• Главная
  • Фонд
  • Новости
  • STMEGI TV
  • STMEGI Junior
  • Горские евреи
  • Иудаизм
  • Библиотека
  • Академия Джуури
  • Лица
  • Мнения
  • Проекты
  • Приложения
  • Переводчик
  • 76.42
    92.04
    23.54
    Культура
    Яна Любарская

    Леонид Терушкин: «В Крыму и на Северном Кавказе фашисты уничтожали горских евреев, не вдаваясь в подробности»

    Хотите видеть больше еврейских новостей и видео? Подписывайтесь на наш канал в Телеграмм: Первый еврейский
    Леонид Терушкин: «В Крыму и на Северном Кавказе фашисты уничтожали горских евреев, не вдаваясь в подробности»
    Леонид Терушкин

    Научно-просветительный центр «Холокост» — первая на постсоветском пространстве структура, поставившая перед собой задачу увековечивания памяти жертв Катастрофы. В преддверии дня Великой Победы мы поговорили с заведующим архивным отделом НПЦ «Холокост» Леонидом Терушкиным о выпуске долгожданного шестого сборника «Сохрани мои письма…».

    ***

    - Леонид, для тех, кто ничего не знает о серии подобных сборников. Расскажите о ней, пожалуйста.

    - На протяжении уже 14 лет Научно-просветительный Центр «Холокост» выпускает серию сборников «Сохрани мои письма». Это весточки, послания, дневники со всего СССР (и не только) периода Великой Отечественной войны. Сюда относятся письма с фронта евреев — солдат и офицеров Красной Армии домой, послания из тыла на поля сражений, из эвакуации, письма из только что освобожденных районов. Разумеется, собираем документы не только евреев, но и членов смешанных семей, друзей, однополчан. Очень часто, местные жители освобожденных районов пишут в своих весточках о событиях Холокоста, есть в нашей коллекции и фронтовые дневники. Когда в 2007 году мы с И.А. Альтманом (ныне профессором РГГУ), сопредседателем Центра «Холокост», выпускали первый сборник «Сохрани мои письма», то не думали, что проект получит столь серьезное, масштабное продолжение и такую огромную популярность. Сейчас, спустя много лет, понимаем: у первого сборника имелся ряд недостатков. Однако в рамках этого долгоиграющего проекта собрали немало писем и дневников периода войны. А с выходом соответствующих тематических изданий, которых сегодня уже пять, поиск писем и дневников стал нашей отдельной целенаправленной деятельностью. В конце 2019 года родился наш пятый сборник, составленный уже с нашим новым сотрудником Романом Жигуном, его приход весьма положительно сказался на подготовке книги. С ним мы все делали особенно дотошно, строго, аккуратно. В эти сборники включаем письма, массу фотографий и личных документов, справок, свидетельств, похоронок, рисунков.

    - Когда точно выйдет шестой сборник «Сохрани мои письма»?

    - Сейчас заканчиваем его подготовку, хотим выпустить шестой сборник к 22-му июня, к 80-летию начала Великой Отечественной войны, к печальной дате нападения Германии на Советский Союз и к истокам самой страшной, кровавой, ужасной трагедии еврейского народа. Отмечу, что в этих сборниках у нас не абсолютно все посвящено теме Холокоста. Определенную и важную часть их страниц занимают письма евреев, украинцев, белорусов, русских, азербайджанцев — тех, кто так или иначе соприкасался с трагедией евреев и сообщал об этом. Солдаты и офицеры Красной армии часто писали о смертях и трагедиях, о которых узнавали, вернувшись в родные края после их освобождения. В письмах они спешили рассказать своим еврейским родственникам и друзьям, довоенным знакомым, одноклассникам о том, что произошло с их еврейскими родными и близкими. Весьма распространенный путь писем, попавших к нам в руки, — когда с фронта или из эвакуации евреи в освобожденные районы пишут кому-нибудь из своих довоенных знакомых или в органы власти, с просьбой сообщить хоть что-нибудь о судьбе своих родных или знакомых, которые не смогли эвакуироваться. И часто, на обороте этих же писем, потому что бумаги всегда не хватало, приходили ответы: «Не ищите никого, все ваши родные погибли». Зачастую, такие ответы становились единственными свидетельствами гибели евреев в тех или иных регионах СССР, настоящими семейными реликвиями, которые берегли. Подобный материал всегда занимал определенную часть в наших публикациях.

