Многие израильские левые относятся к тому, что произошло 1 ноября, так, как будто это были не выборы, а государственный переворот.

Премьер-министр Лапид назвал формируемое сейчас правительство «самым экстремистским и безумным в нашей истории».

Министр обороны Ганц опасается, что «собираемая коалиция нанесет ущерб демократическому характеру государства».

Бывший министр образования Наоми Хазан считает, что планы будущей коалиции по тасованию частей министерств «означают переход от демократии к авторитарному правлению». Неважно, что полномочия правительства по перемещению министерств предусмотрены в Основном законе Израиля «О правительстве», и что уходящее правительство делало точно так же, например, когда контроль над «Нативом», агентством, специализирующимся на контактах с российским еврейством, был передан из канцелярии премьер-министра в минфин, чтобы им мог руководить Авигдор Либерман.

В интернет-списке исследователей в области образования, к которому я принадлежу (все сообщения там считаются общественным достоянием), профессор Ешаяху Тадмор из колледжа «Ораним» прокомментировал выборы и осудил «воинствующие фашистские тенденции и неизбежную угрозу демократии». Профессор Тадмор — один из сравнительно умеренных фигурантов этого списка.

Другой фигурант списка, доктор Авраам Франк, опубликовал призыв к гражданскому неповиновению и всеобщей забастовке в связи с выборами.

Я не думаю, что все это вызывает особую озабоченность. Израильские левые закатывают истерику всякий раз, когда правые побеждают на выборах. Примерно так же они реагировали, когда Менахем Бегин выиграл выборы в 1977 году, а Биньямин Нетаньяху победил Шимона Переса в 1996 году. Есть только один вопрос, который не дает мне покоя: что случилось с плюрализмом? Терпимостью к культурам и сообществам, которые отличаются от ваших собственных? Потому что, по сути, израильские выборы — это соревнование различных культур на избирательных участках. Каждое культурное сообщество имеет глубокие сомнения в культурных ценностях другого, и что делает конфликт таким острым, так это то, что в основе культуры лежит этика. Вот почему так легко реагировать на мнение других людей с ужасом и возмущением.

Но культурные различия в этой стране никуда не денутся. Харедим и вязаные кипы не собираются считать ЛГБТК или палестинскую идентичность чем-то достойным поощрения. Некоторые — да, но большинство — нет. Как и многие якобы светские или традиционные люди, которые, как выяснилось, считают важными традиционные семьи и еврейский национализм. Как же нам всем ужиться вместе?

Первый шаг — это принятие взгляда на плюрализм, который требует больших усилий: не предавать анафеме людей, даже если мы знаем, что их этические установки несовместимы с нашими собственными.

Второе — признать право человека и его сообщества жить в соответствии со своей этикой. Разумеется, эти принципы имеют свои пределы. Нельзя терпеть культуру, которая санкционирует детоубийство или считает, что насилие — это способ получить желаемое, потому что власть имущие — представители другой культуры — не понимают иного языка. Но это означает уважать право гомосексуала быть гомосексуалом, право сообщества гомосексуалов действовать сообща. И право студентов-харедим в высших учебных заведениях учиться в отдельных классах и институтах. Заметим, что сегодня в Израиле первое не вызывает сомнений, но второе жестко ограничивается Советом по высшему образованию и судами.

Третий шаг — самый трудный: решить, где провести границу между частной (индивидуальной и общинной) и общественной сферой, в которой государство имеет право и несет ответственность за принятие решений. В демократическом обществе это право и ответственность принадлежат большинству.

Редко можно легко понять, где провести эту границу. Отчасти это будет определяться распределением власти в политической системе, где впервые за долгое время Израиль идет к правительству, состоящему из одних правых.

Не исключено, что мы движемся по абсурдной качели: в течение следующих четырех лет парады гордости будут запрещены, а раздельные занятия в университетах узаконены, а через четыре года ситуация изменится на противоположную. Нечто подобное происходит и с другими вопросами, затрагивающими сообщество харедим. Единственный верный исход в этом случае — это то, что всем натерли мозоли и легитимность израильской демократии в глазах ее собственных граждан снизится. Если мы не хотим этого, то первое, что нам нужно сделать, — это принять подлинный плюрализм: признать легитимность культурных и этических взглядов другой стороны и признать, что они должны быть учтены в государственной политике.

Раньше в этой стране политические разногласия решались путем компромисса: даже 70 лет назад, когда «Мапай» Бен-Гуриона была доминирующей политической силой, а харедим составляли маргинальное меньшинство. Однако в последние годы культурные сообщества Израиля предпочитают бойкотировать друг друга. Во время пребывания у власти уходящего правительства оппозиция отказывалась голосовать за все, что оно предлагало, даже если речь шла о законе, который оппозиция, по своим принципам, должна была поддержать. Однако бойкоты начались не с этого, а с решения левых никогда больше не входить в правительство, возглавляемое Биньямином Нетаньяху. Эти бойкоты представляют собой прискорбный триумф добродетели над практическим управлением.

Электоральный вес правых в Израиле растет, и этот политический факт никуда не денется. Стране необходимо прийти к новому соглашению о политической силе конкурирующих групп. Пожалуй, самая главная претензия израильских правых заключается в том, как до сих пор распределялась политическая власть в этой стране и использовалась для обеспечения автоматического культурного и политического доминирования прогрессивных ценностей в общественной сфере — а также в значительной части частной сферы. Одно из изменений, которое должно быть осуществлено, — это ликвидация этой встроенной предвзятости и институциональной структуры, через которую она навязывается. Израильским левым будет трудно, очень трудно с этим согласиться. Однако только после признания необходимости перемен мы сможем приступить к рациональному обсуждению потребностей и желаний наших столь разных общин.

Я начал этот блог с цитирования возмутительных заявлений левых и прекрасно понимаю, что можно составить не менее возмутительный список заявлений правых. Но это не обязательно должно быть так. У израильских правых есть законные претензии к нынешней структуре политической власти в этой стране, включая судебную власть. У израильских левых есть законные опасения, что некоторые из предполагаемых способов лечения, предложенных правыми, поставят под угрозу священное царство индивидуальных и общинных прав, на которые они имеют право. Не должно быть чрезмерно сложным рационально обсудить эти вопросы и прийти к согласию. Для этого потребуется доза подлинного плюрализма.

Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк