Все больше израильтян чувствуют себя комфортно вдали от Земли Обетованной
В прошлом эмиграция из Израиля воспринималась как признак слабости
Узи Ребхунглава отдела еврейской демографии в Институте современного еврейства Еврейского университета в Иерусалиме
Израиль по всем параметрам является страной, принимающей иммигрантов, поскольку большинство еврейского населения страны — это либо репатрианты, либо их потомки во втором-третьем поколениях. В то же время, некоторые израильтяне решают покинуть страну, мотивированные либо факторами отталкивания — опасениями, связанными с ближневосточным конфликтом, экономическими соображениями или недовольством господством религиозного истеблишмента на общественной арене; либо факторами притяжения, такими как профессиональные возможности и другой образ жизни за границей.
Некоторые из эмигрантов — это бывшие репатрианты, которые не смогли адаптироваться в Израиле и вернулись в свою страну или переехали в другое место. Другие — коренные израильтяне, которые воспользовались легкостью получения европейского паспорта в последние годы, чтобы поселиться в одной из почти 30 стран континента, ставших доступными для учебы, работы и жизни.
Многие уехавшие израильтяне обладают высокими профессиональными навыками, и их с удовольствием принимают такие страны, как США, Канада и Австралия. Удобный и недорогой транспорт, передовые технологии, позволяющие эмигрантам поддерживать постоянные контакты с оставшимися дома родственниками и друзьями, а также развитие ветеранами-израильтянами за рубежом общественных организаций и сетей способствуют пополнению рядов бывших израильтян за счет вновь прибывших.
Изменились не только юридические и экономические возможности для эмиграции, но и отношение израильского истеблишмента и социума к выезду из страны с годами стало более терпимым. В прошлом эмиграция из Израиля воспринималась как признак слабости и акт приоритета личных и материальных устремлений над коллективными обязательствами.
Сегодня распространено понимание того, что израильтяне, как и население всех других западных обществ в свете процессов глобализации должны чувствовать себя свободными в принятии решения о том, где они хотят жить. Эта позиция набирает силу вместе с безопасностью и экономической устойчивостью Израиля и его твердым еврейским большинством, которое укрепилось благодаря массовой иммиграции из Советского Союза и высоким показателям еврейской рождаемости.
Изменения в отношении к эмигрантам из Израиля проявляются, прежде всего, в использовании более нейтральных терминов, чем «йордим» («спускающиеся», противоположность «олим», «восходящим»), таких как «мигранты», «израильтяне за рубежом», «израильская диаспора». Сегодня израильское руководство также стремится поддерживать связи с гражданами, проживающими за рубежом, и мобилизовывать их для решения различных политических и экономических задач. Платформы многих израильских политических партий все чаще включают упоминания об эмигрантах.
В ОБЩЕСТВЕННОМ дискурсе без колебаний рассматривается вопрос о расширении прав эмигрантов, включая участие в парламентских выборах из мест их проживания за рубежом. В ходе опроса, проведенного несколько лет назад Институтом политики еврейского народа, выяснилось, что более половины всех израильтян считают, что их соотечественники, живущие за границей, вносят положительный вклад в жизнь государства Израиль.
Однако чем дольше они остаются за границей, тем больше израильские эмигранты отдаляются от своей родины. Это отражается, среди прочих показателей, в самоопределении себя как израильтянина, эмоциональной привязанности к Израилю, частоте посещений Израиля, контактах с друзьями в Израиле и знакомстве с социальной и политической ситуацией в Израиле.
Напротив, они укрепляют свою еврейскую религиозную и этническую идентификацию, особенно в символическом поведении, таком как зажигание свечей в Шаббат, празднование основных еврейских праздников, соблюдение кашрута, а также принадлежность к синагогам и местным еврейским институтам. Это делает их, по крайней мере потенциально, важным резервом для еврейского демографического и культурного возрождения в местах их расселения. Они также могут играть важную роль в объяснении местным евреям (и неевреям) сложных вопросов, связанных с Израилем.