    - Из каких точек земли сегодня люди чаще всего присылают вам подобные весточки?

    - Мы получали письма, фото и иные документы периода войны из семейных архивов России, Беларуси, Латвии, Израиля, США, Канады, Украины, Германии. Как правило, разъехавшиеся по миру русскоязычные евреи бережно хранили эту переписку, и уже потом выясняли, что это чрезвычайно интересно нам, центру «Холокост». Благо, с развитием интернета, можно проводить обширные, почти безграничные поиски таких документов, собираем все это в оригиналах и копиях. Нам очень помогают волонтеры РЕКа — молодые люди, студенты, им это интересно, мы невероятно признательны им за эту помощь. А всю научную обработку, подбор иллюстраций, описание, комментарии, конечно, производим самостоятельно.

    - Чем книга «Сохрани мои письма» №6 отличается от предыдущих сборников НПЦ «Холокост»?

    - Например, тем, что на ее страницах будет много писем или фрагментов писем, переведенных с идиша. Для многих до войны мамелошн был родным языком, особенно для старшего поколения, и в дальнейшем этим евреям было легче писать на нем, чем на русском. С переводом нам оказали большое содействие специалисты по идишу, которых мы долго искали. В нашем новом издании также можно будет прочесть очень интересную переписку, найденную несколько лет назад благодаря помощи педагога, директора Речицкой школы в Брянской области, нашего верного друга, Олеси Петровской, а также Игоря Воловича из Подмосковья. Авторы и адресаты этой переписки — большая еврейская семья Воловичей-Табакиных, разбросанная еще в 20-е довоенные годы и ранее по разным странам и континентам: США, ЮАР, Великобритании, откуда они писали своим родным и близким в Советский Союз. Таким образом, пытаются узнать что-то о судьбе своих родственников, оставшихся в СССР, подавляющее большинство которых погибло: кто-то — на Брянщине, кто-то был уничтожен нацистами в Литве. Эта переписка, наиболее активно продолжавшаяся в 1944-1946 годах, хранилась многие годы и наконец попала в наши руки. Собираемся опубликовать ее в шестом сборнике, она представлена перемешанными посланиями родственников из ряда стран, включая фронтовые весточки, письма из тыла, эвакуации, прифронтового Почепа. Люди интересуются судьбой своих родных, переживают из-за их гибели, пытаются чем-то помочь оставшимся в СССР. Многие из большого рода Воловичей являлись гражданами Советского Союза, сражались на фронте. Такой вот большой, интересный, чудом сохранившийся архивный комплекс. Естественно, в шестом сборнике ожидается еще и значительный подбор дневников военных лет, хотя существует стереотип, что в период войны солдатам и офицерам Красной армии категорически запрещалось их вести. Несмотря на это, таких раритетных реликвий сохранилось сравнительно много, и они тоже, к счастью, попадают нам в руки.

    - Почему же существовал такой запрет?

