Этой истории больше полувека, но я до сих пор помню её в мельчайших подробностях.
Нам, детям Мигира (Мити) и Нины Якубовых, крупно повезло. У нас, помимо любящих родителей, были ещё прекрасные дедушки и бабушки, а также восхитительная прабабушка. Родители матери, проживавшие в Баку, Бираровы Год (Гриша) и Авшаг (Аня), приезжали реже, чем хотелось бы, однако неизменно баловали нас и брали на каникулы к себе.
Родители отца, Якубовы Ягуда (Бирор) и Ёршо, жили в пяти минутах ходьбы от нас, а позже переехали жить прямо к нам, в семью своего единственного сына. Наш любимый дедушка, которого мы ласково называли Бебешка, всегда защищал нас, водил в кино и рассказывал забавные анекдоты. Бабушку, прозванную нами Дэдэйка, мы обожали за её нежную любовь и готовность исполнить любые желания.
Ещё у нас была прекрасная прабабушка, величавая красавица Хана-Зоов Шартилова, родная бабушка нашей матери. Хотя жила она в отдельном доме напротив нашего двора, она занимала особое место в нашем сердце. Мы искренне считали, что у нас целых три бабушки, и гордо демонстрировали это окружающим.
Однажды летом, когда у ребятишек были школьные каникулы, весь детский коллектив — семья Якубовых и родственники Шартиловы — весело резвился на улице. Мама и бабушка занимались хозяйственными делами: в палисаднике они ощипывали и потрошили кур, привезённых отцом.
— Нина, — окликнула нашу маму наша соседка, тетя Полина Вагабова, — у тебя что, праздник намечается? Зачем столько кур сразу?
— Ох, Полина, — тяжело вздохнув, ответила мама, — да какая там радость... Скорее назовём это показательными выступлениями...
Тогда, в эпоху популярности фигурного катания, заимствованная оттуда терминология была знакома каждой женщине. Тётя Полина недоуменно подняла брови:
— Какие такие соревнования, когда у детей каникулы?!
Тут бабушка слегка раздражённо буркнула что-то на джуури, намекая на излишнее любопытство соседки.
— Позже расскажу, Полина, — отрезала мама, чувствуя неловкость ситуации.
Этот эпизод оставался загадкой не очень долго.
Тот день запомнился надолго. Когда отец был дома, традиционно приходил и Бебешка. После совместной подготовки семейного стола начинался домашний пир: то ли поздний обед, то ли ранний ужин. Нас привлекало участие в семейных разговорах.
Однако в этот раз случилось нечто необычное. Мама неожиданно объявила нам:
— Дети, ваш папа зовёт вас домой!
Нас немного насторожил серьёзный тон. Однако послушные детишки помыли руки и поспешили в дом, ожидая привычного праздничного стола.
Однако вместо обычного роскошного обеда на круглом нераздвинутом столе стояли лишь тарелки с целыми варёными курами и традиционная солонка. За окном сияло солнце, друзья продолжали весёлую игру, а мы чувствовали себя потерянными и ничего не понимали.
Появившийся в дверях отец приказал всем занять места за столом. Обстановка была напряжённой. Затем началась своеобразная церемония: тарелка с целой курицей заняла своё место перед каждым ребёнком.
— Итак, дорогие мои, — произнёс отец твёрдым голосом, — вот ваша домашняя курочка, ароматная и вкусная. Ешьте спокойно. Никто не покинет этот стол, пока не уничтожит всю курицу целиком. Сегодня улица под запретом. Начинайте.
В качестве зрителя на диване расположился Бебешка. Затем Дэдэйка присоединилась к нему, а мама скромно удалилась на кухню.
Для трёхлетней сестры сделали исключение: девочка, отдавшая свою порцию дедушке с бабушкой, была амнистирована и перешла в категорию зрителей.
Первый этап длился около тридцати минут. Наши попытки покончить с курами явно ни к чему не приводили. Всё это казалось нелепым фарсом. Мы просили воды, хотели в туалет, обратились к дедушке за поддержкой, но тот хранил молчание, грозно нахмурившись.
Через пару часов родители вновь появились в комнате. Мы не справлялись с задачей, слёзы текли ручьями, страх перед гневом папы рос.
Когда мама наконец решилась принести нам нарезанные помидоры и огурцы, чтобы облегчить процесс уничтожения этой злополучной курятины, мы воспользовались моментом и спросили её, за что же такое жестокое наказание, ведь стало ясно, что одолеть птицу до утра вряд ли удастся. Отца вызвали вопросом, и он оказался поблизости, внимательно прислушиваясь к нашему разговору.
