Вирусная дипломатия: Газа превращает голод в оружие
Это стратегическое использование изображений, которое можно назвать вирусной дипломатией, превращает человеческие страдания в политический рычаг
Элияху Сапирполитолог, работает в Маастрихтском университете (Нидерланды), специализируется на общественном мнении, европейской политике и методах социальных наук
Голодный кризис в Газе является сознательной стратегией ХАМАСа, а не результатом халатности. С помощью вирусной дипломатии, быстрого распространения эмоциональных, вводящих в заблуждение изображений, таких как обрезанная фотография больного ребенка, ХАМАС формирует мировое мнение и отвлекает внимание от своей ответственности. БАПОР поддерживает эту систему, обеспечивая контроль и зависимость. Настоящая гуманитарная помощь требует ликвидации БАПОР, обхода ХАМАСа и прекращения цикла манипуляций, которые используют голод в качестве оружия для достижения политических целей.
*
В последние недели заголовки мировых СМИ создали впечатление, что Газа, столкнувшись с недоеданием, обвиняет в кризисе Израиль и недостаточную помощь извне. Сенсационные изображения и эмоционально заряженные нарративы быстро распространились в социальных сетях и ведущих новостных агентствах, часто без тщательной проверки.
Один из ярких примеров имел место 23 июля, когда по всему миру распространилась фотография истощенного палестинского мальчика Мухаммеда Закарии Айюба аль-Матука. Изображение было обрезано, чтобы удалить здорового старшего брата мальчика, создав вводящий в заблуждение символ голода. Британский исследователь Дэвид Коллиер позже выяснил, что ребенок страдал не от голода, а от врожденных заболеваний. Однако это изображение сформировало общественное мнение и повлияло на дипломатические решения на международном уровне.
Это стратегическое использование изображений, которое можно назвать вирусной дипломатией, превращает человеческие страдания в политический рычаг, усиливая цели ХАМАСа и затушевывая структурные причины голода. В отличие от традиционной пропаганды, вирусная дипломатия опирается на скорость, эмоциональный шок и цифровую «эхо-камеру», где непроверенная фотография может за считанные часы изменить общественное мнение и политику правительства.
Исторические корни голода
Структурная зависимость Газы от гуманитарной помощи возникла еще до прихода к власти ХАМАСа в 2007 году. После ухода Израиля в 2005 году широко распространилась надежда, что Газа сможет восстановить свою экономику и инфраструктуру. Однако эта надежда была построена на хрупких основаниях. На протяжении десятилетий целенаправленная региональная политика обеспечивала палестинским беженцам и их потомкам временные и политически выгодные условия в Газе, Иудее и Самарии, Иордании, Ливане и Сирии. Вместо интеграции или устойчивого развития эти группы населения были сохранены в качестве символов неразрешенного конфликта, уязвимых сообществ, лишения которых можно было постоянно использовать на политической арене. ХАМАС унаследовал эту реальность, а затем продолжил ее укоренять, гарантируя, что продовольствие, образование и социальное обеспечение останутся инструментами контроля.
Голод как рычаг
Во время войны, начавшейся в 2023 году, использование голода в качестве оружия усилилось. В соответствии с международным правом Израиль ограничил и контролировал поставки определенной помощи, чтобы предотвратить ее перенаправление ХАМАСу, одновременно обеспечивая достаточные запасы. ХАМАС, напротив, грабил, копил и перепродавал гуманитарную помощь, создавая дефицит, чтобы оказать давление как на гражданское население, так и на международных игроков.
Эта двойная стратегия превратила лишения в оружие. Внутри страны мука́ стала ключом к контролю: монополизировав распределение помощи, ХАМАС дисциплинировал население и укрепил свою монополию на выживание. За рубежом изображения очередей за продуктами и истощенных детей, часто вырванные из контекста, усиливали дипломатическое давление на Израиль, скрывая манипуляции ХАМАСа. Вирусная дипломатия и материальные лишения работали в тандеме: мука́ стала инструментом власти, а изображения ее нехватки — инструментом влияния.
БАПОР и институциональное соучастие
Агентство Организации Объединенных Наций по оказанию помощи и организации работ (БАПОР) долгое время играло центральную роль в оказании помощи Газе, но оно укрепило зависимость, а не смягчило ее. Свидетельства о принадлежности сотрудников к ХАМАСу, перепрофилировании помещений для хранения оружия и проведении пропаганды в учебных заведениях показывают, что агентство тесно связано с той самой системой, которую оно должно было нейтрализовать. Некоторые сотрудники даже участвовали в атаках 7 октября.
