В самом сердце Сухума, на восьми сотках земли, сегодня кипит работа. Ревут бензопилы, стучат молотки, пахнет свежим камнем и строительным раствором. Здесь, где еще недавно стояли руины, обросшие ежевикой, рождается новый духовный центр еврейства Абхазии. Председатель религиозной организации «Маген Давид» Эфраим Авраамович Малис-Бецалель согласился рассказать о том, как выживала и крепла еврейская община республики, почему единство для него важнее происхождения и с какими невероятными трудностями сталкивается община при попытке вернуть из небытия сухумское еврейское кладбище.
— Как давно вы живете в Абхазии, в частности в Сухуме? Как долго руководите общиной? Какова ее численность? Кто у вас раввин?
— Я родился и вырос здесь, в Сухуме. Мой осознанный путь к корням начался в 2012 году, когда я впервые переступил порог нашей старой синагоги. Позже жизнь связала меня с Москвой, где я прожил почти четыре года. Именно там, в московской общине, общаясь с мудрыми наставниками и земляками, я глубоко приобщился к еврейским традициям. Та община была удивительной — под одной крышей она объединяла совершенно разных людей: ашкеназов, горских, грузинских евреев, многие из которых были выходцами из Абхазии. Там не было деления на группы, все были одной большой семьей. Этим духом искреннего единства, взаимовыручки и братства я вдохновился на всю жизнь.
В Сухуме община выбрала меня председателем еще в 2015 году. Вернувшись сюда окончательно в сентябре 2021 года, я сосредоточился на юридическом и духовном укреплении нашей синагоги. Мы официально зарегистрировали религиозную организацию и назвали ее «Маген Давид».
Если говорить о численности, то по спискам, которые мы составляли с аксакалами общины около трех лет назад, у нас насчитывалось 72 галахических еврея — мужчины, женщины и дети. Среди них есть примерно два миньяна (кворум для общественной молитвы). Однако реальная цифра в разы больше. К нам постоянно приходят люди, которые раньше не заявляли о себе, но в личных беседах мы открываем их еврейские корни. В каждом из них бьется частичка нашего народа. По закону Галаха есть Галаха, Закон есть Закон, но мы ко всем людям относимся с огромным теплом. У нас в синагоге нет деления на чужих и своих, двери открыты абсолютно для каждого еврея. Мне неважно, к какой части еврейского народа ты принадлежишь — горский ты, грузинский или ашкеназский. Неважно, как часто ты бываешь в синагоге — каждый день или только раз в году на Йом-Кипур. Если в человеке живет еврейская душа, если он просто пришел и готов поддержать общину, для меня этого более чем достаточно. Сила нашего народа только в таком искреннем единстве и тепле.
Сейчас наша община переживает настоящее возрождение. Мы полностью восстанавливаем здание исторической синагоги грузинских евреев площадью 300 квадратных метров. Стены облицовываются дагестанским камнем, внутри будет великолепный мрамор и подвесные люстры. Рядом находилось здание ашкеназской синагоги. В 2004 году там произошел сильный пожар, и с тех пор оно стояло без крыши. Фундамента у него изначально не было, стены из старого известнякового камня полностью разрушались, и восстановить его было невозможно. Мы снесли эти остатки и возвели на этом месте новый двухэтажный комплекс. На первом этаже расположатся благотворительная столовая, кухня, а также отдельные мужская и женская миквы. На втором этаже будет просторный бейт-мидраш (дом учения) и административные кабинеты.
В последние годы, пока постоянного раввина в Абхазии не было, обязанности хазана и руководителя религиозных чтений приходилось выполнять мне. Но сегодня, с Божьей помощью и благодаря колоссальной поддержке наших меценатов из Москвы, мы готовимся к новому этапу. Вместе с открытием обновленного комплекса в Сухуме появится свой раввин. Мы очень надеемся, что он сплотит общину, укрепит наши традиции и даст мощный толчок для развития еврейской жизни во всей Абхазии.
— Одной из важнейших основ еврейской философии считается неразрывная связь прошлого, настоящего и будущего. Прошлое — это прежде всего память и могилы предков. Расскажите о состоянии сухумского еврейского кладбища.
— Это самый больной для нас вопрос. Наше кладбище находится на выезде из города, в селе Баслата на улице Чанба. Это огромная старая территория, занимающая около трех гектаров земли. Главная сложность заключается в том, что большая община, которая жила здесь раньше, уехала. Сегодня в Абхазии практически не осталось родственников тех, кто там похоронен. Иногда люди обращаются ко мне, и мы помогаем организовать перезахоронение, чтобы вывезти останки близких в Израиль. Когда освобождается участок, мы получаем редкую возможность организовать там гнизу — захоронение отслуживших свой век священных книг и свитков, как того требуют наши религиозные законы.
Сегодня эта территория абсолютно заросла. Помимо огромных колючих кустов ежевики, там выросло около сотни гигантских деревьев. Эти тополя и ели высотой по тридцать метров поднимаются прямо среди могил. Из-за этих джунглей люди, приезжающие издалека, не могут даже подойти к надгробиям близких. Мы ходим по этим зарослям, пытаемся прорваться сквозь колючки, ищем плиты по памяти, но часто просто ничего не можем найти.
Спилить эти деревья своими силами невозможно. Нужны колоссальные деньги и помощь профессиональных арбористов, которые будут забираться наверх, распиливать стволы частями и аккуратно спускать бревна на веревках, чтобы не разрушить исторические памятники. Весь этот лес нужно вывезти за территорию. После расчистки необходимо огородить кладбище хорошим забором, так как это сельская местность и туда постоянно заходит бродячий скот. Также там обязательно нужен сторож, который будет следить за порядком.
У нас в общине не сохранилось никаких архивов. Я пришел в синагогу уже в зрелом возрасте, поэтому лично мне имена большинства захороненных там людей неизвестны. Историю придется восстанавливать буквально по крупицам через общение с потомками. Именно для этого нам жизненно важна оцифровка территории. Если мы расчистим эти три гектара, сфотографируем каждое сохранившееся надгробие и сделаем подробную карту в интернете, люди из Израиля, России, Америки и других стран смогут найти своих предков. Мы укажем наш расчетный счет, и тогда каждый человек, чьи родные покоятся в Сухуме, сможет дистанционно поддерживать наше общее дело. Тогда мы сможем нанимать рабочих и сохранять это святое место в чистоте.
Мы подходим к этому вопросу на государственном уровне. Сейчас мы ведем официальные переговоры с главой села. Местные власти идут нам навстречу и готовы предоставить все необходимые документы, чтобы мы могли юридически оформить эту землю на нашу религиозную организацию. Кладбище перейдет под нашу полную юрисдикцию и ответственность. Это наш священный долг перед прошлым, без которого у общины не будет будущего.
— Благодарю вас за эту беседу. Тема Памяти волнует каждого еврея. Наш фонд всемирный, и я уверен, что евреи всего мира прочтут эти строки и откликнутся на наш призыв помочь спасти историю.
