Мнения
Цви Зильбер
Мнения

Руганда

Кто бы мог себе представить, что несколько тысяч африканцев, число которых не растет даже минимально, станут для израильского общества столь серьезным раздражителем, взрывной потенциал которого трудно переоценить. Народ Израиля готов не только нарушать международные конвенции, чтобы избавиться от них. Многие готовы не только развалить правительство, но даже изменить конституционный строй, ограничив полномочия Верховного суда по отмене законов. Хотим ли мы избавиться от незваных гостей ценой собственной демократии? Предположим, что мы всех обхитрим, депортируем их насильно в третьи страны, с которыми у нас нет никаких соглашений. Но проснемся ли мы на следующее утро в том же свободном демократическом государстве? Большой вопрос.

Можно сказать, что и в Европе происходят сегодня похожие процессы. Одни требуют отмены конвенций и пересмотра законов, чтобы сохранить этно-религиозный, демографический состав населения ЕС. Другие же считают, что гораздо важнее сохранить европейские ценности, в числе которых права человека и помощь беженцам. Некоторым политикам приходится здесь делать очень нелегкий выбор, который, в более дальней перспективе, выражается в падении рейтингов и поражении на выборах.

Впрочем, в Европу беженцы прибывают в таких количествах, что не только правые популисты, а, практически, каждый европеец задается вопросом о демографическом будущем своей страны. К нам в Израиль с 2016 года не проник ни один африканец. Стена вдоль границы с Синаем полностью перекрыла приток незваных гостей. По данным МВД, всего с 2007 года к нам прибыло 65 тысяч «инфильтрантов» из Африки. По данным на 2017 год, из них в Израиле осталось 37885 человек. Более того, как стало известно в начале этого месяца, Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев готово переселить в другие страны еще 16250 человек, если остальным Израиль предоставит вид на жительство. Таким образом, у нас, фактически, есть 21635 очень нежеланных для многих гостей, с которыми мы не знаем, что делать. И они приводят нас в такое отчаяние, мы так яростно хотим от них избавиться, что готовы расплатиться за этой своей демократией.

Излишне говорить, что 20 тысяч человек никак не скажутся на демографической ситуации в Израиле. В чем же тогда проблема? Почему эта тема превратилась в оголенный нерв израильского общества? Ответ прост: на теме «беженцев» без конца пиарятся. Все, кому не лень. Пиарятся жестко, ничем не гнушаясь, даже расизмом, которого в израильском обществе еще, к сожалению, хоть пруд пруди. Хотя государство здесь «накосячило» так, что впору созывать государственную комиссию во главе с судьей в отставке. Для расследования. А свои ошибки никто признавать не хочет.

«Беженцы» свалились на нас, как снег на голову, в 2007 году, застав врасплох. Мы никогда не сталкивались с просителями политического убежища, как с явлением. У нас отсутствует иммиграционное законодательство. У нас есть только Закон о возвращении и подзаконные акты МВД. Прошло более 10 лет, а иммиграционное законодательство у нас так и не появилось.

Отдельно  следует сказать о международных соглашениях, под которыми стоит подпись Израиля. Особенно о Женевской конвенции о беженцах. И здесь я хочу тоже внести ясность. Когда Израиль присоединяется к той или иной международной конвенции, она становится частью нашего законодательства. Или даже оказывается над нашими национальными законами. «Подумаешь, какая-нибудь «Бельгия» повозмущается, наплевать!» — пишут обычно наши диванные стратеги в Фейсбуке, призывая «взять и выгнать». Так вот, отношение отдельных стран или организаций не имеет никакого значения. Если наши политики примут решения, противоречащие Женевской конвенции или другим международным соглашениям, то Верховный суд такие решения денонсирует. Отменит. В демократической стране международные документы имеют силу закона. И так оно должно быть!

Второй косяк, заложивший фундамент проблемы. Просители политического убежища должны получить возможность рассказать свою историю. Государство Израиль обязано было провести интервью с каждым африканцем, подавшим прошение об убежище. В 2007 году в Израиле было всего 8 человек, прошедших лицензирование ООН для проведения интервью с «беженцами», при том двое из них уже вышли на пенсию. А интервью проводятся только индивидуально. Понятно, что сразу образовалось бутылочное горло. Но это полбеды.

Процедуры для получения статуса беженца у нас не было. Иммиграционного закона тоже. Что делать с незваными гостями – наши власти не имели представления. Единственное, что появилось априори – «эйн кесеф». Наша израильская жадность сыграла здесь роковую роль. Нам очень жалко было выделять на них деньги. На лагеря беженцев, пропитание, медобслуживание, социальные услуги, карманные расходы для этих людей. Да, давайте не забывать, что они люди. Хотя временами приходится напоминать…

Словом, денег мы выделять не захотели, и дали им право на работу. Отдали их на откуп свободному рынку. В результате чего мы их неплохо интегрировали. Многие наши диванные стратеги очень любят слово «нелегал». Если человек жил в Израиле 10 лет, все это время работал и платил налоги, делал отчисления на национальное страхование, свободно владеет ивритом, имеет адрес, телефон, банковский счет, завел семью и родил детей, то никого сегодня не интересует, что когда-то он нелегально пересек границу. Интегрируя его, мы своими руками превратили его в «гуманитарный случай», и его депортация будет весьма проблематичной. В том числе в БАГАЦе.

Наши фейсбучные демагоги любят рассуждать о том, что все эти «беженцы» на самом деле экономические мигранты, и в этом есть доля правды. Но кто создал эту экономическую заинтересованность? Мы. Дав им право на работу. Получив право на работу, они немедленно бросились звонить всем друзьям и родственникам в суданы-эритреи. Которые вскоре тоже к нам подтянулись, чтобы подработать. Повторяю, это мы сделали сами.

Для сравнения, в Голландии просители политического убежища не могут работать. Их размещают в лагерях беженцев, обеспечивая за счет государства все их базовые нужды. Только получив статус, беженца или гуманитарный, они получают право на работу. Но никак не раньше. Чтобы убрать экономическую заинтересованность.

Теперь по поводу «Руганды», такая страна появилась теперь в наших социальных сетях. Здесь не прекращается какое-то чудовищное лукавство со стороны нашего государства. Государство врет на голубом глазу, что есть соглашение «с третьими странами». Верховный суд требует предъявить, но оказывается, что оно куда-то запропастилось. Просто мистика какая-то. Хотя я, как и многие мои коллеги, которые мониторят тему «беженцев», сразу предположил, что никакого соглашения нет. Слишком много было расхождений в версиях разных сторон: правительства Израиля, Уганды, Руанды, ООН.

Что будет дальше? Мы уже столько раз слышали о законах «в обход БАГАЦа», что нынешний «параграф преодоления» (пискат итгабрут) не кажется мне реальным. Не говоря уже о том, что у Нетаниягу нет сегодня большинства для принятия такого закона. У нас многократно звучали намерения обойти БАГАЦ, или, иными словами, изменить конституционный порядок в стране. Но всякий раз дело ограничивалось пустыми словами. Думаю, и на этот раз ничего не изменится. Даже под угрозой досрочных выборов, которые ни на кого у нас особого впечатления не производят. Ведь ежа голым задом не испугаешь.

Источник: Релевант