Вместо того чтобы защищать от голода, деятельность БАПОР закрепляет структуры, позволяющие эксплуатировать лишения. Направляя помощь через скомпрометированные учреждения, международные игроки непреднамеренно поддерживают цикл контроля ХАМАСа.
Понимание закономерности
Продовольственный кризис в Газе не является случайностью. Он — кульминация стратегии, продолжавшейся десятилетия: препятствования развитию, институционализации зависимости и преднамеренной манипуляции в военное время. Голод сам по себе становится оружием, а вирусная дипломатия гарантирует, что мир будет реагировать таким образом, который способствует достижению целей ХАМАСа.
Зависимость, лишения и манипуляция СМИ образуют взаимоусиливающую систему, которая укрепляет власть ХАМАСа и формирует глобальный нарратив, обращенный против Израиля.
Стратегический подход к решению кризиса
Признание того, что голод в Газе является результатом преднамеренных действий, не уменьшает его остроту. Проблема недоедания реальна, но для ее эффективного решения необходимо ликвидировать структуры, которые ее поддерживают. Главной из них является БАПОР, агентство, которое не имеет никаких стимулов для решения этой проблемы и все основания для ее поддержания. Встраиваясь в политическую и социальную жизнь Газы, нанимая на работу лиц, связанных с ХАМАСом, и создавая бесконечный цикл зависимости, БАПОР стало частью механизма контроля. Реформа невозможна; необходимо его ликвидировать. Только устранив эту институциональную опору, можно будет обойти политическую эксплуатацию и напрямую оказать помощь гражданскому населению.
Не менее важно изменить направление международной дипломатии. Соединенные Штаты и Израиль, которые продолжают содействовать доставке гуманитарной помощи, несмотря на ограничения и проблемы с безопасностью, столкнулись с несоразмерным возмущением по поводу продовольственного кризиса в Газе. Это ошибочное давление укрепляет ХАМАС, освобождая его от ответственности и фактически поощряя его тактику. Если международное сообщество серьезно настроено на облегчение страданий, оно должно привлечь ХАМАС и его руководство к ответственности за создание условий для лишений. Любой другой подход, намеренный или нет, сводится к поддержке использования ХАМАСом человеческих страданий в качестве рычага давления.
Соучастие ООН и крупных правозащитных организаций делает ситуацию еще более серьезной. Некритично усиливая заявления о голоде и игнорируя сознательную роль ХАМАСа, они возродили современный кровавый навет: обвинение в том, что евреи, в данном случае Израиль, сознательно морят голодом невинных людей. Поступая таким образом, они не защищают права человека, а поддерживают террористов, которые без угрызений совести разрушают средства к существованию своего собственного народа, стремясь убить как можно больше израильтян.
Эти организации стали инструментами в стратегии ХАМАСа, укрепляя его барьер контроля и продлевая страдания палестинцев. Хуже того, они создали прецедент: другие уже поняли, что вирусная дипломатия работает, и что искусственно созданный голод может быть эффективным оружием в современном конфликте.
Заключительная мысль
Голод в Газе реален, но он не является побочным продуктом случайности или блокады. Это система, намеренно созданная и эксплуатируемая. ХАМАС создал лишения как оружие, БАПОР поддерживает их как институт, а ООН и правозащитные организации преувеличили их в глобальном нарративе, создав новую кровавую клевету с разрушительными последствиями. До тех пор, пока этот цикл остается незыблемым, мука́ никогда не будет просто мукой, она будет рычагом, а голод останется реквизитом на сцене войны.
Чтобы разорвать этот цикл, необходима моральная ясность. Помощь должна доходить до гражданских лиц, минуя ХАМАС. БАПОР, агентство, заинтересованное в увековечении, а не в решении проблемы беженцев, должно быть ликвидировано. И вес международной дипломатии должен наконец лечь на того, кто его заслуживает: на ХАМАС, архитектора голода в Газе, а не на тех, кто пытается его смягчить. Все, что меньше этого, — не гуманизм, а соучастие, подпитка той самой системы, которая процветает на человеческих страданиях и учит других использовать их в качестве оружия.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
Голод — это не таблица Excel
Парадокс очевиден: если бы ХАМАС капитулировал, голод тотчас бы прекратился
Шломо Дубновпрофессор кафедр музыки и компьютерных наук Калифорнийского университета в Сан-Диего
Когда речь заходит о секторе Газа, заголовки в прессе обычно сводят человеческую трагедию к лозунгам: «геноцид», «голод», «этническая чистка». Недавние статьи, циркулирующие в израильской прессе и социальных сетях, зашли так далеко, что на основании таблиц и графиков потребления калорий утверждают, что Израиль виновен в том, что намеренно морит голодом жителей Газы, чтобы заставить их подчиниться. Исходная точка? Сравнение между количеством грузовиков, которые Израиль пропускает в сектор, и некоторыми оценками того, сколько калорий требуется среднему жителю Газы. Аккуратно, просто и, как предполагается, абсолютно морально.
