66.92
76.08
17.88
Мнения
Лев Авенайс
Мнения

Арье Дери: взлёт и закат?

20 ноября полиция сообщила о завершении расследования в отношении министра внутренних дел Арье Дери. Пресс-служба полиции донесла до общественности, что собрана доказательная база, позволяющая предъявить главе ШАС обвинения в мошенничестве, обмане общественного доверия, отмывании денег, налоговых правонарушениях и создании помех ходу следствия.

У нас обвинения никогда не ходят «по одиночке». Длинный список преступлений создает впечатление, что перед нами закоренелый преступник, место которому на каторге. На самом деле, полиция действует по принципу: что-то на суде отпадет, а что-то останется.

Впрочем, самое главное обвинение – во взяточничестве – с Арье Дери уже сняли. За отсутствием улик. Гнусненькая такая формулировка: мол, наверняка, брал, но не пойман. Значит, не вор, но вы же понимаете…
Арье Дери – одна из самых ярких фигур израильской политики. Пожалуй, самый ненавидимый светской общественностью политик.  Между тем, удивительное дело: сколько бы я ни говорил с разными политиками – и левого, и правого лагеря, — в приватных беседах они очень хорошо отзываются о личных качествах Дери: его уме, его обаянии. Что, впрочем, не мешает этим же людям с трибун кнессета громить его в качестве политического оппонента (а он в разные времена был оппонентом и левых, и правых).

Дери в 80-х годах был «вундеркиндом» израильской политики. В 25-летнем возрасте он – один из основателей партии ШАС, ставшей представителем религиозного и «блюдущего традиции» восточного еврейства, которое до того в политике никак не было представлено. А ведь их в стране было очень много. Через четыре года после создания партии Дери успешно провел предвыборную компанию (которой, кстати, руководил «русский» политтехнолог Борис Красный), и ШАС получил шесть мест в кнессете. Дери по сей день носит звание чемпиона в номинации «ставший министром в самом молодом возрасте». В 1988 году он занял пост министра внутренних в возрасте 29 лет.

Дери как политический лидер восточного еврейства большинству светского населения не интересен. Светские видят в нем классического оппортуниста. Хотя на самом деле Дери, возможно, один из немногих «честных политиков». Он пришел в политику, чтобы защищать свой электорат и никогда не обманывает ожиданий своих избирателей.
Но зато всех интересуют только криминальные истории Дери.

А истории,  действительно, интересные. Уже в 1990 году появляются статьи, обвиняющие Дери в получении взятки, и полиция начинает расследовать эти подозрения. Дело движется неспешно. Дери использует право на молчание, что вызывает гнев «широкой общественности». Но «молчание» не спасает Дери, и  в 1993 году против него подается обвинительное заключение. Тогда были другие нормы морали,  и Верховный суд постановил, что при наличии обвинительного заключения Дери не может быть министром. Напомню, что сейчас на полном серьезе обсуждается вопрос, должен ли премьер-министр после предъявления ему обвинительного заключения оставить свой пост. Дери покинул кресло министра, но остался лидером партии и депутатом.

Это дело тянулось еще долгих шесть лет. Все эти годы Дери категорически отрицал свою вину. В 1999 году суд наконец завершился (точнее – первый этап судебной волокиты).  Дери приговаривают к четырем годам тюрьмы и 250 тысячам шекелей штрафа. Это вызывает бурные протесты и митинги сторонников ШАС по всей стране. Многотысячные толпы скандируют «Ху закай!» («Он невиновен»). У этих толп была «своя правда» и свои представления о морали. Ведь, по утверждению сторонников Дери, он если и брал взятки и совершал прочие правонарушения, то «не корысти ради, а токмо» в интересах своего электората. В этом он схож с мэром Иерусалима Ури Луполянски, который тоже брал взятки, якобы, не для себя, а для возглавляемой им благородной амуты «Яд Сара». Так это было или не так, я достоверно сказать не могу.

Но  надо же было такому случиться, что как раз в этот период проходили парламентские выборы. В результате, сказался классический эффект протестного голосования. Сплотившись на базе протеста против преследования «ашкеназами» своего лидера, выходцы из восточных стран принесли ШАС семнадцать мандатов. Сегодня в это трудно поверить. И ШАС вошел в левую коалицию «Единого Израиля» во главе с Бараком, который проводил (и выиграл) предвыборную кампанию под  главным лозунгом «Только не ШАС!» и обещанием  «светской революции».

