59.63
70.36
16.97
Люди и личности
Хана Рафаэль

«Дети гор» израильского сценариста и режиссера Артура Абрамова

Когда-то советские школьники, мечтая о будущем, думали о профессии космонавта. Интересно, к чему стремятся нынешние абитуриенты вузов?

Думаю, на первом месте, конечно же, бизнес-направление. Кроме того, с развитием телевизионных технологий востребованными стали профессии киноиндустрии – актеры, операторы, сценаристы и режиссеры. Однако не так уж и много горских евреев, занятых в данной сфере. 

Предлагаю вам познакомиться с перспективным израильским сценаристом и кинорежиссером Артуром Абрамовым, жителем Ор-Акивы.

 Артур, мы все родом из детства, расскажи, пожалуйста, немного о себе, поделись своими детскими воспоминаниями.

— Моё детство началось на Малой Родине – в Дагестане. Я родился в 1984 году в Дербенте. Наша семья проживала по улице Ленина, в доме №4. В 1992 году мы репатриировали в Израиль. Конечно же, в 8 лет мало что остается в памяти, но мне очень бы хотелось поехать на Кавказ, посетить те места, где испокон веков жил наш народ.

— Что ты можешь рассказать о своих предках, о своей родословной? 

— Как мне известно от старших, дедушек и бабушек, наша родословная берет свои корни в селе Аба-Сово. Предки моего деда Имрама Абрамова (1897–1997 гг.) до революции были зажиточными людьми, владели землями. Я помню, как он воспитывал меня в Дербенте: учил математике и играл со мной. А после эмиграции мне особенно запомнился день, когда он однажды взял мой учебник и стал читать на иврите вслух. Я был крайне удивлен этому. Ведь это одно из доказательств того, что он был человеком, знающим Тору. Как у нас на Кавказе говорили, «Тиро–хун». Мне исполнилось 13 лет, когда дедушка (светлой его памяти) ушел из жизни.

Мой дед по матери Донил Хизгилов (1939–2004 гг.) работал на Дербентской железной дороге, в ремонтном цеху. Он был председателем синагоги «Келе-нумаз» с 1982 до 1991 гг. Его супруга, бабушка Мирвори, была родом из селения Аглабби. Наши родители – мама Сара и отец Реувен – до репатриации работали на заводе. Нас, детей, в семье четверо: 2 брата и 2 сестры.

— Я помню 90-е годы в Израиле, когда процесс адаптации проходил не столь гладко для русскоязычных репатриантов. И это естественный процесс, ведь мы эмигрировали на историческую Родину, совершенно не зная языка, культуры и менталитета. Что ты можешь рассказать о том времени?

— Вы правы, это было нелегкое бремя испытаний для русскоязычных репатриантов. Первое, что я отметил бы, – это необъяснимая неприязнь к нам со стороны местного населения. Было непонятно, почему меня называют «русским», если я еврей, и за что нас так не любят? Следует отметить, что в те годы на Кавказе к нам лучше относились, хотя одноклассники порой и дразнили меня «еврейчиком».

Слава Вс-вышнему, через 5-6 лет все утихло. Видимо, прошел этап адаптации. Но это оставило негативный отпечаток, я до сих пор не чувствую себя полноценным израильтянином – у меня нет друзей среди местных, только русскоязычные.

— Значит, нелегкое детство повлияло на тебя таким образом, что ты принял решение после окончания школы уехать за границу?

— Да, я решил поехать в Америку. Жил пять лет в Нью-Йорке. Для меня это был период переосмысления жизни. Получается, что в Израиле я стеснялся принадлежности к своему народу. И в этом, несомненно, была причина моего отъезда – своего рода попытка оторваться от реальности. Ведь, что скрывать, в 90-е годы у нас, кавказских евреев, репутация была не из лицеприятных, «местные» заведомо считали нас необразованными и все этом духе. И это вместо того, чтобы посмотреть на нашу общину с правильной точки зрения и понять причину тех срывов, которые имели место у репатриантов – выходцев с Кавказа! 

К тому же, в нашей общине наблюдались некий перелом и разобщенность – видимо, с учетом того, что мы на Кавказе проживали в разных республиках, в разных городах. Сначала было впечатление, что обещание представителей «Сохнута» «срывать золото с деревьев» и жить припеваючи в стране, «текущей молоком и медом», действительно имеет силу. А вместо этого нас как бы привезли в лагерь беженцев – караванный поселок, «бросили» и дали понять, что мы ещё там, на Кавказе, но без гор и без родного языка. И мы были подобно маленькому комку снега, который набирает объем и со временем, увеличиваясь, готов лопнуть.