Но голод — это не таблица, и уж точно не лозунг для политических митингов. Если анализ ограничивается соотношением потребляемых калорий и количества ртов, которые нужно накормить, он упускает из виду зачастую уродливую реальность на местах: пропаганда ХАМАСа, расхищение продовольствия, внутренняя коррупция, логистический хаос и использование как гражданских жителей Газы, так и израильских заложников в качестве пешек в жестокой игре.
Одно из широко распространенных утверждений основано на официальных израильских данных о продовольственных конвоях и сравнении их с базовыми показателями питания Министерства здравоохранения. «Вывод» заключается в том, что поставки не соответствуют международно принятым минимальным нормам, поэтому голод очевиден, а значит, Израиль виновен. Но переход от таблиц с калориями к обвинениям в геноциде игнорирует несколько критических проблем.
• Неверные расчеты: хотя поставки колебались, количество грузовиков с гуманитарной помощью никогда не опускалось ниже 100 в день, что, по данным израильской Координации правительственной деятельности на территориях (COGAT), удовлетворяет или превышает базовые потребности населения в калориях. Согласно официальному сайту, с 7 октября 2023 года по сегодняшний день (середина августа 2025 года) было доставлено более 100 000 грузовиков с более чем 1,5 миллионами тонн продовольствия.
• Перенаправление помощи: данные ООН за период с мая по август 2025 года показывают, что почти 87% грузовиков с гуманитарной помощью так и не дошли до гражданского населения, а подавляющее большинство из них было перехвачено ХАМАСом или его филиалами. Очень небольшая часть этой перенаправленной помощи справедливо распределяется среди населения.
• ХАМАС нацеливается на распределение помощи США и Израиля: даже когда Израиль и США создали механизмы прямого распределения помощи, чтобы обойти ХАМАС, эти конвои и склады подвергались целенаправленным атакам. Работники гуманитарных организаций получили ранения, а объекты подверглись нападениям — это явное свидетельство того, что ХАМАС стремится не допустить попадания продовольствия к гражданскому населению, если это подрывает его контроль.
• Цены против голода: в публикациях рост цен на продовольствие указывается как «доказательство» голода. Но цены растут не только из-за дефицита. В условиях военной экономики хищений накопление запасов и выборочное распределение могут создавать искусственный дефицит. Свидетельства торговцев из Газы и даже самого Махмуда Аббаса указывают на то, что ХАМАС регулярно изымает 15–25% поступающих продуктов для получения прибыли, облагая продовольствие налогами или прямо конфискуя его. Одного этого достаточно, чтобы вызвать инфляцию и дефицит, независимо от поставок Израиля.
• Подозрительно неверные прогнозы: Организации, связанные с ООН, прогнозировали массовую смертность от голода весной 2024 года. Однако к середине года фактическое число зарегистрированных смертей от недоедания в Газе оставалось сопоставимым с базовой смертностью в Египте или Иордании. Это несоответствие должно заставить задуматься, прежде чем принимать заявления о голоде за чистую монету.
Не секрет, что ХАМАС в совершенстве овладел искусством инсценировки страданий. Группировка снимает на видео голодающих детей, длинные очереди за хлебом и плачущих матерей, а затем распространяет эти кадры в мировых СМИ. Это не означает, что страдания нереальны. Это означает, что страдания используются в качестве оружия. Отмахнуться от этого как от «второстепенного» — значит игнорировать один из основных столпов стратегии ХАМАСа. Группировка получает политическую выгоду каждый раз, когда заголовки о голоде появляются во всем мире.
Еще более печально, что эта пропаганда работает, потому что ХАМАС сам создает условия для голода. Захватывая конвои, складируя продовольствие в туннелях, вознаграждая лояльных сторонников доступом к гуманитарной помощи, ХАМАС усугубляет страдания обычных семей, одновременно защищая себя. Никакой анализ таблиц не может объяснить, почему мешки с мукой попадают на склады ХАМАСа, а грузовики ООН подвергаются грабежу.
