Песни погибшего в гетто бедного плотника из Польши пели не только европейские евреи, воюя в партизанских отрядах, но и активисты «Хаганы», отражая арабские атаки. Вчера ему бы исполнилось 145 лет.
Мало кто из восточноевропейских стран причинил евреям больше горя, чем Польша. Доклад Госдепа США от 1946 года доказывает, что степень ненависти поляков к евреям превосходила немецкую.
В 1934 году в Варшаве польские националисты создали организацию «Национально-радикальный лагерь», которая призывала к насилию и изгнанию евреев из страны. Первые лица государства официально декларировали то же самое. Евреям преградили доступ к образованию и работе на государственных должностях.
Сейчас власти Польши стараются умалчивать об этих фактах, исключить их из биографии страны.
Но мы помним немыслимую жестокость погрома в Едвабне в июле 1941 года. Погромы бывали и много раньше. Один из самых известных и кровавых – после захвата Львова польскими войсками в ноябре 1918 года. «Польские легионеры… маршировали под командованием офицеров по улицам еврейских кварталов и занимались грабежом, громили еврейские магазины при помощи штыков и ручных гранат, окружали дома и сжигали их», — писал корреспондент берлинской Jüdische Rundschau.
А с 1935 по 1937 год погромов было около тридцати.
9 марта 1936 года случился погром в местечке Пшитык. Пишут, что ссора между еврейским пекарем и крестьянином-поляком привела к тому, что толпа крестьян начала громить еврейские лавочки. Городская ячейка сионистского движения «Мизрахи» оказала вооруженный отпор. Но погромщиков было многократно больше, их ярость не знала границ. Еврейская часть городка была полностью разрушена.
Впоследствии на суде евреи, защищавшиеся от погромщиков, получили реальные сроки.
В Кракове репортажи об этом суде читал немолодой краснодеревщик Мордехай Гебиртиг. Вскоре он спел друзьям по театру свою новую песню на идише: «Наш город горит» – Undzer shtetl brent, позже названную просто «Горит» – S'brent.
В отличие от большинства непротивленческих еврейских песен она призывала к борьбе:
Горит, братья, горит!
Ой, бедный городишко наш горит!
Языки огня и пыли
Городок уж поглотили –
Ветры рыщут на могиле,
Город весь горит!
...Горит, братья, горит!
Наша жизнь зависит лишь от нас,
Если город вам свой дорог,
Так спасайте сами город
И гасите прямо сейчас,
Чтобы огонь погас!
Так себя спасайте сами
Средь горящих плит
И гасите, братья, пламя!
Город наш горит!
Именно поэтому во время Второй мировой войны Краковское подпольное еврейское сопротивление приняло S'brent как свой гимн. Ее пели в нацистских гетто Европы. В переводе на иврит она называется «Ха-Айяра Боэрет» – «Горит наш городок!» и продолжает широко исполняться в контексте памяти жертв Холокоста.
Мордехай Гебиртиг родился в 1877 году в Краковском райне Казимеж. Его родителями были бедные лавочники Исаак и Шифра Бертиги. Мальчик три года ходил в хедер, два года – в общую школу, затем стал учеником плотника. Именно в мастерской он и начал впервые сочинять песни, подыгрывая себе на флейте или отстукивая мелодии на фортепиано одним пальцем. Нот он не знал, но чувство мелодии имел уникальное. О его ранних колыбельных Vig Lid, Klayner Yusem («Маленький сиротка»), Hungrik Is Dayn Ketsele («Твоя кошечка голодна») краковская еврейская газета писала, что в них «отражена вся душа еврейского народа, исполненная гнева и печали».
Знакомство с профессиональным музыкантом Юлиусом Хоффманом влило в его дар новые силы – Хоффман нотами записывал песни Гебиртига.
Гебиртиг был убежденным социалистом: принадлежал к еврейской социал-демократической партии (Бунд). Поэтому некоторые его песни имеют социальную направленность: например, «Всеобщая забастовка» появилась в 1905 году в журнале Всеобщего союза еврейских рабочих Литвы, Польши и России.
