Мнения
Юрий Табак
Мнения

Хасиды на водах

Белзский ребе в Мариенбаде в начале 20-х гг

Русские аристократы и писатели на рубеже 19-20 вв. регулярно ездили в богемские спа-города – Мариенбад, Карлсбад, прочие – где лечились минеральной водой, выпивали и крутили романы в обществе себе подобных из разных стран Европы.

Среди гостей курортов было и огромное количество состоятельных евреев из европейских столиц. Однако любопытно, что регулярно, вплоть, до 30-х гг. курорты навещали и цадики почти всех хасидских дворов Европы, Приезжали они с огромной свитой, иногда с сотнями последователей, и снимали целые этажи в еврейских гостиницах. Курортные наезды были вполне функциональны – тут можно было и подлечиться и собрать денег: пообщаться с цадиками и поглазеть на них собирались их европейские почитатели, что было выгодно и хасидам, и местному гостинично-ресторанному бизнесу.

Хасиды, которых, не дифференцируя, оптом называли "поляками", вызывали изумление не только у европейских аристократов, что понятно, но и у многих гостивших здесь евреев из западной Европы, все контакты которых с Ostjüden прежде ограничивались разве что пожертвованиями на бедных восточных евреев. Хасиды становились объектом небывалого этнографического интереса, поскольку их внешность и быт представляли мало. Так, по свидетельству Зигмунда Дёйча, словацкого еврея-дантиста, работавшего в Карлсбаде до 1-ой мировой войны, ходили слухи, что "'поляки' не намерены раздеваться и сидят в ваннах полностью одетые, как огромные черные лягушки". Хотя Дёйча хасиды больше интересовали как пациенты: "Надеюсь, что зубы у них не в очень хорошей кондиции. Впрочем, тут столько кондитерских, что я рассчитываю на стабильный доход".

Но порой градус беспокойства повышался - что не мудрено, когда дело связано с деньгами. Эту реплику можно было бы вполне отнести к антисемитскому выпаду, если бы она не принадлежала многолетнему директору мариенбадской еврейской больницы Эноху Хайнриху Кишу, который сетует, что в приемных многих своих коллег "предельно неухоженные, грязные польские евреи сидят бок о бок с самыми утонченными аристократами". И не случайно скандалы между западными и восточными евреями отмечены в наибольшей степени именно в спа-городах, где им приходилось сталкиваться лицом к лицу.

Но все же, конечно, этнографический интерес был определяющим. Молодой Франц Кафка ходил как привязанный за группой хасидов, сопровождавших белзского ребе, который напоминал ему "султана из иллюстраций Доре к Мюнгхаузену". Всем хасидам находилось дело. В письме к Максу Броду в 1916 г. Кафка пишет, что "один нес его трость, другой - стул, на котором тот мог посидеть, третий - тряпку, которой стул протирали досуха, четвертый - бутылку минеральной воды, пятый – стакан, из которого ребе пил воду".

Увы, этой идиллии оставалось длиться где-то полтора десятка лет. Потом в огне Катастрофы сгорят многие из тех, кто когда-то с изумлением, а то и с раздражением, взирал друг на друга.

Источник: Facebook