Согласно международному праву, ответственность за предотвращение голода в Газе лежит не только на Израиле. 23-я статья Четвертой Женевской конвенции (1949) обязывает стороны обеспечивать свободный доступ к продовольствию и медикаментам для гражданского населения, но статья 55 возлагает основную ответственность за обеспечение поставок на власть, фактически контролирующую территорию, — в данном случае на ХАМАС как де-факто правящую власть. Израиль справедливо утверждает, что с момента своего ухода в 2005 году он не является оккупирующей державой в Газе: он контролирует, в целях собственной безопасности, определенные границы, которые были нарушены во время массового убийства 7 октября; однако во время войны Израиль не устанавливал управление и не контролировал внутреннее распределение помощи.
Египет также несет ответственность, поскольку пограничный пункт Рафах является международно признанным каналом для оказания помощи. Важно отметить, что ХАМАС не только перенаправляет и облагает налогом гуманитарную помощь, но и препятствует эвакуации в более безопасные зоны, а также вместе с Египтом и другими «пропалестинскими» странами препятствует добровольной эмиграции населения Газы за границу, намеренно удерживая гражданское население в опасной зоне и усугубляя дефицит продовольствия. Игнорирование этой совместной ответственности и обвинение только Израиля не только вводит в заблуждение, но и стирает роль тех, кто намеренно превращает голод в оружие.
Короче говоря: обязанность Израиля состоит в том, чтобы пропускать гуманитарную помощь, при условии проведения законных проверок безопасности. Позиция международного права ясна. Статья 54 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям запрещает «голодание гражданского населения как метод ведения войны». Именно поэтому Израиль настаивает на содействии прохождению конвоев с гуманитарной помощью, даже несмотря на значительный риск для своих солдат. В той же статье также отмечается, что голодание гражданского населения, вызванное «обстоятельствами, не зависящими от воли» одной из сторон, такими как хищение или саботаж со стороны противника, не может быть просто возложено на другую воюющую сторону. Это не является гарантией того, что ХАМАС не будет воровать, накапливать или манипулировать продуктами питания. Делать вид, что это не так, значит переписывать международное право в угоду политическим мотивам.
Несколько неудобных вопросов заслуживают большего внимания, чем им обычно уделяется: если сегодня в Газу поступает больше продовольствия, чем в мирное время, как возможен голод, если ХАМАС не чинит препятствий? Почему прогнозы ООН по голоду постоянно завышаются, в то время как фактическая смертность остается на уровне мирного времени в соседних странах? Возможно ли, что ХАМАС получает прибыль, присваивая от 15% до 25% продовольственной помощи (по признанию его собственных лидеров) и все равно обвиняет Израиль в возникшем дефиците?
Пока на эти вопросы не будет дано честного ответа, нарратив о голоде останется в лучшем случае полуправдой.
Факты: цифры, которые не сходятся
• Грузовики: во время войны было доставлено более 100 000 грузовиков с более чем 1,5 миллионами тонн продовольствия.
• Потребность в калориях: средний житель Газы нуждается в 2100 калориях в день. Поставки продовольствия составляли примерно 2490 калорий в день на человека, что соответствует или превышает международный стандарт (не учитывая местное сельхозпроизводство).
• Рост цен: цены на пшеницу выросли на 200%, хотя поставки увеличились. Причина? Налоги ХАМАСа, контрабанда и выборочный доступ.
• Смертность: смертность от недоедания в Газе сопоставима с годовым базовым показателем Египта и намного ниже порога «голода».
Голод в Газы реален. Но его причина не объясняется простой арифметикой блокирования Израилем калорий. Это безжалостная политика ХАМАСа, который эксплуатирует страдания, чтобы удержать власть. Голод становится разменной монетой, поводом для фотосессии и, к сожалению, оружием против собственного народа. Парадокс очевиден: если бы ХАМАС капитулировал, освободил израильских заложников, которых он намеренно морит голодом, и прекратил паразитическое накопление и налогообложение продовольственной помощи, голод в Газе по большей части мог бы быть ликвидирован практически в одночасье. Эта правда не вписывается в таблицу, но это единственная правда, которая имеет значение.
Наконец, стоит помнить, что обвинения, формулируемые как «универсальная этика», часто служат политической оппозиции, как во всем мире, так и в самом Израиле. Объявляя правительство виновником геноцида или преднамеренного голода, критики надеются утопить его на международной арене. Это намерение, не менее чем пропаганда ХАМАСа, необходимо учитывать при оценке достоверности публикаций, которые представляют себя как нейтральные «математические выкладки», полученные из таких источников.
Независимо от мнения о правительстве, такие радикальные обвинения наносят реальный ущерб самому Израилю, подрывая его способность вести борьбу, придерживаясь высочайших моральных стандартов, часто ценой жизни своих солдат.
JNS, перевод Ларисы Узвалк