С 1906 года он был членом еврейской любительской труппы в Кракове, писал песни и театральные рецензии для Der Social-Demokrat, идишского органа Бунда. Язык, темы, типы, тон и тембр своих песен он заимствовал из музыкальных традиций бродерзингеров, «певцов из Брод», которые, в свою очередь, продолжали еще более древнюю традицию бадхенов – свадебных импровизаторов. Пример – песня Avremel der Marvicher (вор) о сложном и трагическом персонаже галереи мошенников Гебиртига. Послушайте ее в исполнении Флориана Поллака и оркестра Vienna JazzKlez Band моего большого друга Романа Гринберга.
В 1914 году Мордехай Гебиртиг был 37-летним женатым мужчиной, отцом семейства. С началом Первой мировой его мобилизовали в австро-венгерскую армию. Однако он был нездоров, и жена умерла в 1915 году, оставив ему трех маленьких дочерей. Поэтому он пять лет служил в краковских тыловых частях, имея возможность видеться с детьми.
Свой первый сборник песен Folkstimlekh («народный») он издал в 1920 году. Песни были известны до публикации и часто считались народными: отсюда и название.
В 1936 году по настоянию друзей был выпущен второй сборник Mein Lider («Моя песня»).
Arbetlose Marsch – «Марш безработных», как пишет исследователь Игорь Белый, «чисто социалистическая песня. 30-е годы, Еврейский рабочий союз БУНД, романтические надежды на светлое будущее. Айнс-цвай-драй-фир - вот мы и безработные. Не слыхать ударов молота на фабриках, инструменты лежат забытые и ржавеют без дела. Мы бродим по улицам, словно богатые бездельники».
Его песни о любви – отдельная тема. Например, Reizele – ностальгический взгляд на маленькие улицу, дом и еврейский образ жизни, который вскоре исчезнет в огне Холокоста.
Его песни уже вовсю пелись ведущими исполнителями на идиш, такими, как американская еврейская актриса Молли Пикон. Они стали основой многочисленных театральных постановок, где бы ни выступали еврейские театры. Не будет преувеличением сказать, что песни Гебиртига с любовью пели во всем мире еще до войны.
В 1939 году большая часть страны оказалась под властью фашистов. Евреев изгоняют из города, и им приходится искать жилье в близлежащих деревнях.
В январе 1941 года Мордехай Гебиртиг со своей второй женой и двумя дочерьми (третья дочь Шифра с мужем на лето отправились во Львов и внезапно оказались в части Польши, занятой СССР) вынужден переехать в Лагевники. Они живут в крестьянской избе, в нищете и грязи. Мордехай Гебиртиг видит, что поляки сотрудничают с немцами в преследовании евреев. Он передает это в песне S'tut vey («Это больно»). Ему 64 года.
В марте 1942 года Мордехая Гебиртига и его семью переводят в Краковское гетто. Там он написал еще около 30 песен. 4 июня 1942 года он и его жена были убиты во время акции «Кровавый четверг», проведенной нацистами в гетто.
Личные архивы он успел доверить давнему другу Юлиусу Хоффманну.
Тот не пережил войну, но две его дочери сумели сохранить тексты Гебиртига. И сейчас Гебиртиг – один из самых популярных идишских поэтов XX века.
...В конце войны группа выживших в концлагерях евреев собралась в Бухаресте для отъезда в Палестину. Сотрудник «Алии Бет» (подпольной организации, занимавшейся переправкой молодежи в Палестину) Ицхак Арци организовал молодежный хор. Он искал для этого хора песни и случайно заговорил с уцелевшими польскими евреями, которые и рассказали ему о S'brent Гебиртига. Арци был потрясен и решил выучить ее с хором.
С первыми же словами слушатели поднялись в едином порыве. Они почувствовали, что услышали великий гимн героизму и страданиям своего народа.
Эти слова напоминают всем нам о пожарах и гибели в каждом штетле и в каждом гетто. И о дыме пяти труб Освенцима.