• Главная
  • Фонд
  • Новости
  • STMEGI TV
  • STMEGI Junior
  • Горские евреи
  • Иудаизм
  • Библиотека
  • Академия Джуури
  • Лица
  • Мнения
  • Проекты
  • Приложения
  • Переводчик
  • 64.20
    70.67
    18.32
    Люди и личности
    Суламифь Кримкер

    Биньямин Авдалимов: «Я сам себе учитель»

    Мэтр отечественной исполнительской школы на нацгармони – о театре, музыке, семье.

    – Биньямин Абрамович, вы не только носите редкую еврейскую фамилию, но и происходите из известного рода горских евреев...

    – Добавлю, что я музыкант в четвертом поколении. Мой прадед Шамай Авдалимов играл по нотам на альте, а  во время Первой мировой войны служил в  военном оркестре в  Батуми. В  начале 1930-х, когда в  Дербенте открылся Государственный татско-еврейский театр, некоторые мои родственники не задумываясь пошли служить туда. Моему отцу Абраму было тогда семь лет, но и  он был занят в  спектаклях, играл детские роли. Не могу не упомянуть, что после начала Великой Отечественной войны почти все актеры и работники театра сдали свою бронь, освобождавшую от службы в Красной армии, и ушли на фронт.

    – А сам театр сохранился после войны?

    – Да, но тогда он работал как межколхозный театр. Поясню: руководство трех колхозов выделяло средства на его достойное существование. И  мой дядя Петр Агарунов работал в  нем директором. С 1960-х руководство театром взял на себя мой отец Абрам Авдалимов, он проработал на этом посту около 30 лет – был и  режиссером, и  автором пьес, и  исполнителем главных ролей. И  хотя этому театральному проекту присвоили статус народного, ни о  какой самодеятельности и речи не шло, у театра было свое профессиональное лицо. Сейчас, уже в  Израиле, дело отца в  качестве музыканта, композитора и  помощника режиссера продолжает с  любовью мой брат Шамай. А память об отце увековечена в названии одной из улиц родного Дербента, и  в центре города ему установлен памятник.

    – Значит, вы росли в  театрально-музыкальной среде?

    – Верно. В доме постоянно были гости  – и  среди них выдающиеся, если не сказать великие поэты и  музыканты: Сергей Изгияев, Яшар Машияхов, Джумшуд Ашуров, Янгиль-тарчи... Все они были друзьями отца. Так что выбор профессии был предопределен. К  тому же в  юности я  был влюблен в  национальную гармошку. И занимался на ней так много, что если бы, к примеру, был скрипачом  – уверен, завоевал бы всю планету! По окончании Махачкалинского музучилища я  начал преподавать в  Дербентской музыкальной школе и  отдал педагогической деятельности около 20  лет. А  параллельно выступал в  концертах и  на телевидении  – сольно, в  дуэте с  папой, позже и  с нашим семейным ансамблем. Тут уже к нам присоединялись мои родные братья Шамай и  Зимро, двоюродные  – Яша и  Борис. Затем началась череда гастролей по всему Северному Кавказу.

    – Назовите кого-нибудь из ваших кумиров.

    – Для меня настоящая легенда – Автандил Исрафилов. Больше у  меня кумиров не было, я сам себе учитель.

    – В 1996  вы с  семьей переехали в  Москву... Непростой шаг для музыканта!

    – Да, и  тем не менее я  на него решился. Первое, что является предметом моей гордости,  – это что мой сын Марат поступил в  одно из сильнейших музыкальных учебных заведений страны – Академическое музыкальное училище при Московской консерватории им. Чайковского  – и  окончил его с отличием. В те годы он считался одним из ведущих скрипачей России. Параллельно с занятиями в училище сын выступал со мной вечерами в клубном ресторане «Эльдорадо». Он играл на скрипке, я – на аккордеоне. Так постепенно налаживалась жизнь в  российской столице. В первые же дни пребывания в  Москве я  отправился в  постпредство нашей республики  – этот своеобразный дом для дагестанцев. Активно помогал, выступал в  концертах, участвовал в  различных мероприятиях. А  спустя несколько лет мне присвоили почетное звание «Народный артист Дагестана», и  это замечательное событие прошло как раз в  этом особняке в  центре Москвы. Никогда не забуду теплых слов, сказанных в тот день выдающимся дагестанским композитором Мурадом Кажлаевым: «Благодаря своему сердцу и  умению этот замечательный музыкант выжимает из инструмента звуки, во много раз превосходящие те, что пытаются сегодня изобразить самые современные электронные инструменты. И всё потому, что в этот момент работает его душа». Благодарен судьбе за то, что у  меня очень много хороших друзей, при их поддержке я  встал на ноги. Как и  прежде, продолжаю выступать на шумных мероприятиях и  веселых свадьбах, радуя людей своим искусством.

    – О чем сегодня ваши мысли, что не оставляет равнодушным?

    – Пожалуй, больше всего меня беспокоит проблема сохранения нашего языка. Нам нельзя забывать джуури, без него нет культуры. К  языку надо относиться как к  собственному сердцу – то есть беречь его. А  мы, к  сожалению, язык постепенно теряем. И еще пишу книгу об отце, о  своей жизни, называться она будет «Жизнь замечательных людей». Подводя некоторые итоги, всё больше понимаю, что мир жесток для тех, кто творит и мечтает...

    Комментарии