• Главная
  • Фонд
  • Новости
  • STMEGI TV
  • STMEGI Junior
  • Горские евреи
  • Иудаизм
  • Библиотека
  • Академия Джуури
  • Лица
  • Мнения
  • Проекты
  • Приложения
  • Переводчик
  • 63.63
    70.92
    17.96

    Дербентский «Робин Гуд»– Мардахай Бен Овшолум Сибири

            У каждого народа, в том числе и у горских евреев Дагестана, с древних времен населявших горы и предгорья Восточного Кавказа, были свои известные личности. Так или иначе, они оказывали определенное влияние на судьбы этих народов, пользовались большой популярностью и уважением среди своих соплеменников.  
            Такими выдающимися личностями в конце XIX – начале XX века были первые народные поэты – родоначальники, зачинатели основ письменной горско-еврейской литературы: Мардахай бен Овшолум Сибири, Шаул Симанду, Айболе из Тарки, сказитель Хизгие Эмин и др. Поэты писали свои творения древнееврейской графикой, обозначив своим творчеством небывалый взлет культуры своего народа того периода времени. 
           Одним из обладателей наиболее сильного дарования в области горско-еврейской литературы является Мардахай бен Овшолум Сибири (1860-1925). Он был не только поэтом – ашугом, но и как человек необыкновенной богатырской силы, народным защитником, "Робин Гудом" своего народа. Видя бедственное положение своих соплеменников, он стоял на защите прав крестьянина перед зарвавшимися помещиками – беками. Собирая у богатых деньги и продукты, он отдавал их в синагогу для раздачи бедным и больным людям.
            Творчество Мардахая бен Овшолума сохранилось в памяти народной в течение вот уже 150-ти лет. Его стихи-песни, написанные языком и стилем высокой поэзии, были направлены против существовавшего тогда царского режима. Подтверждением бескорыстной самоотверженности является и его героическая жизнь, которую он отдал борьбе с существовавшим тогда режимом на благо своего народа. 
            Мардахай бен Овшолум родился в древнем городе Дербенте в 1860 году, в бедной многодетной семье. Он прожил яркую, но трагическую жизнь. Их дом, больше похожий на лачугу, располагался в районе "Тенге махале" (Узкая улица), зажатый между двумя массивными защитными стенами, ведущими вниз, к подножию Каспийского моря от знаменитой крепости "Нарын-Кала". Рано осиротев, он с девяти лет начал работать у бека на уборке марены. Зарабатывал деньги и оплачивал свою учебу у весьма образованного в те времена раби Исроэля.
              Приставка к имени "Сибири" была дана Мардахаю, когда он отбывал тюремное заключение в ссылке, в  далекой холодной Сибири. Более десяти попыток бегства из тюрьмы, тяга к родным местам и близким людям, любовь к жене Наргуз и детям, бедность и беззащитная доля родного народа, призывы к миру - все это ярко отражается в его творчестве. Он сочинял свои песни на тюркско-азербайджанском языке, который был в те годы основным языком общения на Кавказе. 
             В городе Хадера проживает племянник Мардахая Сибири – художник Шалум Шалумов. Недавно он выпустил книгу о своем легендарном дяде. В книге описаны события из жизни народного поэта, собраны стихи, переведенные на русский язык. Рукописи поэта не сохранились до наших дней. В 1936 г. их забрал у родственников неизвестный писатель из Москвы, якобы, для издания сборника стихов и создания фильма о поэте, и навсегда исчез вместе с рукописями. Все же автору удалось собрать воедино и перевести на русский язык немало стихов известного ашуга. Они были в разные годы записаны по памяти жителями Дербента, в т.ч. современниками Мардахая и известными писателями: Данилом Атниловым, Амалданом Кукулиевым, Семеном Юсуфовым, Борисом Гавриловым.
