Кнессет принял закон, разрешающий гендерную сегрегацию в израильских академических учреждениях. Одновременно с этим город Бней-Брак объявил о введении раздельных тротуаров для мужчин и женщин. Тот, кто видит в этих событиях два изолированных случая, упускает из виду общую картину.
Харедим, объединившись с ультраортодоксально-националистическим крылом религиозного сионизма (хардаль), стремятся переделать общественное пространство в соответствии с нормами, у которых нет истоков и места в еврейском законе (Галахе). А если Верховный суд попытается их остановить? Точно так же, как коалиция попыталась защитить освобождение харедим от призыва через Основной закон, однажды они смогут принять еще больше религиозных Основных законов. Например — Основной закон о скромности.
Перегородки в синагогах, раздельные свадьбы, торжества и пляжи давно стали привычным делом. Но вплоть до примерно трех десятилетий назад о гендерной сегрегации в других общественных местах не было и речи — даже в самых радикальных ультраортодоксальных общинах. Эта практика набрала силу по мере роста общины харедим, и особенно — по мере расширения ее политического влияния и способности навязывать радикальные религиозные нормы общественному пространству.
Сдвиг начался в 1990-х годах, когда Иерусалимский совет общин Эда Харедит призвал ввести гендерную сегрегацию на автобусных маршрутах. С тех пор разделение распространилось на новые сферы жизни. Сегодня оно охватывает почти все области жизни харедим — пока что главным образом в городах, где они преобладают. Но нисходящая спираль исключения женщин из каждого общественного пространства и оттеснения их за перегородки, физические или концептуальные — лишь вопрос времени.
В настоящий момент ситуация уже вызывает тревогу. Помимо практически полной сегрегации в религиозном образовании и других религиозных сферах, она распространяется на университеты, рабочие места, автобусы, магазины в кварталах харедим, клиники, кладбища, рекламные щиты и объявления, радиостанции и газеты, государственные церемонии, выступления и публичные мероприятия — и теперь, разумеется, на тротуары.
Что касается экстремистов-харедим, которые сегодня задают стандарт, то, по их мнению, женщинам лучше всего держаться подальше от глаз публики в общественном пространстве. Любой, кто думает, что дело ограничится тротуарами Бней-Брака, ничему не научился за последнее десятилетие. Это выплеснется в города с крупными общинами харедим и на предприятия, где они работают. Затем это распространится на весь остальной Израиль.
Израиль — еврейское государство, и евреи должны иметь право жить согласно своим убеждениям. Еврейский закон действительно предписывает стандарты скромности, регулирующие отношения между мужчинами и женщинами, а в таких местах, как синагоги и пляжи, гендерное разделение широко принято в ортодоксальной практике.
Однако распространение сегрегации на абсолютно все сферы общественной жизни — это нечто совершенно иное. Это ни в коем случае не неизбежное следствие Галахи и не давняя еврейская традиция. Это современный идеологический проект.
В более фундаментальном смысле Израиль — не религиозное государство. Наряду со своим еврейским характером, он является демократией. Исключение женщин из все большего числа пространств нарушает основополагающие идеалы, на которых был построен Израиль. В каждой из этих сфер это грубо угрожает равенству женщин и на деле обеспечивает их исключение и стирание из общественной жизни.
Первой цену платят харедимные женщины. Поддерживают ли они лично такие порядки или нет, изоляция неизбежно лишает их влияния внутри собственной общины. Но по мере распространения практики платить придется женщинам во всем израильском обществе. Тротуары, закрытые для женщин-харедим, закрыты для всех женщин, и нет никакого механизма, который гарантировал бы, что эти правила изоляции не выйдут за пределы Бней-Брака вслед за меняющимися районами и политическим влиянием.
Разумеется, эти договоренности подлежат судебному надзору. На протяжении многих лет именно Высший суд справедливости сдерживал и оспаривал это явление. Но по мере роста политической власти харедим существует опасность, что они обойдут суд точно так же.
Основной закон об изучении Торы, принятый Кнессетом на прошлой неделе для легализации уклонения от призыва, послужит моделью. Чтобы узаконить гендерную сегрегацию, они примут Основной закон о скромности, как только смогут. Это станет погребальным звоном для Израиля таким, каким мы его знаем.
Израильтяне часто предупреждают: «Тегеран уже здесь». Но если мы не остановим это стремительное падение в бездну экстремизма и изоляции, иранские радикалы начнут завидовать тем религиозным стандартам, которые будут навязаны общественному пространству Израиля.
Предотвращение такого исхода требует четких конституционных ограничений и надежной защиты индивидуальных прав — даже, и особенно, тогда, когда большинство готово ими поступиться.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