    - Лично я не видел ни одного конкретного приказа о запрете вести дневники, но, думаю, советское начальство опасалось, что шпионы, диверсанты могут разведать с их помощью какие-то секреты. Поэтому чересчур осторожные командиры порой не разрешали своим подчиненным вести дневники. Но это не значит, что так происходило везде, или что все покорно слушались. Многие все равно продолжали писать тайно, потом приносили эти дневники с войны, и подобные рукописи почти 80 лет лежали в семейных архивах. Кроме того, захватывающие дневниковые записи можно обнаружить у военных корреспондентов, которые тоже многое фиксировали на бумаге. В будущем, шестом, сборнике у нас будут размещены фрагменты дневников и фронтовых историй Бориса Рунина-Рубинштейна. Когда-то выходила его книга воспоминаний и очерков «Записки случайно уцелевшего», а нам удалось получить фронтовые блокноты-дневники вместе с архивом Рунина, и все это сейчас хранится в Центре «Холокост». Оказалось, в этих документах имеются важные свидетельства с советско-германского фронта в 1941-1945 годах, о войне с Японией в августе 1945 года, куда Борис Рунин тоже успел попасть как военный корреспондент. Все это представляет для нас особую ценность еще и потому, что Рунин служил в 1941 году в так называемой «писательской роте», заполненной прекрасными литераторами, публицистами, журналистами, учеными. Это неофициальное название одного из подразделений 8-й Краснопресненской дивизии Народного ополчения Москвы, которая почти вся погибла осенью 1941-го. Борис стал одним из немногих, кто выжил, выйдя из окружения.

    - Невероятно!

    - В шестом сборнике мы также опубликуем потрясающие весточки многих незаслуженно забытых, но знаменитых личностей, а также свидетельства, ранее использованные на новой выставке «Холокост. Уничтожение. Сопротивление. Спасение». Используем военные письма в нескольких ипостасях — как на выставках, так и в своих книгах. Например, в шестом издании можно будет прочесть письмо Сони Маловицкой, найденное Р. Жигуном. Эта девушка из Киева успела написать ряд весточек своей подруге перед своей гибелью в печально известном Бабьем Яру. В этих строчках она словно прощалась, предчувствуя скорую смерть. Помимо прочего, снабдим наш сборник большим количеством иллюстраций. Не секрет, что не все были сильны писать, но люди рисовали, посылали родным фотографии, сохранили письма не только своих родственников, но даже детей, когда малыши писали письма папе на фронт — печатными буквами, с ошибками. Сейчас авторы тех детских писем находятся уже в преклонном возрасте, они не только сберегли свои старинные послания, но и дали возможность нам их использовать, опубликовать, рассказали подробности этой семейной переписки, объяснили, как сложились судьбы героев писем, кто погиб, кто, как и где жил, кем стал в послевоенные годы.

    - НПЦ «Холокост» использует для этих сборников лишь свои материалы, которые собрали вы, его сотрудники, не прибегая ни к каким внешним источникам?

    - Совершенно верно, работаем прежде всего с письмами и документами, которые собрали сами, практически не используя документы государственных архивов, музеев, или делая это очень в небольшой степени, когда имеем дело с очень заметными личностями или с редкими, не публиковавшимися документами. Вот, например, в этом сборнике, благодаря усилиям нашего молодого сотрудника Р. Жигуна, из одного одесского музея получены чудом сохранившиеся письма Цезаря Куникова. Или еще пример. Прошлым летом, как отклик на нашу публикацию в германской русскоязычной газете «Еврейская панорама», нам прислали из Германии фотографии и письма военного врача Саввы Кеймаха и его родных. С. Кеймах погиб в последние дни обороны Севастополя. Мы обратили внимание, что фамилия - довольно известная, был такой партизан, командир разведовательно-диверсионной группы «Дима», Давид Кеймах (погиб в 1943-м). Он как раз из тех, кто охотился за гауляйтером Белоруссии Вильгельмом Кубе, мы стали уточнять и выяснили, что Давид и Савва — двоюродные братья.

    Илья Александрович Альтман, внимательно изучая интернет, узнал, что Белорусский государственный музей истории Великой Отечественной войны располагает письмом Д. Кеймаха от 1942 года. И вот по нашему запросу в кратчайшие сроки минские коллеги любезно предоставили нам и копию этого письма, и сохранившийся листок партизанского донесения Д. Кеймаха

    - Леонид, получается, вас привлекают лишь материалы с 1941-го по 1945-й годы?

