Времена, когда Израиль пользовался в США безусловной поддержкой, прошли
Поколение, сформированное скорее социальными сетями, чем традиционными институтами, переосмысливает то, как мейнстримные американские СМИ изображают Израиль
Том Савицкижурналист на пенсии, бывший программный директор иерусалимского офиса AIPAC
Сможет ли AIPAC противостоять меняющемуся политическому климату Америки?
Похоже, что прошли те времена, когда AIPAC (Американско-израильский комитет по общественным связям) мог рассчитывать на 90-процентную поддержку любой произраильской резолюции в Конгрессе США — как со стороны демократов, так и республиканцев. Прошли те времена, когда те, кто входил в оставшиеся 10 процентов, практически не высказывались и держали свои взгляды при себе.
Достаточно рассмотреть следующие события: в начале августа Сенат отклонил законопроект, внесенный сенатором Берни Сандерсом, который фактически лишал Израиль американской помощи в случае нарушения еврейским государством прав человека (палестинцев). За отклонение проголосовало 72 против — 11, остальные сенаторы не участвовали. К сожалению, это плохая новость. Около 90 сенаторов должны были проголосовать против законопроекта Сандерса, что продемонстрировало бы уверенную двухпартийную поддержку Израиля. Однако на этот раз 27 сенаторов-демократов проголосовали против Израиля или воздержались. Даже традиционные сторонники Израиля, такие как сенатор-демократ Эми Клобушар, впервые проголосовали за резолюцию, блокирующую продажу американского оружия Израилю, чтобы выразить израильскому правительству свое неодобрение в связи с гуманитарной ситуацией в Газе.
В августе же 11 новоизбранных членов Палаты представителей от Демократической партии посетили Израиль в составе делегации Американско-израильского образовательного фонда, связанного с AIPAC. Может быть много причин, по которым остальные 23 новых демократа решили не ехать, но в любом случае бесплатная поездка в Израиль уже не так привлекательна, как раньше. И, согласно Ha’aretz и Jewish Insider Daily, некоторые из тех, кто все-таки приехал в Израиль, позже столкнулись с враждебным приемом на собраниях избирателей, недовольных их поездкой.
На своем полугодовом заседании на прошлой неделе Национальный комитет Демократической партии рассмотрел ряд ключевых резолюций, в том числе касающихся политики США в отношении Израиля и Газы. Хотя резолюция, призывающая к введению эмбарго на поставки оружия Израилю, не была принята, уже ясно, что для кандидатов от Демократической партии на выборах 2028 года «Израиль» и «Газа» стали определяющими вопросами.
Хотя существует много примеров ослабления поддержки Израиля среди демократов, эта тенденция, похоже, усиливается и среди республиканцев. Речь уже не идет о «сумасшедших», таких как Марджори Тейлор Грин или Такер Карлсон. Многие молодые республиканцы теперь присоединяются к изоляционистам MAGA и христианским консерваторам. Они осуждают Израиль по мере затягивания войны в Газе и выражают свои чувства антиизраильскими, а зачастую и антисемитскими высказываниями. Нетаньяху и Израиль теряют поддержку среди сторонников Трампа.
Все эти события должны были стать тревожным сигналом для Израиля и Нетаньяху. Без твердой поддержки США стратегическое положение Израиля становится все более уязвимым. Однако в Израиле на эти события никак особо не отреагировали, а некоторые СМИ даже преподнесли их как доказательство поддержки со стороны США. Нетаньяху без колебаний отмахнулся от этого. Тем не менее, остается более глубокий вопрос: действительно ли Соединенные Штаты являются надежной опорой для Израиля?
Можем ли мы по-прежнему рассчитывать на то, что Америка будет твердо поддерживать Израиль, когда 49 сенаторов-демократов направили израильскому премьер-министру четкий сигнал, поддержав поправку, одобряющую переговоры, ведущие к созданию палестинского государства, несмотря на решительное противодействие Нетаньяху двухгосударственному решению?