— Подожди, Нина, никуда не уходи! — решительно остановил отец мою маму, пытавшуюся уклониться от прямого разговора.
— Вы обратите внимание, — начал он, обращаясь к нам, сидевшим вокруг стола, — ваш дедушка, обычно столь снисходительный и добрый, ни словом не вмешался в вашу защиту, хотя обычно позволяет вам абсолютно всё. Ваша бабушка, та самая, которая постоянно суетится возле вас и исполняет каждое ваше пожелание, сидит тихо, смотрит на вас сочувственно и даже плачет вместе с вами, но ничего не говорит. Уже прошло три часа вашего заточения, и это далеко не предел, но жалости к вам я вовсе не испытываю. Ведь вы поступили точно так же, проявив равнодушие и неблагодарность, когда неделю назад устроили бессмысленную борьбу за какую-то ничтожную куриную ножку. Вспомните, как мама приготовила целый хинкал, аккуратно порезала курицу, а на столе было множество других вкуснейших блюд. Но вам, видите ли, захотелось устроить сражение из-за одной жалкой ножки. Хорошо ещё, что младшую сестру не тронули, когда она первой схватила кусочек. Вот теперь пришло время ощутить последствия ваших действий. — Видно было, что монолог дался отцу нелегко — он редко вступал в долгие разговоры. — Вы испортили атмосферу семейного обеда, показали полное пренебрежение к нашему труду и усилиям, направленным на обеспечение вашей сытости и комфорта. Теперь вам предоставлена целая курица, дабы вы почувствовали, насколько ценна еда и важно уважительное отношение к старшим.
Взрослые переместились во двор, оставив нас наедине с собственной борьбой против ненавистной курицы. Вскоре тишину нарушил шум шагов — вошла наша прабабушка. Вечером она обычно присматривала за играми своих внуков и правнуков, сидя на лавочке неподалёку, но, заметив, что нас нигде нет уже несколько часов подряд, пришла проверить, что происходит.
Несмотря на приглашение попробовать угощение и настойчивые убеждения бабушки, что мясо соответствует требованиям кашрута, прабабушка отказалась садиться за общий стол. Её приверженность законам кашрута была настолько строга, что в своём собственном доме она использовала исключительно отдельную посуду, специально предназначенную для приготовления пищи, соответствующую правилам. Даже когда она бывала в гостях у дочерей в Баку, она возила с собой собственную кухонную утварь.
Пока мама пересказывала произошедшее на джуури, мы услышали фразу, произнесённую прабабушкой на русском: «Заворот кишок!» Мы невольно рассмеялись, а в этот момент в комнату вошёл папа вместе с ней.
— Вас веселит происходящее?! — резко вскрикнул отец, разъярённый поведением детей. — Почему вы деретесь за еду, если не хотите её есть?
Прабабушка пыталась успокоить его, говоря, что дети иногда ведут себя подобным образом, разыгрываясь за столом. Умоляюще глядя на нее, мы рассчитывали, что она спасёт нас из этой неприятной ситуации. Вскоре она обратилась к маме с упреком, обвиняя её в жестоком обращении с детьми.
Время неумолимо двигалось вперёд, уже наступила ночь, а мы продолжали сидеть за столом, еле держась от усталости. Дедушка и бабушка собрались уходить домой. Бабушка попросила отца отпустить одного ребёнка с ними. Каждый из нас мгновенно выразил горячее желание отправиться туда. И тут дедушка, сдавшийся последним, согласился освободить нас.
— Думаю, достаточно, — заявил он усталым голосом. — Они действительно поняли, что натворили. Верно?
— Да, Бэбэшка! — дружно подтвердили мы. — Никогда больше не повторим подобного!
С тех пор в нашей семье прекратились споры и делёжка продуктов. Этот инцидент оставил неизгладимый след в памяти каждого из нас. Для меня лично он обернулся неприятием куриных ножек в любом виде, даже если их приготовит шеф-повар мишленовского ресторана.
Сегодня я вспоминаю этот случай с улыбкой и благодарностью. Именно в тот день я усвоила важный жизненный урок об уважении к труду близких, о ценности пищи и о необходимости проявлять терпение и понимание в отношениях с окружающими.
Эта история оставила глубокий отпечаток в моём сознании. Возможно, именно благодаря такому родительскому воспитанию я научилась понимать значимость простых вещей и относиться бережно ко всему, что даровано судьбой.
