65.60
72.62
18.59
Культура
Мария Якубович

«Тропой апельсиновых корок»: приключения юного художника во времена османской Палестины

Мозаичная стена Нахума Гутмана в исторической гимназии Герцлии

«Тропой апельсиновых корок: приключения в первые дни существования Тель-Авива» – детективно-исторический роман для детей и молодежи, в котором рассказывается о депортации евреев во время Первой мировой войны из Тель-Авива и о начале британского правления в стране.

Первые пять лет жизни в Палестине Нахум Гутман провел в гимназии «Герцлия» в Яффо (первой школе с преподаванием на иврите и совместным обучением мальчиков и девочек), где его отец работал учителем. Их дом стал настоящим культурным центром.

קליפות-התפוזים-כריכה.jpgСправка: 

Нахум Гутман – художник-пейзажист, скульптор, иллюстратор и график, детский писатель; лауреат премии Ханса Кристиана Андерсена за вклад в детскую литературу. Сын литератора Симхи-Олтера Бен-Циона. Родился в 1898 году в бессарабской еврейской земледельческой колонии Теленешты, в 1905 году семья переехала в Палестину.

В 1910 году неожиданно умерла мать Нахума Ривке. Воспитанием пятерых детей занялась бабушка художника по отцовской линии Минце Гутман, приехавшая из Теленешт. Семья переехала в район «Ахузат-Бейт» («Дом-дворец»).

Ассоциацию «Ахузат-Бейт» основала в 1906 году группа пассионариев. Они выдвинули идею: больше не нужно строить в Яффо маленькие плотные кварталы без планирования, такие как Неве-Цедек и Неве-Шалом, собрали средства и в 1910 году купили большой отдаленный район Яффо, через год ставший Тель-Авивом. Гутман писал: «Тот Тель-Авив уже являлся предтечей сегодняшнего Тель-Авива; он сохранился в памяти его первых жителей».

חיפושיות-זבל1.jpg

Позже он нарисует в книге, каким был Ахузат-Бейт, когда они переехали. Первые горожане – навозные жуки.

Затем он перешел в школу Общества помощи немецким евреям и начал брать первые уроки рисования у Иры Ян (Эсфирь Слепян), работавшей в иерусалимской художественной школе «Бецалель» Бориса Шаца, куда в итоге и поступил. Но война прервала обучение.

Возмужание 15-летнего мальчика начинается с его депортации.

Евреи отказывались вступать в турецкую армию и были явными сторонниками британцев. Османы боялись вторжения британского флота, поэтому жители портовых городов были депортированы вглубь страны – в Петах-Тикву, затем в Кфар-Сабу, Зихрон-Яаков, Хайфу, Тверию и Галилейские колонии. Многие страдали от бездомности, голода и эпидемий.

рис 2.jpg

Книгу «След апельсиновой корки» составляют три «круга» содержания.

Первый круг – возвращение в Тель-Авив.

«Грабители! Спасите!», – Нахум услышал крик, выглянул из шалаша, где они жили в Петах-Тикве, и обнаружил соседа-пчеловода и турецких солдат, вырывавших ульи из его рук. Взгляд турок – и особенно «их изношенная одежда и исхудавшие лица» – вызвал у юноши смешанные чувства. Грабеж и разбивание драгоценных ульев – достаточная причина для ненависти. Так почему же он чувствовал сострадание и жалость к этим двум негодяям?

 קצין-וחייל.jpg

Бабушка позвала его поесть, а после того, как он сделал последний глоток, сказала: «Сынок, надо бежать». Она уже знала, что турецкие солдаты, голодные и из-за этого неуправляемые, ищут крепких мальчиков для мобилизации. Поскольку Тель-Авив опустел, они отлавливали новобранцев среди депортированных. Нахум получил хлеб из сорго и двинулся обратно в Тель-Авив.

ארעיים-אליהם-עברו-מגורשי-תל-אביב-ויפו-715X537-1-1.jpg

В пути Нахум встречает другого мальчика, – как пишет Гутман, «шпиона», отказавшегося назвать имя, – посланного достичь Тель-Авива по оставленному друзьями следу из апельсиновых корок.

20794973_10155601590495747_1643034869_o-768x576.jpg

Нахум и «шпион» попадают в бушующий фронт, но в конце концов им удается пробраться в город. Легкораненого «шпиона» помещают в тель-авивскую больницу и он раскрывает секрет: под полом одного из домов спрятано много денег, собранных у евреев диаспоры для облегчения жизни депортированных. Но в этом доме разместилась штаб-квартира уже вошедшей в Тель-Авив британской армии. Мальчику и Нахуму помог друг, организовавший вечеринку для британских солдат, что дало возможность проникнуть в дом. Добыв деньги, мальчики переправили их беженцам через австралийских военных.

Второй круг – история ранних лет Тель-Авива.

Гутман живет в Тель-Авиве, дышит им и очень его любит. Одним из самых красивых отрывков в книге – о городе: «Тель-Авив был именно того размера, который необходим для осмысления и подведения итогов. Секрет его сегодняшних улиц: ночью на них раскрываются мысли каждого человека. Что-то вроде личного дневника, находящегося в свободном доступе».

Рис 3.jpg

Почти в каждой картинке, изображающей Тель-Авив, появляется Герцлийская гимназия. Книга была издана за год до того, как гимназия была разрушена, а Гутман уже оплакивал возможность ее разрушения.

Герцлийская гимназия.jpg

Третий круг – внутренний круг писателя, описание личного пути взросления. Нахум, путешествуя в закрытый город, превращается из мальчика в мужчину.

Иллюстрации в книге сопровождают это внутреннее путешествие: три круга переплетены и проявляются в одном и том же событии, внутренние и внешние события тоже переплетаются.

Достаточно немного знать историю, чтобы убедиться: только настоящие творцы способны раскрыть истинное лицо войны – лицо абсолютного абсурда.

migdal-23687.jpg

Парк Orange Trail («Апельсиновый след») был создан в честь книги в 1997 году рядом с кибуцем Ган-Шмуэль и Кейсарией.

516777.jpg

Комментарии