Согласно только что опубликованным результатам опроса Гарвард/Харрис, около 60 процентов молодых американцев в возрасте от 18 до 24 лет поддерживают ХАМАС, а не Израиль в войне в Газе. Это те же молодые люди, которые 8 октября разбили антиизраильские палатки во многих университетских городках, и те же, которые выдвинули откровенно антиизраильски настроенного Зохрана Мамдани в качестве кандидата от Демократической партии на пост мэра Нью-Йорка. Согласно исследованию Института национальной безопасности при Тель-Авивском университете, независимо от того, выиграет он выборы мэра или нет, он «представляет молодое поколение кандидатов и избирателей, которые считают Израиль проблемным, недобросовестным игроком и идентифицируют себя с палестинцами».
Америка переживает культурные изменения. Поколение, сформированное скорее социальными сетями, чем традиционными институтами, переосмысливает то, как мейнстримные американские СМИ изображают Израиль, и появляющиеся нарративы часто носят критический характер. Эти меняющиеся взгляды начинают влиять на то, как члены Конгресса подходят к голосованию по вопросам, связанным с Израилем, что привносит новый уровень сложности во внешнюю политику США.
И давайте не будем забывать, что Нетаньяху не так давно оказался в прямой конфронтации с президентом США — в то время, когда президент Джо Байден боролся за свое политическое выживание. Это тот самый президент, который сразу после 7 октября прилетел в Израиль, чтобы продемонстрировать свою — и Америки — непоколебимую поддержку в час нужды. Демократы всегда будут помнить об этом.
Нетаньяху уже потерял поддержку большинства израильского общества. Многие считают, что его действия — как в этой войне, так и в целом — в первую очередь продиктованы желанием сохранить свой пост и избежать судебного преследования. Сегодня только около четверти израильтян по-прежнему считают, что он действует в национальных интересах.
AIPAC десятилетиями работал над тем, чтобы Америка поддерживала Израиль и чтобы Израиль оставался вопросом, поддерживаемым обеими партиями. Это означало успешное лоббирование членов Палаты представителей и Сената, чтобы обеспечить их голоса в пользу произраильских резолюций. Это означало получение поддержки для «Железного купола», истребителей F-35, другого современного оружия, обмена разведданными. И это означало поддержку со стороны США в виде ежегодного гранта в размере почти четырех миллиардов долларов. Все это было достигнуто благодаря поддержке членов Палаты представителей и Сената, в первую очередь действующих, независимо от их политической позиции, с целью обеспечить всестороннюю поддержку Израиля. Без этой поддержки, без того, что около девяноста процентов членов Конгресса США голосуют за произраильские резолюции, Израиль становится все более уязвимым.
Так что вопрос остается: сможет ли AIPAC адаптироваться? Ежегодная политическая конференция AIPAC в последние годы привлекала в Вашингтон более 20 000 произраильских активистов. Эти собрания, безусловно, произвели впечатление на членов Конгресса. Последний раз такая конференция проводилась в марте 2020 года. Вскоре после этого, сославшись на «продолжающуюся неопределенность, вызванную пандемией COVID-19», конференция 2021 года была отменена — и, как оказалось, эпоха политических конференций подошла к концу.
Америка меняется, PR-стратегия Израиля полностью провалилась, обращение против Израиля стало глобальным явлением, а «Нетаньяху» стал синонимом всего, что не так с еврейским государством. AIPAC и произраильским американцам необходимо разработать новые стратегии и найти новых союзников, чтобы противостоять этим все более тревожным тенденциям и обеспечить долгосрочное продолжение партнерства между США и Израилем.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
Миф о крестоносцах
В современном исламистском дискурсе Израиль, как и средневековые королевства крестоносцев, представляет собой иностранное образование, поддерживаемое Западом
Ян Капуснякполитолог, специализирующийся на вопросах Ближнего Востока, лицензированный гид по Израилю
На протяжении десятилетий западные дипломаты, журналисты и эксперты утешали себя рассказом об израильско-палестинском противостоянии, утверждая, что это сложный, но в конечном счете разрешимый конфликт, возникший из-за территориального спора и вопросов безопасности. В этом нарративе утверждается, что если бы только обе стороны «сели за стол переговоров», то наступил бы мир.