             В своей книге Ш. Шалумов так описывает своего дядю: "По рассказам очевидцев, Мардахай был человеком громадного роста (около 2 м 12 см) с широкими плечами и крупной костью. Его лицо с крупными чертами было весьма благородным. Он имел крепкие руки с широкими, толстыми ладонями, тяжелыми, будто налитыми свинцом. Черная густая борода и усы были всегда  тщательно подправлены. Богатырь Мардахай обладал недюжинной силой. В древнем Дербенте, наверное, не было человека сильнее него. Рассказывали, что как-то после проливного дождя, возвращаясь с виноградника, в заболотившейся почве застряла груженая подвода. Как ни старался хозяин вытащить подводу с виноградом из месива, как ни понукал лошадь, избивая её кнутом, бедное животное было не в силах сдвинуть подводу с места. Проходивший мимо Мардахай увидел, в каком бедственном положении находятся и извозчик, и лошадь. Сняв обувь и закатав брюки до колен, он подошел к подводе, обвязал её веревкой, потом впрягся вместо лошади и, взявшись двумя руками за подводу, вытянул её из болота".
             Положение простых людей до революции было бесправным и очень тяжелым. Как и у других народов Российской империи, у горских евреев было немало бедствующих многодетных семей, в которых был единственный кормилец – отец семейства. Порой, работая на помещиков, они не могли получить за свою работу вознаграждение. Чувствуя себя беззащитными, они обращались к богатырю Мардахаю за помощью. Тогда кавказский "Робин Гуд" начал ходить по домам зажиточных людей  и собирать деньги и продукты, отдавая все в синагогу для раздачи нуждающимся людям, чем вызывал гнев у богачей. 
            Занимаясь творчеством, он пытался использовать свой талант ашуга, сочиняя пламенные, душевные песни-призывы, которые исполнял на площадях и базарах. Это никак не действовало на власть имущих. Тогда он решил посвятить себя службе в полиции, в надежде, что сможет таким образом помочь своим соплеменникам, да и самому надо было семью кормить. На службу его приняли с радостью, посчитав, что обладатель богатырской силы и внешности может быть прекрасным городовым. Мардахай продолжал выступать в многолюдных местах с призывами к миру и согласию, и вскоре остался без работы.
           Чтобы прокормить семью, он был вынужден устроиться сторожем на городском рынке. Воры обходили стороной место, которое охранял богатырь. Здесь же, среди различных торговых лавок, располагались сразу три синагоги: Большая, Малая и синагога "Хьивро". 
            Вскоре, в один из дней, когда Мардахай охранял свою территорию, произошел случай, который разлучил его с семьей и любимым городом. Проходя мимо дома одинокой женщины, он услышал отчаянные крики о помощи. Пьяный жандарм пытался изнасиловать беззащитную женщину-еврейку. Мардахай бросился на помощь. В схватке жандарм наткнулся на лезвие кинжала и погиб. Спрятав труп жандарма, ему пришлось бежать.  Он долго укрывался у знакомых и друзей. Но все же нашлись "доброжелатели", которые выдали героя. Жители города Дербента вышли поддержать Мардахая. Он сам тоже пытался доказать, что защищал бедную женщину от насильника. Но суд, подкупленный богачами, у которых он собирал дань для бедствующих соплеменников, вынес ему суровый приговор – 15 лет каторжных работ, ссылка в далекую Сибирь.
              Как писал потом поэт-бунтарь, пятнадцать раз его осуждали на каторгу, и двенадцать раз ему удавалось бежать, добираться до родного города, к любимой жене и дочери. Для евреев - жителей Дербента - каждый его побег и возвращение домой был своеобразным праздником.