Число израильтян за рубежом невелико. По оценкам, оно составляет около 600 000 человек или 6% всего населения Израиля — примерно такой уровень эмиграции характерен, например, для Финляндии, Австрии и Швейцарии. В среднем, однако, израильские эмигранты представляют собой селективную группу: высокообразованные молодые люди, которые сконцентрированы в «беловоротничовых» профессиях, таких как высокие технологии, наука и бизнес.
Их эмиграция не только уменьшает численность населения Израиля, но и, главным образом, подрывает человеческий капитал и богатство страны. Если бы они не эмигрировали, Израиль мог бы быть еще более значительной страной-стартапом, чем сейчас.
Эти тенденции ставят перед Израилем три основные задачи: попытаться побудить эмигрантов вернуться, предложив им стимулирующие экономические возможности; найти пути укрепления связей с Израилем тех, кто решил остаться за границей; и уменьшить будущую утечку мозгов. Эти задачи, всегда сложные, кажутся еще более сложными в это неспокойное время.
Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда
Израиль хочет туристов, но ненавидит их
Вы не должны быть евреем, сумасшедшим или религиозным фанатиком, чтобы посетить в качестве туриста Израиль; но если вы — кто-то из перечисленного, вам будет легче его пережить
Адриан Хенниганобозреватель Haaretz
Вы не должны быть евреем, сумасшедшим или религиозным фанатиком, чтобы посетить в качестве туриста Израиль; но если вы — кто-то из перечисленного, вам будет легче его пережить.
Вы когда-нибудь чувствовали, что Израиль ненавидит туристов? Вплоть до того, что в зале прилета аэропорта Бен-Гурион можно увидеть гигантскую вывеску с надписью «Шалом, фрайеры (лохи)!»
А министры израильского правительства долгое время вели себя так, как будто Израиль — это Лас-Вегас, а призраки Элвиса и Синатры играют израильскую музыку. Вместо того, чтобы признать, что единственное, что у нас общего с Невадой, — это песок и какие-то очень странные брачные правила.
При таком подходе вопрос, почему туристы до сих пор сюда приезжают, является одной из величайших загадок. Или позвольте мне перефразировать: одной из величайших загадок жизни является вопрос, почему сюда приезжают нерелигиозные туристы.
В конце концов, если вы еврей и у вас здесь живут родственники, у вас нет другого выбора, кроме как мириться с этими непристойными тарифами на отели, ограничениями кашрута и номерами Airbnb, которые на самом деле меньше снимка из профиля Tinder 50-летнего разведенного мужчины.
Что касается туристов-христиан, которые посещают Святую Землю, то у меня о них двоякое мнение. С одной стороны, я думаю, мы должны сделать все возможное, чтобы привлечь тех, кто рассматривает Новый Завет как путеводитель.
Вот почему я говорю «да» тематическим ресторанам Галилеи, где волшебники превращают воду в вино, а в меню преобладают хлеб и рыба («Сегодняшнее предложение? Лосось на горе (salmon, то есть Соломон, а Гора Соломона, она же Шломо – одна из Эйлатских гор), а затем суфле Лазаря — дважды воскресшее»).
Разве может христианин устоять перед соблазном тематического парка «Шесть Библий» (в сер. XVI века шесть экземпляров Библии были установлены в лондонском Соборе Святого Павла для чтения народом), например, в Содоме и Гоморре? Я представляю аттракцион в стиле «Миров Дикого Запада», где благочестивые туристы добираются до окаменевших роботов-прелюбодеев.
Я так же тепло приветствую тех туристов-мусульман, которые, несомненно, со дня на день все приедут в Иерусалим из всех тех прекрасных государств Персидского залива, которым мы продаем шпионское ПО.
Но есть и другой тип религиозных туристов: христиане-евангелисты и их извращенные доводы в пользу поддержки еврейского государства. Учитывая их веру в то, что евреи, которые не крестились, обречены, я предлагаю выжать из этих парней все до последнего шекеля, включая дополнительную плату за кондиционер. Поверьте мне, в августе они будут просить о конце Света.
Израилю нужно больше работать, чтобы привлечь посетителей. В наши дни в моде иммерсивные мероприятия, так что представьте невероятную привлекательность для туристов в обучении темным искусствам шпионажа «Моссада». (Сеансы «изобретательных» допросов службы безопасности ШАБАК мы оставим на другой день.)