А Дери подал апелляцию, ему скостили срок на год, и он отправился отбывать срок в тюрьму «Маасиягу» в Рамле. У стен этой тюрьмы потом в течение нескольких месяцев ежедневно проходили камлания сторонников Дери: «Ху закай!».
Заключенный Дери даже удостоился закона  «своего имени». Спустя год его тюремного заключения, в 2001 году партия ШАС провела в кнессете закон, позволяющий освобождать заключенных не после отбытия двух третей наказания, как было ранее, а лишь половины срока. Но под этот закон вместе с Дери попадало слишком много людей, которых освобождать после отбытия половины срока государству не хотелось. К тому же, власть в стране к моменту отсидки Дери полутора лет поменялась, и закон подвергли «глубокой заморозке». И хотя его никто не отменял, он до сих пор находится в «морозильнике», и никто его извлекать оттуда не собирается. Разве что, Дери снова отправится в тюрьму, во что я не слишком верю. Да и сам ШАС сейчас балансирует на грани электорального барьера.

В 2002 году, отбыв в тюрьме 22 месяца, Дери вышел на свободу без права быть избранным в течение семи лет «карантина». За это время в его партии много что произошло. На посту председателя партии и в ближайшем окружении настоящего вождя восточного еврейства – рава Овадии Йосефа укрепился Эли Ишай, который не собирался уступать свой пост возвращающемуся в политику Дери. Началась долгая борьба за влияние у Овадии Йосефа и избирателей, которую я оставлю за пределами этого обзора яркого пути Арье Дери.

Скажу только, что в итоге все кончилось пирровой победой Дери, ибо она привело к расколу партии. Предвыборный список созданный врагом Дери — Эли Ишаем не преодолел  электоральный барьер, да и ШАС во главе с Дери не без труда его одолел. Но шаткий политический расклад в кнессете снова привел Дери в кресло министра внутренних дел, один из самых соблазнительных, с точки зрения возможностей для коррупции, постов в правительстве.

Я недавно прочитал, что только в двух странах министр, ранее осужденный по коррупционной статье, вернулся в правительство: в Индии и Израиле. Не знаю, насколько это верно. Но не думаю, что вернувшийся в правительство индийский министр снова проворовался. А вот Дери ухитрился снова попасть под обвинение. На этот раз, вроде, его действия были направлены отнюдь не на благо общины, как утверждали его сторонники в период первого его тюремного срока, а  исключительно на обогащение себя и своей семьи.

Я не судебный репортер. Смысл предъявляемых Дери обвинений мне не очень ясен. Речь идет о покупке и продаже каких-то домов и земельных участков, оформленных на различных многочисленных членов его семьи, получении смутных денежных переводов от различных бизнесменов (хотя то, что это были взятки, доказать, вроде, не удалось), представление всяких неточных деклараций в налоговые и другие контрольные инстанции.

В любом случае, до предъявления обвинительного заключения, которое должна сделать прокуратура, учитывая очень неспешный характер нашего правосудия, еще достаточно далеко. Отмечу, что и ШАС, и Дери уже не те, что 17-20 лет тому назад. Бурных демонстраций в защиту Дери нет и не предвидится. Раскрутить протестное голосование под лозунгом «Нашего бьют» на ближайших выборах в кнессет вряд ли получится. Напротив, очень многие противники Дери в партии, и, в первую очередь, Эли Ишай с удовольствием следят за перипетиями этого уголовного дела.
Рискну предположить, что дело Дери закончится легким пшиком, как это уже было с делами Либермана и многих других политиков. Не думаю, что «рецидивист» Дери снова отправится на нары. Возможно, будет заключена некая досудебная сделка, и Дери окончательно уйдет из политики. Впрочем, слово «окончательно» в нашей стране нельзя говорить никогда. Но, возможно, закат политической карьеры Дери будет означать и закат созданной им партии ШАС. Все это я осторожно оговариваю словом «возможно».

Источник: Релевант