Это отражает мировоззрение современной западной дипломатии: предположение, что конфликты разрешимы путем торга, диалога и компромисса. Отношения между странами, которые когда-то были врагами, такими как Франция и Германия, США и Япония, после Второй мировой войны укрепляют эту веру. Если эти заклятые враги примирились, почему же не могут примириться евреи и арабы?
Но эта концепция рушится, когда ее применяют к таким акторам, как ХАМАС или ООП. Для этих организаций суть конфликта не в территориальных спорах, а в самом существовании государства Израиль. Чтобы понять их мировоззрение, необходимо рассмотреть историю, которую они принимают с почти религиозным рвением: Израиль как «новое государство крестоносцев».
В воображении большинства арабов и исламистов период крестовых походов — это не далекая средневековая глава истории, а живой образец для подражания. В 1099 году европейские рыцари вторглись в Левант, захватили Иерусалим и создали цепь укрепленных государств. Некоторые из них просуществовали десятилетия, другие — почти столетие, но в конце концов все крестоносцы были изгнаны.
В современном исламистском дискурсе эта история становится моделью: Израиль, как и королевства крестоносцев, является иностранным имплантатом, поддерживаемым западными странами. Сионизм изображается как колониальный проект, облеченный в религиозную форму, чуждый культурно и эксплуатирующий экономически, обреченный на крах, когда изменится баланс сил. Неважно, произойдет ли это через год или через два столетия; победа неизбежна, если сохранить терпение и неустанное давление.
Эта аналогия имеет огромное стратегическое значение. Она обещает неизбежный триумф, поддерживает боевой дух в условиях поражений на поле боя и лишений и представляет конфликт как игру с нулевой суммой: если Израиль по своей природе является временным явлением, то переговоры о постоянном мире бессмысленны.
Крестовые походы были второстепенной темой в традиционной арабской историографии, но в XX веке национализм, антиколониализм и антизападные настроения превратили их в доминирующую метафору. Сирийский писатель Вадия Талхок в своей работе 1948 года «Новое явление крестоносцев в Палестине» сравнил «христианский колониализм» с «сионистским колониализмом» и призвал очистить Палестину от звезды Давида, как она была очищена от крестоносцев. Такие фигуры, как Саладин или Бейбарс, были задним числом представлены как арабо-исламские герои, символы освобождения и религиозного рвения.
Ирония явная. Когда крестоносцы захватили Иерусалим в 1099 году, были убиты как евреи, так и мусульмане. Общие страдания евреев и арабов были стерты из современной исламистской риторики и заменены морализаторской пьесой, в которой Израиль представлен как последний обреченный захватчик.
ХАМАС открыто поддерживает эту версию; в своем пакте 1988 года он представляет сионизм как часть многовековой череды вторжений. Статья 34 проводит параллели между средневековыми войнами и современным конфликтом; статья 35 призывает к терпению и настойчивости в деле ликвидации еврейского государства. Высшие лидеры повторяют это послание: Махмуд аль-Захар сказал израильтянам: «Вы уйдете, как и крестоносцы», а Исмаил Хания назвал Израиль «временным явлением». В этом мировоззрении признание права Израиля на существование является вероотступничеством.
7 октября 2023 года ХАМАС претворил это кредо в жизнь. Более 1200 человек были убиты за один день, а 251 человек был взят в заложники и мучаются в подземных туннелях — это преднамеренное воплощение мировоззрения, прославляющего насилие как божественный долг. Военный ответ Израиля опустошил Газу, что привело к неизбежным жертвам среди гражданского населения, в основном потому, что ХАМАС размещает своих боевиков и оружие в гражданских районах. Однако по логике ХАМАСа, страдания гражданского населения — это инструмент, а не трагедия; руины и похороны — символы сопротивления, мобилизующие внутреннюю поддержку и делегитимизирующие Израиль на международной арене.
