Разведывательный батальон ЦАХАЛа уникален не только тем, что его бойцы — добровольцы, но и тем, что они имеют мусульманское или христианское происхождение. Israel Hayom рассказал о них.
Они много лет служат на границе с сектором Газа, защищая Израиль и рискуя своей жизнью.
Подразделение было создано в 1986 году для бедуинской молодежи и со временем превратилось в батальон.
Когда в 1993 году были подписаны соглашения Осло, подразделение было размещено вдоль границы с Газой. Во время Второй интифады, между 2000 и 2005 годами, бойцы активно участвовали в операциях, борясь с подземными туннелями.
В январе 2002 года четверо бойцов были убиты при нападении на заставу у погранперехода Керем-Шалом, где через несколько лет будет пленен Гилад Шалит.
В 2017 году началось непростое время. Тогдашний начальник штаба Гади Айзенкот приказал сократить численность подразделения с 200 до 130 солдат с целью превратить его в небольшой патрульный батальон. Спустя два года боец части был пойман на продаже военной амуниции преступнику, а еще двое были арестованы за попытку продать марихуану и оружие.
В последние три месяца командует батальоном 33-летний подполковник Гай Мадар, отец пятерых детей из поселения Кармей-Катиф на юге Израиля.
Сегодня он не может не гордиться своими бойцами, хотя ему и не нравится, что они вне оперативной обстановки общаются на арабском, а не на иврите.
«Я справляюсь. Солдаты знают иврит, в других случаях они помогают мне. Моя цель — выучить арабский. Я обнаружил, как удивительно они работают. Я начинал армейскую службу в бригаде “Гивати” и хотел быть там офицером. Скажу честно, сначала я был разочарован, потому что у всех нас есть свои предубеждения. Но я узнал, насколько это серьезное подразделение. Они хотят внести свой вклад, они просто хотят сражаться и приносить пользу стране».
Мадар стремится бороться со стигмами и реабилитировать имидж подразделения. «Я стремлюсь к тому, чтобы батальон возвысился до своей былой славы. Военные хотели закрыть секторальные подразделения, но наши бойцы проголосовали ногами. Если бы в роте была штатная численность 60 бойцов, на практике прибыло бы 270 человек. Они пришли на военную службу добровольно. Сейчас у нас уже две роты, и мы сейчас открываем минометный взвод, а наш снайперский взвод ничем не отличается от любого другого в ЦАХАЛе. Это очень серьезные люди, которые многое пережили, немало постреляли и проходят курсы повышения квалификации».
Общество оказывает сильное давление на бедуинскую и арабскую молодежь, чтобы она не шла в израильскую армию. Например, всего два месяца назад Файез Абу Сахибан, мэр Рахата, бедуинского города в Северном Негеве, заявил в радиоинтервью, что бедуинская молодежь не должна служить в израильской армии. Тем не менее разведывательный батальон в пустыне пользуется большой популярностью. По словам Мадара, «здесь есть бойцы, личности которых невозможно раскрыть не из-за оперативных аспектов, а из-за того, что с ними будет в родной деревне, если их имена будут обнародованы».
«Меня зовут сержант Хассан Фуди. Я родился в деревне Тайбе недалеко от Афулы. Когда мне было 20 лет, я начал думать о службе в Армии обороны Израиля, а через три года записался в бедуинское патрульное подразделение. Моя семья не приняла этого. С тех пор как я принял решение поступить на военную службу, я не разговаривал с родителями, и живу в соседней деревне как одинокий солдат. Но я привык... Я доволен своим решением».
Фуди, говорящий на иврите с сильным акцентом, объяснил, почему он решил пойти против воли семьи: «У меня проблемное прошлое, я этого не скрываю. Меня втянули в преступный мир, но в конце концов, когда нож уже был у моей шеи, я сказал "хватит". Я понял, что либо я попаду в тюрьму, либо меня кто-то убьет. В конце концов я решил разобраться в себе и помочь себе и стране. Я понял, что мы братья, что я родился здесь. Это правда, я араб, но мы братья. Это моя страна, и мы должны ее защищать».
В нескольких метрах от того места, где мы с Фуди сидим, стоит здание, где каждый день проходят занятия. Бойцы пустынного разведывательного батальона в этом плане уникальны. Их подготовка включает не только физкультуру, но и курсы иврита и истории Израиля.
Мы тихо входим в класс и садимся на последний ряд. На стене висит карта мира и буквы еврейского алфавита, потому что здесь начинают с самого начала. Иногда солдаты прибывают на базу, почти не зная иврита. Сейчас они изучают времена года.
Майор Гила Демари возглавляет команду из четырех унтер-офицеров, которые обучают солдат: «В отличие от любого другого регулярного батальона, мы не только должны передать знания, но и добиться интеграции бойцов-бедуинов после службы. Между ними и израильским обществом существует много разрывов, и мы устраняем эти пробелы, рассказываем им о текущих событиях, истории и многом другом, и наряду с регулярными уроками показываем, как написать выписку из банка или резюме».
В августе 2004 года в отряд записался Ами Мазарив, житель села Зарзир на севере страны, не умевший читать на иврите, и о чудо, к 2022 году у него есть степень бакалавра в области управления.
После срочной службы Ами остался в ЦАХАЛе и недавно начал изучать юриспруденцию, чтобы получить степень магистра. Недавно к нему обратились с просьбой вернуться в часть, откуда он начинал, и он охотно согласился.
В подразделении его называют «отцом бойцов», и не зря.
«Это мой дом, моя семья, — говорит Ами. — Я изучал здесь алфавит, а сегодня я выпускник университета. В свои 18 я никогда бы не поверил, что достигну этого. Командиры оказали мне такую поддержку, они умели сдерживать меня, когда это было необходимо. Теперь я здесь ради этих потерянных детей. Я хочу быть здесь для них, объяснить им, что это правильный путь. Это место — идеально. Здесь мы доказываем, что мы лучшие бойцы, живой щит Государства Израиль.
За эти годы мы потеряли 30 бойцов, но мы не сдаемся и продолжаем стоять на страже. Граждане Израиля должны знать, что здесь есть люди, которые были отвергнуты своими семьями из-за того, что они приехали сюда, есть люди, которые рискуют жизнью, чтобы быть здесь».
После небольшого инструктажа садимся в джипы, по пути обходим кибуц Керем-Шалом и останавливаемся на полуразрушенной асфальтированной дороге. В это время относительно спокойно, но ситуация может обостриться в любой момент. Как только мы прибыли на границу, солдаты получили сообщение о пересечении беспилотником израильской территории. Двумя днями ранее сюда также пытался проникнуть вооруженный ножом палестинец.
«Осуществляем пешеходный трафик до пограничного забора между Израилем и Газой и выставляем снайперов на позиции».
Снайперов возглавляет младший лейтенант М. Он вырос в арабской деревне Маншия-Забда на севере Израиля. «Мой двоюродный брат, старший лейтенант Малик Грифат, был заместителем командира подразделения до того, как был убит на КПП “Эрез”. Я хочу продолжить его путь и поддержать его наследие. Этот полк уважает вас, откуда бы вы ни родом. Здесь люди всех религий — мусульмане, черкесы, христиане и евреи. Есть люди, которые приехали сюда, до этого не видев вживую еврея».
А всего в нескольких сотнях метров мирные жители крепко спят.
