На самом краю огромной России, где суровое Охотское море встречается с безбрежным Тихим океаном, на острове Итуруп, началась история жизни нашей сегодняшней героини. Ирина Юнаева, ашкеназская еврейка, чья судьба оказалась неразрывно связанной с далёкими и прекрасными Курилами, стала поэтессой, ее биография читается, как роман.
Её путь — это калейдоскоп ярких событий: от диплома технолога хлебопекарного производства до собственного салона и фирмы по оформлению торжеств. Жизнь раскидала близких по разным уголкам мира: мама и сестра нашли свой дом в Канаде, а сама Ирина пустила корни в России, создав большую и дружную семью с горским евреем. Сегодня, находясь на заслуженном отдыхе, Ирина делится с нами мудростью, накопленной за годы странствий и поисков.
- Ирина, как ваше детство на острове Итуруп повлияло на творчество? Остались ли у вас особые воспоминания, связанные с природой и атмосферой этого места?
- Мои родители покинули Итуруп, когда мне исполнился год, так что влияния на творчество место моего рождения не оказало. А вот жизнь в Пятигорске, где я проживаю с шестилетнего возраста, как раз отражена в моём творчестве стихотворениями о Кавказе, который я считаю одним из самых красивейших мест на земле.
- Как вы пришли к поэзии? Были ли какие-то определённые события или личности, которые вдохновили вас на этот путь?
- В юности я писала, или, скорее, пописывала стихи, но, считая это чем-то несерьёзным, к сожалению, не сохранила их. Снова начала писать в зрелом возрасте. Первое своё стихотворение посвятила родителям, написала его к юбилею папы. Видимо, этот момент оказался наиболее эмоциональным. Тут же написала ещё два стихотворения, и меня прорвало: могла написать и три, и пять за день. За полтора года накопилось на сборник. Пытаюсь понять суть внутреннего и душевного состояния, вызванного теми или иными жизненными ситуациями. Конечно, это всего лишь моё видение, хотя стихи не всегда рассказывают о личном. «Не спится, вновь беру перо я в руки, его заставлю снова плакать и рыдать, и слёзы лить не над своей разлукой, и сердце будет мне переполнять чужое счастье и чужая мука...». В начале своей тетради, где я записываю стихи, поставила эпиграфом слова Любавичского Ребе, которые я когда-то прочла в книге «К жизни, полной смысла» (составитель Симон Якобсон): «Величайшей данью трудам Ребе было бы сказать ему: “Из вашего учения я не узнал ничего нового, ведь я всегда подсознательно чувствовал, что это так”». И когда я слышу от своих читателей (причём очень часто): «Вы пишете так, как мы думаем», — я понимаю, что нахожусь на правильном пути.
- Вы упомянули, что происходите из ашкеназской семьи. Как ваша культурная идентичность и еврейские традиции влияют на ваше творчество?
- Земля Израиля, как и наш народ, к которому я испытываю непередаваемые чувства любви и глубокого уважения, конечно же, вызывают во мне бурные эмоции, которые и находят отражение в стихах: «Народ мой, признаюсь тебе в любви...» — начало одного из моих стихотворений.
- Вы можете похвастать разнообразным жизненным опытом: от работы с детьми до открытия собственного салона. Как эти разные опыты отразились на ваших стихах?
- Занималась я своими детьми, а все остальные опыты дали мне многообразие контактов с людьми, и это общение оставило след в восприятии поступков и характеров, которые отражаю в своём творчестве.
- Ваша семья сейчас живёт в Канаде. Как вы поддерживаете связь с родными и как такое расстояние влияет на ваши отношения и творчество?
- Конечно же, я нахожусь постоянно на связи с мамой и сестрой, живущими в Канаде с 1995 года, благодаря различным мессенджерам; однако это не заменяет физическую близость, поэтому и рождаются стихи о близких. Любовь к маме — это вечная тема, которая, конечно же, присутствует в моём творчестве.
- Вы упомянули, что мечтаете выпустить сборник стихов. Какие темы и чувства вы хотели бы в нём отразить?
- Стихи я пишу о самых обычных чувствах, которые свойственны каждому человеку: любовь, радость, горе, тоска; о суетности нашей жизни, различных её аспектах; и, конечно же, о Боге и божественном начале, которое заложено в каждом из нас; обо всём, что вызывает в душах людей самые возвышенные или порой самые низменные чувства, заставляет задуматься о жизни и нашем предназначении в ней.
- Как вы считаете, какие особенности вашей жизни и судьбы делают вашу поэзию уникальной и выделяющей вас на фоне авторов?
- Судить об уникальности своих стихов я не вправе — это скорее прерогатива моих читателей. Но, слыша их отзывы (причём хочу заметить, что читательская аудитория состоит из представителей самых разных возрастов), которые, конечно же, доставляют мне удовольствие, убеждаюсь, что всё, что делаю, — не пустая трата времени и бумаги. «Могу во многих ликах быть и, как артист, играю в жизни...».
- Ваша жизнь полна различных ролей: матери, жены, предпринимателя и поэта. Как вы балансируете между всеми этими аспектами и что для вас важнее всего в каждом из них?
- Конечно же, мы все в этой жизни примеряем на себя различные роли. Читая мои стихи, многие предполагают, что они написаны женщиной 80-85 лет, которая прожила очень непростую жизнь. Однажды так и сказали: «Как в театре — эта роль не твоя». И на каждом из этапов нашей жизни какая-то из ролей выходит на первый план. В данный момент для меня основной является роль бабушки моих обожаемых внуков.
- У вас шесть внуков. Что вы все вместе любите делать?
- Очень любим со старшими играть в лото и другие настольные игры, ну и, конечно же, читать книги.
- Можете поделится с молодыми бабушками самым главным правилом в отношениях с внуками?
- Главное правило бабушки в моём понимании — это больше любви и терпения, и внуки вернут вам бурю незабываемых эмоций.
- Вы готовите в основном блюда горско-еврейские или ашкеназские? Какое самое праздничное блюдо в вашем доме?
- Конечно же, у нас в основном присутствуют блюда горско-еврейской кухни, но фаршированную рыбу и форшмак (который, как говорят, у меня похож на тот, что готовят в ресторане синагоги на Бронной, как отметил однажды один из гостей) тоже никто не отменял. Наше любимое блюдо — изобретенные мной курзе с рыбой. Вот так и получилось слияние двух направлений, горско-еврейского и ашкеназского, в кулинарии.
- И последний вопрос: в чем для вас заключается секрет счастья?
- Счастье — в самой жизни. Лучший ответ — это отрывок из моего стихотворения.
Дуновенье ветерка,
солнца лучик жаркий,
даже капелька дождя —
это ли не счастье?
Если этот миг поймать
всё же доведется,
ощущение в душе
в жизни не сотрется.
И понятно станет вдруг:
счастье — повседневный друг,
жизнь и всё, что есть вокруг.