Есть еще один подарок несчастному туристу: израильское протестное движение. Что может быть лучше для человека, живущего в скучном месте, где ничего не происходит — скажем, в Новой Зеландии или Омахе, чем посетить Израиль и принять участие в настоящей демонстрации? Испытайте прилив восторга от блокирования шоссе! Почувствуйте, каково это, когда вам в лицо попадает залп водяной пушки! Забронируйте прекрасную тюремную камеру заранее через сайт Airbnb израильской полиции, даже если жилье будет выглядеть совсем не так, как на фотографиях.
В этом месте я должен отметить, что прошло ужасно много времени с тех пор, как я перестал быть туристом в Израиле. Так давно, что тогда даже еще не объявили, что «тель-авивский легкорельсовый транспорт откроется через десять лет».
15 лет назад я переехал сюда с тогдашней женой и детьми. Перед этим был сложный процесс принятия решений: мы поместили в шляпу названия всех самых дорогих и стрессовых городов мира и извлекли из нее Тель-Авив.
В этом смысле разрешить мне писать об израильском туризме, — все равно что попросить Ричарда Докинза (известнейшего эволюционного биолога и воинствующего атеиста) нацарапать свою любимую строчку из Писания. В последний раз я делал здесь что-то смутно туристическое, когда меня ужалила медуза — и я не говорю о цене поездки в этот эйлатский аквариум.
Признаюсь, с тех пор, как я перестал быть туристом, мои поездки за пределы Тель-Авива стали реже, чем встречи с аятоллой Али Хаменеи на праздничных вечеринках в честь Пурима. Вините обычных подозреваемых: работу, семейные обязательства, безделье. Но в основном последнее.
Тем не менее мне действительно стыдно, как мало я исследовал. Так мало, что мои дети дали мне ироничное прозвище Дора (героиня обучающего детского мультсериала «Дора-путешественница»). Воистину, туннелекопатели Хамаса видели больше Израиля, чем я. (Кстати, несмотря на то, что Израиль за то время, что я здесь, построил удивительно мало туристических достопримечательностей, мы должны признать, что он действительно превратил Газу в самую большую в мире комнату для побега, из которой невозможно выбраться.)
Самое смешное, что если я перестану жить в Израиле, то знаю, что буду с нетерпением ждать возможности снова исследовать страну в качестве туриста.
Потому что те немногие сокровища, которые я все же увидел за пределами Тель-Авива (или Веганского Эдема, как его называет неутешительно небольшое количество людей), были просто ошеломляющими.
Я видел вещи, которым вы, люди, не поверите. Атакующие корабли в огне во время операции «Нерушимая скала». Я видел, как ракеты «Железный купол» сверкают в темноте возле ворот школы моих детей. Все эти мгновения потеряются во времени, как слезы под дождем, если в этом чертовом месте снова пойдет дождь.
О да, немногие сокровища. В прошлом году, например, я увидел красоту холмов к северу от Галилейского моря, когда забирал своего младшего из летнего лагеря. Почему никто не сказал мне, что это место такое удивительное, спрашивал я себя.
Я задал тот же вопрос вечером в кибуце недалеко от границы с Ливаном – так близко, что можно было услышать, как арабы шепотом ругают израильскую версию салата табуле.
И так было, когда я провел чудесную ночь под звездами в бедуинском кочевье (в следующий раз обязательно доплачу за палатку).
Я бормочу похожий рефрен каждый раз, когда приезжаю в Хайфу и восхищаюсь этим сияющим городом на холме и самым близким сосуществованием физических тел израильтян в пространстве: очередью в забегаловке со швармой в центре города.
Так что да, я уже начал мечтать снова провести отпуск в Израиле — при условии, что это место переживет это правительство, конечно.
Однажды, в недалеком будущем, я надеюсь пробежаться по набережной Тель-Авива и сделать то, что обычно делают туристы: постараться избежать столкновения с каким-нибудь ребенком на скутере и задаться вопросом, где находится ближайшее общественное бомбоубежище.
Товарищи фрайеры, не стесняйтесь присоединиться ко мне: вам нечего терять, кроме вашего багажа в аэропорту «Бен-Гурион».
Haaretz, перевод Марии Якубович