    …Из тюрем других, изловчившись, бывало,
    Двенадцать я раз смог успешно бежать.
    Меня и теперь, уверен, не сможет
    В этой яме надолго никто удержать. 
      (из стих. "Двенадцать раз бежал я из тюрем")

          Во время отбывания очередного наказания, при тяжелых родах умирает его жена Наргуз. И хотя он после её смерти женился ещё два раза, в своем творчестве он постоянно признавался в любви только первой жене:

    …Я в дороге, Наргуз, я в дальней дороге,
    Образ глаз твоих милых мне путь освящает,
    Не плачь, Наргуз, прости, умоляю,
    Что беды невольно на тебя навлекаю…
      (из стих. "После суда")

             Вернулся Мардахай в 1903 году, прихрамывая на правую ногу, которую повредил сорвавшимся со штабеля бревном на лесоповале в Сибири. Образ народного заступника крепко закрепился за ним. Металлическая трость, на которую он опирался, служила ему порой как грозное оружие против погромщиков и бандитов. Он вновь начинает ходить по домам богачей, собирая дань. Вскоре его назначают казначеем синагоги "Келе-Нумаз". Простые люди стали приходить к нему с различными проблемами, жаловаться на свою нелегкую долю. Слава о еврейском богатыре-поэте распространилась и среди других кавказских народов. У него было немало друзей-кунаков среди лезгин, азербайджанцев и табасаранцев.  
            Наступает 1905 год. Россия вступает в бессмысленную войну с Японией, развязанную императором Николаем II, чтобы как-то увести народ от революционных брожений. Власти Дербента, как и многих других городов, с облегчением отправляли туда возмутителей спокойствия. Вот так Мардахай и попал на фронт. Он прошел войну и получил в награду "Царский Крест".

    …От тоски и горя покоя лишился.
    Везде ищу друзей своих, найти не могу.
    В солдаты отдали, чтоб от меня избавиться.
    Дербент вспоминая, я горько плачу.
         (из стих. "Письмо из Царской Армии домой")

          По возвращении с войны домой, Мардахай вновь женится на молодой красивой девушке из Еврейской Слободы г. Губа. Но спокойная жизнь длится недолго.  Заступившись за бедного рабочего, которого безнаказанно избивали жандармы, он во время драки убивает одного из них, а другого ранит. И снова суд, после которого его,  привязанным к мачте корабля, отправляют по известному маршруту "Баку – Астрахань – Сибирь" в каторжную ссылку. 

    …Закован в темном каземате,
    Душа полна мечтой.
    Хочется взмахнуть крылами
    И прилететь к друзьям домой.
    Найду я там коня Гзир Ат,
    Возьму я свой кинжал-булат,
    И подниму на бой с врагом
    Народ многострадальный мой! 
         (из стих. "В каземате")
           Во время отбывания срока, Мардахай Сибири имел авторитет среди заключенных из-за своего громадного роста и физической силы. Будучи человеком грамотным, он назначался на престижные должности то бригадиром, то учетчиком, тем самым помогая своим друзьям – политическим каторжникам.
           Вернулся домой народный поэт в самый разгар революционных событий, в которых сразу же стал принимать активное участие. В 1925 г. Мардахай бен Овшолум Сибири погибает от рук коварных врагов, которые отравили его во время торжества. В день похорон народного поэта светило яркое солнце. В последний путь его пришли проводить соплеменники и друзья: Шаул Симанду, Хизгиё-эми Дадашев, Юсуф Бахшиев, Керим Алекпер-оглы. Когда похоронная процессия подошла к Дербентскому  еврейскому кладбищу, один из лучших исполнителей Имром Нахшунов запел  его песню:

    Над городом белая крепость висит,
    Каменные стены спускаются вниз.
    Железные ворота, чудный минарет –
    Благослови меня родной Дербент.

    …Солнце ушло, осветило равнину,
    Тенью накрыв виноградный сад.
    Душа моя, с тобой разлученная,
    Горе познав, опустилась в ад…

         Остается немало вопросов о том, почему поэт такого масштаба, защитник простого народа Мардахай бен Овшолум так незаслуженно  был предан забвению…? 


    Работы художника Шалума Шалумова. 

    Автор: