0.00
0.00
0.00
Интересное
Мария Якубович

Детективная история переводов польских танго на иврит

Улица Налевки в еврейском районе Варшавы в начале 20 в.

Создатель сионизма Теодор Герцль был уверен, что языком еврейства станет немецкий, а ивриту останутся привычные религиозные функции. Время опровергло эту уверенность. Еще задолго до откровений Герцля языковая проблема поднималась российскими еврейскими просветителями.

Например, Перец Смоленскин считал: еврейский народ храним в галуте общим духовным наследием на древнем родном языке. В программной статье своего журнала «Гашахар» («Заря») он пишет: «Оставим вредные предрассудки и будем верными гражданами в стране нашего рассеяния; но будем не стыдиться нашего происхождения, а дорожить нашим языком и нашим национальным достоинством».

Смоленскин.jpg
Перец Смоленскин

В 1880 году в «Заре» была опубликована статья Лейзера-Ицхока Перельмана, посвященная тому, что живой народ должен восстановить национальное существование на своем живом языке, но в стране предков. Перельман переехал в Палестину с Первой алией. Там он стал Элиэзером Бен-Йехудой и «отцом современного иврита»: почти в одиночку взялся за возрождение иврита в качестве современного разговорного языка, искал в классических изданиях нужные слова и изобретал новые. Его маленький сын стал первым ивритоговорящим евреем, в детстве не владевшим другими языками.

Eliezer_und_Hemda_Ben_Jehuda_im_Jahre_1912.jpg
Элиэзер Бен-Йехуда с женой Хемдой


Интересно, что между сторонниками Герцля и поборниками иврита в 1910-е годы развился конфликт. Организация помощи немецких евреев палестинским – «Эзра» – начала создавать в Хайфе Институт технического образования с преподаванием на немецком языке. Развернулась мощная кампания протеста, и языком обучения стал иврит. Сейчас это – один из лучших технических вузов мира, Технион.
Энтузиасты иврита жили и действовали в странах рассеяния. Поскольку мне интересна в первую очередь музыка, в одной из предыдущих статей я рассказала о танго, известном в СССР как «Утомленное солнце», певце Адаме Астоне, который исполнил его под псевдонимом «Бен Леви», и об Израиле М. Бидермане, как он упоминается на пластинках, который точнейшим образом переводил на иврит польские танго.

О личности переводчика мне не удалось найти достоверных подтверждений. В те годы жили и вполне могли заниматься этим два Бидермана.

Первый Бидерман, еврей-сионист-революционер, кратко упоминается в книге Наума Абрамовича Бухбиндера «Материалы для истории Еврейского рабочего движения в России» (1922). Родился в 1882 году, отца звали Янкелем. В 1904 году в Варшаве был привлечен за принадлежность к «Бунду» и отдан под особый надзор полиции в городе Лукове, Седлецкой губернии Российской империи.

Бидерман-1.jpgБидерман-2.JPG

О втором Бидермане известно гораздо больше.

Согласно «Лексикону новой идишской литературы» (Lexicon Peyton der Nayer Yiddisher Litterat, 1956) Израиль Мордехай (Исроэль-Мордхе) Бидерман родился в 1911 году в польском Влоцлавеке и учился в школе «Мизрахи». Окончил Варшавский университет и Варшавский институт иудаики. Публиковался в еврейских газетах, стал учителем еврейской школы и активистом сионистских организаций.

С началом Второй мировой войны оказался в Советском Союзе. В Базе данных «Польские спецпереселенцы в Архангельской обл.» есть абзац: «Израиль Моисеевич Бидерман. Прибыл на спецпоселение в Архангельскую обл. 07.07.40, Каргопольский р-н, Волошка. Освобожден со спецпоселения по амнистии 02.09.41».

Он вернулся в Польшу в 1946 году, жил во Вроцлаве, работал учителем. Через три года эмигрировал в Соединенные Штаты, где стал консультантом нью-йоркского еврейского комитета по образованию, а впоследствии – членом американской секции Всемирного еврейского конгресса и Всемирного конгресса еврейской культуры. Публиковал много исследований на английском, идише и иврите.

Этот Бидерман гораздо больше подходит на роль нашего переводчика.

סירנה, דפדפת1.jpg
Буклет из пластинки «Сирена-Электро» с фотографиями Астона и Бидермана

Мы знаем шестнадцать переведенных таким образом танго.
Например, «Обними, поцелуй» композитора Виктора Крупиньского Астон записал на иврите в 1935 году, на студии «Сирена-Электро» в сопровождении Dance Orchestra. Видео на Youtube примечательно фотографиями из жизни польских евреев.


Еще одно, «Осталась лишь песня» на музыку Тадеуша Гожиньского (Грюнберга), записано в том же составе в 1936 году.


Музыка моего любимого танго – «Играй, скрипка» (הצועני), спетого Астоном в 1935 году с оркестром студии Syrena-Electro – принадлежит скрипачу Владиславу Лидауэру, выступавшему в оркестре Хенрика Гольда под псевдонимом «Лидо». Около 1942 года Лидо погиб в варшавском гетто.

  
«Иврит польских евреев 30-х безумно интересен, – пишет мне переводчик этого танго на русский язык Марина Протасевич. – Так уже не говорят. Сейчас понятия принижены и приглажены. И в этой песне – «сплав» польских евреев и польских цыган. Обе категории растворились дымом в небе Польши».

Сыграй, цыган смуглокожий,

Жажду страсти глубокой,

Томленье в преддверье свободы.

Замирание сердца, дрожь желанья,

 

Любовь, пылкую как огонь.

Сыграй скрипач, ударь смычком.

Рванет струна, зарыдает скрипка

По девушке, что отчаялась ждать.

 

Цыган, расскажи мне

О тайнах любви и стремлений.

Сверкающих красоте, счастье, верности.

Об истине и свете, которых уж нет и не будет.

Адам Астон с началом Второй мировой войны выступал в Теа-джазе Хенрика Варса во Львове, а в 1942 году вступил в армию Владислава Андерса. Похоже, именно вместе с ним эта запись нашла дорогу в Тель-Авив и стала там известна.

А иврит стараниями энтузиастов и по пылкому желанию целой страны за немыслимо крошечный для истории период в несколько десятков лет стал живым языком еврейского народа и его государства.

Комментарии