С момента захвата контроля над сектором Газа в 2007 году ХАМАС вкладывает средства в ракеты и туннели, а не в школы, больницы или системы водоснабжения. Его цель — вечная война, по образцу борьбы с крестоносцами, закончившейся их поражением. Эта аналогия подкрепляет веру в неизбежность падения Израиля, прославляет терпение и бесконечную борьбу и переосмысливает человеческие страдания как стратегический шаг.
Западная дипломатия, однако, ценит скорость и краткосрочные решения. Перемирия, помощь или уступки ошибочно интерпретируются как прогресс, в то время как исламистские вожди действуют в масштабах столетий, черпая силы в поражении крестоносцев.
Даже светские лидеры ссылаются на крестоносцев. Отклонив мирное предложение в Кэмп-Дэвиде в 2000 году, лидер ООП Ясир Арафат сослался на Саладина, напомнив своим последователям, что Израиль — это преходящая иностранная держава.
Историческая аналогия не выдерживает критического анализа. Государства крестоносцев отличались нестабильностью, зависели от постоянных подкреплений из Европы и были чужды местному населению. Израиль, напротив, является суверенным, экономически развитым, сильным в военном отношении и глубоко укоренившимся в этой земле государством. Евреи не являются еврейскими пришельцами: почти половина из них происходит из семей, давно обосновавшихся на Ближнем Востоке и в Северной Африке.
Тем не менее, постоянное применение двойных стандартов искажает представление людей о Ближнем Востоке. Иногда кажется, что история этого региона начинается в VII веке с жестоких мусульманских завоеваний, приведших к установлению арабского правления. Эти завоевания называют «освобождением», а возвращение евреев на родину и создание Израиля — «колонизацией». Такой избирательный взгляд игнорирует тысячелетнюю историю евреев и делает возвращение в Сион похожим на вторжение.
Игнорирование аналогии с крестоносцами приводит к неверному толкованию сигналов: уступки являются слабостью, помощь поддерживает конфликт, а периоды затишья являются лишь паузами для перегруппировки. Западные политики неверно интерпретируют действия, движимые джихадистской идеологией, проецируя материальные мотивы на акторов, стремящихся к уничтожению Израиля.
Запад должен отказаться от привычки «зеркального отображения», предполагая, что другая сторона думает так же, как мы. Признание ХАМАСа таким, каким он есть на самом деле, а не таким, каким мы хотим его видеть, имеет решающее значение для любого реалистичного пути к безопасности или миру. Без этой ясности стратегии строятся на желании, а не на реальности. ХАМАС не заинтересован в компромиссе, достигнутом путем переговоров, он стремится к уничтожению Израиля. Его мировоззрение является последовательным, хотя и морально отвратительным, а его временной горизонт измеряется поколениями.
Президент Франции Эммануэль Макрон и премьер-министр Великобритании Кир Стармер объявили о планах признать палестинское государство в сентябре на Генеральной Ассамблее ООН. Без предварительного столкновения с реалиями на местах такой шаг рискует узаконить режим (популярность ХАМАСа на Западном берегу огромна), который стремится не к миру, а к уничтожению Израиля. Таким образом дается сигнал о том, что западные столицы готовы обойти сложные вопросы в пользу символических жестов и что дипломатия может быть использована в качестве оружия для ободрения террористических групп, а не для их сдерживания.
Чтобы разорвать этот круг, необходимо развенчать миф о крестоносцах и продвигать нарратив, признающий евреев коренным народом, имеющим общую историю с арабами. Мир потребует отказа от культа смерти, отказа от соблазна вечной войны и выбора достоинства, сосуществования и жизни вместо мученичества. Без этого морального и культурного сдвига дипломатия останется вежливой паузой между войнами, неспособной разрешить идеологическую суть конфликта.
JNS, перевод Якова Скворцова