Но, слава Вс-вышнему, в Израиле оказалось немало грамотных общественных деятелей, которым была не безразлична судьба нашего народа. Например, в Ор-Акиве есть такие молодые лидеры, как Аврум Мататов, Павел Елизаров, Арнольд Шамаилов.

— Я понимаю тебя, сама репатриировалась с маленькими детьми – прекрасно помню все. Но, как мне известно, многие, совершив вторую эмиграцию – уже в другие страны, обустраиваются там, но ты вернулся домой, да ещё выбрал такую «крутую», как говорит молодёжь, сферу – кинематограф.

— За пять лет жизни в Штатах я успел соскучиться по семье. Там я работал, учился и жил в съемной квартире с двумя горскими евреями. Эти ребята тоже приехали из Израиля, но они сумели меня убедить в том, что не нужно стесняться принадлежности к своему народу, наоборот, стоит гордиться этим. Со временем они показали мне все то, что есть хорошее в наших традициях и культуре. В первую очередь – уважение к старшим и семье. Прожив в США до 2009 года, я поехал на 3 месяца в Японию. А после вернулся домой и поступил в Тель-Авивскую школу кинематографии. По итогам учебы я стал заниматься созданием документальных и художественных фильмов, выступая сценаристом и режиссером.

— Как еврей – выходец с Кавказа ты стараешься снимать фильмы о своём народе?

— Безусловно. На данный момент я являюсь автор двух подобных лент. Первая – короткометражный фильм «Дети гор», о сложных взаимоотношениях 5 молодых ребят – русскоязычных репатриантов. Двое из них – выходцы из Кавказа, из Чечни, трое ребят – из Москвы. В основу сюжета легли реальные события, связанные с адаптацией в израильском обществе подростков из разных русскоязычных общин в 1990-е годы.

Во втором фильме – «Динж» – отражена судьба героя, чем-то напоминающая мои детские годы. Эта 55-минутная картина была создана при поддержке 1 израильского ТВ, организации Гешер и фонда «Мульти-культр-кино». В сюжете этого фильма раскрывается история жизни одного мальчика из кавказской семьи. Как режиссер я через призму камеры вел наблюдение за жизнью подростка Шалева – с 10-ти лет до 15-ти.

Название фильма «Динж» в переводе с языка джуури означает «покой». В процессе развода родителей, на фоне их напряженных отношений мальчику предстоит сделать выбор: с кем остаться жить – с отцом или матерью?

Отец Рафи старается заинтересовать сына творчеством и мечтает о том, что он вырастет настоящим мужчиной. А мать, которая поначалу оставила супруга вместе с детьми, тем самым нарушив семейные устои, спустя некоторое время появляется и требует вернуть их. Через некоторое время мальчик вместе с сестрами возвращается жить к матери и со временем его отношения с отцом становятся более отдаленными, пока он совсем не исчезает из их жизни.

Это мой первый полнометражный документальный фильм, посмотреть его можно на 1 канале ИТВ.

Оба фильма были показаны в Иерусалиме и Тель-Авиве, в кинотеатрах «Синематека», в декабре 2016 года.

— Что собой представляет данная организация – «Синематека»?

— «Синематека» является одним из ведущих культурных центров Израиля. Она была основана около 30 лет назад – как место для популяризации кинематографического искусства Израиля и зарубежья. 

В этом центре ежегодно устраивается показ более 1200 кинолент и каждое лето проходит Иерусалимский международный кинофестиваль, крупнейшее и самое престижное подобное мероприятие в стране. Его посещают около 60 тысяч человек, в том числе сотни представителей киноиндустрии из-за рубежа.

В «Синематеке» Иерусалима находится кинематографический архив Израиля – крупнейший на Ближнем Востоке. В нём хранится около 33 тысяч израильских и зарубежных фильмов. Расположившись на вершине Бассейна Султана, подле стен Старого города, «Синематека» Иерусалима фокусируется на современной культуре, но находится рядом с самыми истоками, словно отдавая дань прошлому.

— В заключение интервью хочу поздравить тебя с рождением дочери и узнать, планируешь ли ты в ближайшем будущем создание фильмов на «кавказской улице» Израиля?

— Спасибо за поздравления! Да, конечно же, я надеюсь, что смогу снять немало фильмов о жизни кавказских евреев в Израиле. В настоящее время наша команда работает над созданием нового художественного фильма, где я являюсь сценаристом и режиссером.

— Хочу пожелать тебе, Артур, успехов в творчестве, надеюсь мы ещё о тебе услышим и насладимся твоими работами. А на случай, если кто-то из читателей захочет с тобой познакомиться или даже предложить темы для будущих проектов, оставляю твои координаты: Arthurfilmmaker@gmail.com.

Комментарии