    - Напротив, во всех сборниках не ограничиваемся датами строго с 22 июня 1941-го по 9 мая 1945-го. Дело в том, что многие начали службу в Красной армии еще до войны и писали домой уже в 1939-1940 годах, кто-то успел побывать на войне с Финляндией. Речь идет о тех самых людях, евреях, которые потом победили в годы войны или погибли. Зачем же нам отсекать начало их переписки и «резать по живому»?! Там описываются их настроения перед войной, многие из авторов таких весточек погибли в первые, самые тяжелые и самые страшные ее месяцы. Кто-то приглашает родню из Москвы и Ленинграда в гости в мае или начале июня 1941 года: «Приезжайте к нам в Латвию, Гродно, Вильнюс, Могилев — прекрасно проведем время, присылайте детей на каникулы…» Сегодня, читая эти письма, знаем, какое лето ожидало всех этих людей. Кто-то поехал в гости и уже никогда не вернулся, но эти бумажные приглашения – теперь единственное, что осталось от граждан из западных районов Советского Союза, первыми ставших ареной боев, быстро оккупированных немцами. Сегодня по-прежнему зачастую неизвестно, где погибли эти люди, отправившиеся погостить к родственникам, где похоронены, а в письмах остались имена, стертые из памяти. Поэтому предвоенные весточки нас тоже интересуют. То же самое, можем сказать про послания, созданные после мая 1945 года: ведь не для всех война закончилась с разгромом нацистской Германии. Кто-то попал в плен, к счастью выжил и уже после 9 мая 1945 года, находясь, например, в фильтрационном лагере или снова в Красной Армии, пишет, что жив, рассказывает близким свою историю спасения, выживания, пытается установить контакты с родственниками, узнает, кто из них погиб. Эта переписка продолжается летом и осенью 1945 года. Близкие вчерашнего военнопленного или узника концлагеря рады, что он нашелся и пишут ему обо всем, чего пропавший не знал за все годы войны, из их эпистолярного общения вырастает целый дневник в письмах. От гражданина Израиля мы получили сведения о красноармейце Бельфермане. Осенью 1943 года он попал в плен, и опытные товарищи по несчастью сразу посоветовали ему назваться караимом, скрыть, что он еврей, ведь караимов немцы не преследовали. Бельферман выжил, был освобожден американскими войсками в марте 1945 года и вернулся домой, оставив после себя небольшой, но содержательный дневник.

    - То есть, можно было выдать себя за представителя иной национальности, чтобы спастись? Жаль, евреи Белоруссии и Украины тогда этого не знали…

    - Этот человек попал в плен уже осенью 1943-го, и бывалые фронтовики ему порекомендовали. А кто и что мог посоветовать евреям летом 1941-го? Кроме того, это один солдат, который в массе других пленных мог выдать себя за караима, татарина, еще за кого-либо другого. Немцы любили проверять все данные и имели возможность это делать, к тому же, евреев мог легко разоблачить кто-то из местных: «Да какие они караимы? Евреи, самые натуральные». Не всегда у немцев было желание разбираться, кто перед ними, караим или еврей — все одно, «советские». Были случаи, когда фашисты уничтожили в Крыму и на Северном Кавказе несколько поселков, где жили горские евреи, не сильно вдаваясь в подробности, а также расстреливали советских военнопленных, внешне похожих на евреев — грузин, азербайджанцев, представителей народов Северного Кавказа.

    - Шестой сборник «Сохрани мои письма» — последний или после него снова последуют остальные?

    - Абсолютно уверен, что продолжим их выпускать, у нас имеется еще достаточно материала, не вошедшего в шестое издание, массу новых писем по-прежнему получаем от людей из разных стран мира, из «запыленных» семейных архивов, этот процесс ни на минуту не останавливается.   

    Письма с фронта ваших родных и близких круглосуточно принимаются по мейлу: Леонид Терушкин" <arch-holofond@mail.ru>


    Хотите видеть больше еврейских новостей и видео? Подписывайтесь на наш канал в Телеграмм: Первый еврейский