо того, чтобы выглядеть справедливым и решительным государством, Израиль воспринимается во всем мире как изгой. Первоначальная волна сочувствия после 7 октября сменилась подозрением и обвинениями. Все это потому, что мы не смогли сказать, куда мы идем, что мы готовы принять, а что нет.
Мир больше не ждет. Односторонние инициативы по признанию палестинского государства набирают поддержку. Израиль стал мишенью для критики — не потому, что это неизбежно, а потому, что он демонстрирует политический цинизм и паралич вместо мудрости и морального лидерства.
Пришло время принять подход «умной победы», который восстанавливает инициативу Израиля:
1. Согласиться положить конец войне с четкими гарантиями и международной поддержкой.
2. Обеспечить освобождение всех заложников сразу, без этапов и дискриминационных критериев.
3. Условием восстановления Газы сделать полную демилитаризацию — полное разоружение ХАМАСа как предварительное условие.
4. Продвигать пересмотренную арабо-египетскую инициативу без участия ХАМАСа, включая механизмы обеспечения соблюдения и международную ответственность.
5. Получить обязательное письмо от американской стороны, гарантирующее Израилю свободу действий против любого будущего наращивания сил ХАМАСа (по образцу соглашения между США и Израилем по северной границе).
Да, это соглашение временно оставляет ХАМАС под контролем Газы. Да, это больно — некоторые из самых жестоких террористов останутся на свободе. Но Израиль — мощное государство и может справиться с этой проблемой.
Те, кто заявляет о сдерживании, пострадают, если поднимут глаза и увидят, как оно взмывает в небо после того, что мы сделали с «Хезболлой2 и Ираном. Те, кто боятся повторения 7 октября, не понимают масштабов ущерба, нанесенного ХАМАСом, и того, как много мы извлекли уроков из этой трагедии — даже без официальной комиссии по расследованию. А те, кто беспокоятся, что мы не сможем возобновить военные операции, должны посмотреть на север: ЦАХАЛ продолжает действовать против «Хезболлы», несмотря на перемирие, основанное на соглашении и дополнительном письме со стороны США. То, что мы получили от администрации Байдена, будет легче получить от Трампа.
Только так мы сможем создать условия для новой и эффективной будущей кампании, направленной на свержение правления ХАМАСа и предотвращение его военного возрождения.
«Ультраправое» правительство, избранное для «победы над террором», не смогло достичь своих военных целей в двух отдельных кампаниях в Газе. На практике оно продвигает палестинские нарративы и цели, подталкивая Израиль к дипломатическому краху и побуждая мир поддержать палестинское государство. Эту тенденцию можно остановить, но только если Израиль возьмет на себя лидерство, а не будет продолжать дрейфовать.
Выбор ясен: либо диктовать условия, либо оказаться в ловушке, навязанной другими.
Время истекло. Стратегические, военные и моральные песочные часы истекли.
Мы можем либо продолжать цепляться за иллюзорную «полную победу» в Газе, что приведет к дипломатическому 7 октября и долгосрочному ущербу, либо перейти к «умной победе», которая вернет Израиль на путь роста, нормализации, морального превосходства и стратегической устойчивости.
Jerusalem Post, перевод Якова Скворцова